5
В академию мы вернулись так же бодро, как и уезжали. Моя кобылка, выпучив глаза от ужаса, домчала до замка за рекордные полчаса. С чувством внутренней удовлетворенности я отправилась в свою комнату, чтобы с несказанным удивлением увидеть там ту самую Дженни, задумчиво сидящую на своей кровати.
– Привет, – удивилась я. – А ты что здесь делаешь?
Несмотря на изможденный вид, девушка была красива. Если она – та, с кем почти помолвлен Чонгук, то парочка из них наверняка эффектная. Впрочем, это не помешало ей вскинуть бровь и смерить меня высокомерным взглядом:
– А что делаешь ты в моей комнате?
– Живу, – сухо ответила я, распахивая шкаф, по логике вещей предназначенный для меня, но забитый какими-то тряпками.
– В моей комнате? – Дженни изумилась. – Но никто не живет с демонологами!
– Почему? – спросила я, не оборачиваясь и вытряхивая ее барахло из шкафа ей на кровать.
– Ну мы же демонологи! – воскликнула девушка. – Прекрати трогать мои вещи!
Сил встать и устроить рукоприкладство у нее явно не хватало, хотя по лицу читалось, что очень хочется.
– И что? – Я начала разворачивать свертки со своей новой одеждой и чуть не забытыми мелочами первой необходимости.
– И это небезопасно!
– Небезопасно после такой раны скакать по всему замку. А полуживого демонолога на соседней койке я уж как-нибудь переживу, – отрезала я.
В этот момент в дверь дробно постучали и, не дождавшись разрешения, вошли. Кто бы сомневался, что явился Чонгук.
– О, вижу, вы уже познакомились?
Мы синхронно повернулись к парню и одновременно проговорили:
– Что она здесь делает?
– Давайте знакомиться! – Чонгук плюхнулся на стул у письменного стола и приложил руку к сердцу. – Я Чон Чонгук, студент выпускного курса демонологии, любимец женщин, удачливый маг и просто красавчик.
Мы с Дженни выразительно переглянулись, сойдясь во мнении, что этот просто красавчик просто – самовлюбленный балбес.
– Это – Дженни Чон, студентка третьего курса демонологии, жуткая кокетка, не очень везучий маг и моя младшая сестренка.
Девушка поджала губы, но комментировать не стала.
– А это – Лалиса Манобан, новая ученица факультета некромантии, крайне скромная особа и тот самый целитель, что вытащил тебя обратно из-за грани.
Дженни приподняла бровь, как-то странно на меня посмотрела, покосилась на брата и выдала глубокомысленное «Хм...». Нет, у темных определенно что-то с вежливостью! Хоть бы кто сказал спасибо за спасение их беспечной жизни!
– Ну, раз мы так замечательно познакомились, предлагаю посетить центр социальной жизни – столовую. Тем более что я голоден, как стая волков, – резюмировал Чонгук.
– Я все еще не понимаю, что она здесь делает. – Я закрыла дверцу уже теперь своего шкафа и скрестила руки на груди. – Если вы думаете, что после работы целителя можно стоять на ушах, должна вас огорчить, это так не работает.
– Не переживай, сестрица знает, как работает целительский дар, – миролюбиво сказал Чонгук.
– Я второй раз ее лечить не буду, – пригрозила присутствующим, чтобы они поняли всю серьезность моих намерений.
Дженни пренебрежительно фыркнула и щелкнула пальцами. Из воздуха буквально соткался прекрасный полупрозрачный юноша. Его портили только кроваво-красные глаза и легкая чешуйчатость на лице. Как небритость, только чешуйчатость.
Демон поклонился и галантно предложил Дженни руку. Точнее, я думала, что он предложил, а на самом деле девушка проколола себе с помощью кольца палец и капнула в протянутую ладонь каплю крови.
Демон жадно щелкнул челюстями и изящно сложился, превратившись в некое подобие ездового зверя. Это была какая-то жуткая змея на ножках. Полупрозрачная, чешуйчатая, красноглазая змеюка с вот такенной зубастой пастью.
Дженни изящно присела на демона верхом, и тот аккуратно, бережно повез ее из комнаты в коридор. Чонгук пошел следом с видом таким будничным, будто только что тут не вызывали демона для решения подручных проблем.
– Ты чего замерла? Идешь? – спросил парень в дверях.
Ладно, теперь я почти готова была согласиться, что жить с демонологом по соседству – идея так себе. Но признать это перед идеологическим врагом? Увольте.
