Чего он не знает

Я уставилась на неё, мои мысли неслись слишком быстро, чтобы успевать за ними.

Она сделала со мной всё. Трогала меня, целовала, разрушала меня.

И всё же —

Я никогда ничего не делала с ней.

«Как этого может быть достаточно?» — спросила я, мой голос был едва слышен.

«Что ты имеешь в виду?» — спросила Билли, слегка наклонив голову.

Я сглотнула, мои пальцы вцепились в подлокотники кресла.

«Я имею в виду... — я заколебалась, чувствуя себя вдруг маленькой под её взглядом. — Я никогда... я никогда ничего не делала с тобой. Только ты делала что-то со мной».

Билли издала тихий, забавный смех, покачав головой.

А затем —

Она встала с дивана и начала приближаться ко мне.

Медленно. Не торопясь.

Её глаза были прикованы к моим, усмешка уже играла на губах.

Я почувствовала, как дыхание перехватило, пальцы слегка напряглись на коленях, когда она наклонилась, её лицо в дюйме от моего.

Я чувствовала её духи, слабый след хлора всё ещё был на её коже после бассейна.

Её пальцы обхватили подлокотники моего кресла, полностью загоняя меня в ловушку.

А затем голосом таким низким, таким плавным, что это чуть не убило меня прямо там и тогда, она сказала:

«Потому что звук того, как ты стонешь моё имя...?»

Её губы коснулись моего уха, дыхание тёплое на моей коже.

«Это больше удовольствия, чем я когда-либо могла получить от чего-то ещё».

У меня внутри всё оборвалось, бёдра инстинктивно сжались, всё тело внезапно загорелось.

Я не могла дышать.

Я не могла двигаться.

И Билли, блядь, знала это.

Она усмехнулась, отстранившись достаточно, чтобы посмотреть на меня, её голубые глаза тёмные, дразнящие, знающие.

Я ненавидела её.

Я хотела её.

И она наслаждалась каждой секундой, наблюдая, как я разваливаюсь на части.

---

Билли наклонила голову, её усмешка стала шире, голубые глаза потемнели от веселья, когда она разглядывала меня.

«Ты в порядке, Джулс?» — спросила она низко и дразняще, её голос был пропитан чем-то опасным, знающим.

«Я слышу твоё сердцебиение отсюда».

Моё дыхание было неровным, пульс гремел, но я отказывалась позволить ей увидеть, как сильно она на меня влияет.

Я сглотнула, мои пальцы вцепились в подлокотники кресла, пытаясь успокоиться.

«Поцелуй меня, Билли».

Её глаза дрогнули, что-то сдвинулось за ними, прежде чем усмешка на её губах изогнулась во что-то более тёмное.

А затем —

Она поцеловала меня.

Крепко.

Отчаянно. Будто она сдерживалась слишком долго.

Её пальцы скользнули в мои волосы, оттягивая мою голову назад, достаточно, чтобы полностью владеть поцелуем, её рот доминировал над моим.

Это было не нежно.

Это было не медленно.

Это был чистый жар, чистый голод, чистая Билли.

Она целовала меня так, будто хотела разрушить меня, будто ей нужно было, чтобы я знала, сколько власти она надо мной имеет.

И, чёрт возьми, я позволяла ей.

Её зубы потянули мою нижнюю губу, язык скользнул по моему, и как раз когда я подумала, что могу перевести дыхание —

Её рука скользнула ниже.

Вниз.

Мимо пояса моих штанов.

Мимо трусиков, и она быстро нашла моё самое чувствительное место.

Я издала резкий, дрожащий вдох, мои бёдра напряглись, когда она коснулась голой кожи, жар её прикосновения послал ударную волну прямо сквозь меня.

Её другая рука всё ещё была в моих волосах, удерживая меня на месте, заставляя оставаться неподвижной под её взглядом.

Её пальцы двигались медленно, почти дразняще, будто она не торопилась, смакуя каждую маленькую реакцию, которую я ей давала.

Её губы коснулись уголка моей челюсти, дыхание было тёплым, когда она прошептала:

«Посмотри на себя...»

Её пальцы двинулись снова, на этот раз более целенаправленно, и я потеряла всякий контроль, моя голова откинулась на спинку кресла.

«Чёртовски красивая».

Моё дыхание перехватило, моё тело таяло под её прикосновением, ощущение было слишком сильным и недостаточным одновременно.

Я вцепилась в её свитер, пытаясь найти опору, но она просто усмехнулась у моей кожи, её губы скользили по моей шее, пальцы не останавливались, не сдавались.

«Тебе нравится?» — прошептала она, её голос как шёлк и грех, посылая новую волну жара сквозь меня.

Я не могла даже ответить — только издала мягкий, дрожащий стон, и этого было достаточно для неё.

Она усмехнулась, её темп был медленным и разрушительным, другая рука всё ещё была в моих волосах, наблюдая за мной — за каждым звуком, каждым движением, каждой реакцией, которую она из меня вытягивала.

«Я же говорила... — прошептала она, её губы коснулись моего уха, посылая дрожь по позвоночнику. — Нет лучшего чувства, чем это».

И, чёрт возьми —

Она была права.

---

Её пальцы скользнули ниже, дразня, играя с предвкушением, которое, как она знала, убивало меня.

Я ахнула, моя голова откинулась назад, пальцы вцепились в подлокотник кресла, жар её прикосновения заставил всё моё тело напрячься в предвкушении.

«Билли...»

Она усмехнулась у моей кожи, её дыхание было тёплым, голос низким и дразнящим.

«Расслабься, детка».

А затем —

Она ввела два пальца внутрь меня.

Я издала резкий вздох, моё тело дёрнулось от ощущения, дыхание полностью сбилось.

Блядь.

Интенсивности её взгляда было достаточно, чтобы разрушить меня.

Эти голубые глаза, тёмные и непоколебимые, наблюдающие за каждой секундой моей реакции.

Наблюдающие, как я выгибаюсь к ней, как я вцепляюсь в её свитер, как мои губы приоткрываются в бездыханном стоне.

«Ты чувствуешься так чертовски хорошо, — прошептала она, её свободная рука сжала мою челюсть, заставляя смотреть на неё.

«Смотри на меня, Джулс».

Я посмотрела.

И, блядь, её глаза были огнём.

Её пальцы двигались глубже, медленнее, и я чуть не сошла с ума, всё моё тело мгновенно реагировало на её прикосновение.

«Вот так, — прошептала она, её губы коснулись моей челюсти, моей щеки, моего рта.

Она не торопилась.

Она не спешила, наблюдая за мной, чувствуя меня, контролируя каждое движение, каждый звук, который я издавала.

Её большой палец двигался ленивыми, мучительными кругами, её темп был ровно таким, чтобы держать меня на грани, и я разваливалась, полностью распадаясь под её руками.

«Блядь, Билли...»

Она усмехнулась у моей кожи, прижавшись поцелуем к моей челюсти, её голос хриплый, дразнящий, разрушительный.

«Я люблю, как ты произносишь моё имя».

Её пальцы двинулись глубже, сгибаясь идеально, и я цеплялась за неё, моё тело теряло контроль, дыхание было серией разбитых, отчаянных звуков.

И ей это нравилось.

---

Рука Билли нашла мою, её хватка была твёрдой, контролирующей, когда она подняла меня с кресла.

Прежде чем я успела перевести дыхание, она развернула меня, направляя вперёд, пока мои руки не коснулись поверхности её стола.

Мой пульс гремел, дыхание было неровным, когда она прижалась ко мне сзади.

Её пальцы скользнули по моему позвоночнику, медленно, дразняще, прежде чем она наклонилась, её губы коснулись мочки моего уха.

«Наклонись, детка».

Я вздрогнула, но сделала именно то, что она хотела, выгнув спину, опираясь на стол.

Руки Билли сжали мои бёдра, её большие пальцы скользнули под резинку моих спортивных штанов, и одним плавным, целенаправленным движением она стянула их, вместе с трусиками, оставляя меня полностью обнажённой.

Я издала резкий вздох, мои пальцы сжались на столе, пока она не торопилась, её руки скользили по моей обнажённой коже, заставляя меня чувствовать каждую секунду.

Затем — её пальцы снова нашли мои волосы, собирая их в тугой кулак, оттягивая мою голову назад ровно настолько, чтобы перехватить дыхание.

«Ты понятия не имеешь, как чертовски хорошо ты выглядишь», — прошептала она, её голос низкий и разрушительный, её губы едва касались моего уха.