– Естественно, – высокомерно кивнула я, выходя последней из комнаты.
* * *
Мы шли медленно, и как-то так само собой получилось, что Чоны начали рассказывать мне про Темнейшую академию. С невероятной гордостью мне поведали о том, что этот замок когда-то принадлежал одному очень влиятельному темному магу. Уникальная крепость, которую действительно никто никогда не брал штурмом, хотя некоторые особенно отчаянные пытались. И вообще, я – первая светлая, добровольно и по обоюдному согласию ступившая в святая святых для каждого темного мага.
Про «добровольно» и «согласие» я, конечно, могла бы поспорить, но в целом мысль понятна. Место до жути уникальное, абы кого не пустят, а кого пустили – тем невероятно повезло. Еще бы потом выпустили, было бы вообще прекрасно...
А потом мы вошли в столовую, бывшую когда-то то ли бальным, то ли тронным залом, и я почувствовала всю вековую ненависть между темными и светлыми на собственной персоне. Все присутствующие синхронно повернулись в нашу сторону и замолчали. Перестали стучать ложки, работники на линии раздачи замерли с поварешками в руках.
В этой жуткой тишине раздался противный звук отодвигаемых стульев.
– Ей здесь не место, – синхронно проговорили уже знакомые мне двойняшки.
– Да? – приподняла бровь Дженни, с поистине королевской грацией слезая со своего ездового демона.
– Да! – в два голоса заявили куколки.
– Эта целительница спасла мне жизнь, – ровным тоном сообщила Дженни. – Мы не светлые паладины, чтобы разбрасываться пафосными речами, но ценим помощь добрых людей. Именно они помогли нам выжить в те непростые времена. И среди них были как обычные люди, так и светлые маги.
– Здесь у каждого счет к светлым, малышка, – пробасил какой-то громоздкий парень. – Мы, конечно, безмерно рады, что она спасла твою шкуру, но делить с ней еду никто не собирается.
Дженни потемнела лицом:
– Я тебе лично откушу голову, если с ее головы упадет хоть один волосок.
Рядом вздохнул Чонгук. Я покосилась на парня, не совсем понимая, пора ли мне бежать или еще можно понаблюдать за происходящим. Он устало потер глаза одной рукой, и вдруг столовая охнула. На каждого в этом зале обрушилась мощь невиданной силы, и народ распластало по столам и стульям. Не задело только меня и Дженни, хотя она едва заметно поморщилась.
– Светлая под моей защитой. Я размажу каждого, кто хотя бы косо посмотрит на мою целительницу. Это понятно? – холодным, жестким, безэмоциональным тоном произнес Чонгук.
Зал молчал.
– Не слышу ответа. Понятно?
Давление на магов усилилось, и раздалось невнятное согласное мычание. Парень кивнул, и давление исчезло. По залу прокатился вздох облегчения, а Чонгук как ни в чем не бывало подмигнул мне:
– Вот и чудненько. Пойдем, попробуешь местную кухню. Она отвратительно однообразна, но выбора у тебя все равно нет.
Я покосилась на Дженни, но та даже бровью не повела. Легкой походкой девушка прошагала к линии раздачи, получила свою порцию вместе с нами и сама донесла свой поднос до стола. Мой галантно прихватил Чонгук. Но стоило нам сесть, Дженни едва слышно выдохнула сквозь сжатые зубы. Я хотела спросить ее о самочувствии, но девушка меня опередила:
– Это ответ на твой вопрос, почему я не в лазарете.
– Потому что, если я буду ночевать одна, меня сожрут другие студенты?
– Да, – сухо ответила Дженни.
А если буду ночевать с ней, то меня сожрут ее демоны. Потрясающий выбор, прямо как я люблю.
– А еще, – вклинился в разговор Чонгук, – у темных за века гонений сложилось, как бы это сказать, здоровое недоверие к светлым.
– Но сейчас же темные – чуть ли не элита общества. Вас готовы на руках носить, лишь бы...
– Лишь бы что? – перебил Чонгук. – Лишь бы мы умирали на линии соприкосновения с Туманными чащами ради светлых земель и городов?
Я молча уткнулась в тарелку. Да, как ни крути, а у темных магов так себе условия существования.
– Это несправедливо, – тихо сказала я, ковыряя салат из квашеной капусты со злым луком.
– Жизнь вообще полна несправедливости, красавица, – беззаботно отмахнулся Чонгук.
О да. Иначе меня бы здесь не было.