Из меня вырвался нуждающийся звук, и она усмехнулась, потянув мои волосы чуть сильнее.

«Уже такая отчаянная, детка?»

Я прикусила губу, всё моё тело напряглось в предвкушении, но я не успела ответить —

Потому что затем она прошептала:

«Позволь мне сделать тебе хорошо».

А затем — она снова коснулась меня.

Я ахнула, всё моё тело растаяло на столе, ногти впились в дерево, когда её пальцы двигались с медленной, целенаправленной решимостью.

«Блядь, Джулс, — простонала она, её дыхание было тёплым у моей шеи. — Ты такая чертовски идеальная».

Её темп был устойчивым, контролируемым, дразнящим, держащим меня на грани безумия.

Я пыталась что-то сказать, но всё, что выходило, — это беспомощный стон, и ей это, блядь, нравилось.

«Да?» — прошептала она, её другая рука скользнула по моей талии, удерживая меня именно там, где она хотела.

«Тебе нравится, красотка?»

Я судорожно кивнула, моё тело полностью принадлежало ей, и она тихо рассмеялась, прижавшись поцелуем к моему плечу.

«Хорошо, — прошептала она, проводя губами по моей коже. — Потому что я не остановлюсь, пока ты не закричишь моё имя».

---

Моё дыхание исчезло.

Прикосновение Билли было огнём, её темп безжалостным, её пальцы двигались с идеальным ритмом, который заставлял моё тело полностью распадаться под её руками.

Я не могла думать, не могла двигаться, только цеплялась за край её стола, ногти впивались в дерево, пока она вела меня выше, быстрее, глубже в ощущение.

«Билли — блядь —»

Её хватка на моих волосах усилилась, удерживая меня, когда мои ноги начали подкашиваться подо мной. «Я держу тебя, детка, — прошептала она, её голос как шёлк и грех, губы коснулись моего уха. — Отпусти. Просто отпусти для меня».

Я была так близко, так далеко, всё моё тело жаждало разрядки, и Билли знала это.

Она всегда знала.

«Ты такая чертовски красивая, когда разваливаешься для меня, — прошептала она, прижимаясь мягкими, влажными поцелуями к моему плечу, её пальцы подталкивали меня к краю, направляя, командуя.

А затем —

Я разбилась.

Резкий, отчаянный стон вырвался из меня, всё моё тело выгнулось, дрожа, горя, когда волны удовольствия накрыли меня.

Билли держала меня через всё это, её свободная рука гладила мой живот, приземляя меня, пока её губы оставляли мягкие поцелуи на моей шее, шепча похвалы у моей кожи.

«Вот так, детка, — выдохнула она. — Прочувствуй это. Вот так».

Моё дыхание срывалось резкими, неровными вздохами, моё тело обмякло, разрушено, уничтожено.

И, блядь —

Она держала меня полностью, совершенно, абсолютно в своих руках.

---

Медленно пальцы Билли замедлились, возвращая меня вниз, её прикосновение стало нежным теперь, будто она не хотела убирать руку.

Мои колени ослабли, кожа всё ещё гудела, и она усмехнулась у моего плеча, прижавшись последним поцелуем, прежде чем наконец убрать руку.

Я выдохнула дрожащим вздохом, повернувшись к ней, мои руки всё ещё сжимали стол для опоры.

Билли просто смотрела на меня, её голубые глаза тёмные, полные чего-то нечитаемого, будто она запечатлевала каждую секунду этого в памяти.

А затем — я потянулась к ней.

«Я хочу коснуться тебя, — прошептала я, мои пальцы скользнули по её руке, моё прикосновение было таким же дразнящим, как и её.

Губы Билли изогнулись в медленной, знающей улыбке, её глаза блеснули весельем и чем-то ещё — чем-то более глубоким.

Она наклонилась, коснувшись губами моих, мягко и медленно, позволяя поцелую задержаться, прежде чем наконец прошептать —

«Не сегодня, детка».

Я слегка отстранилась, нахмурившись.

«Почему нет?»

Билли просто усмехнулась, заправляя прядь волос мне за ухо, её прикосновение было невесомым, тёплым, бесконечно нежным.

«Потому что когда я позволю тебе коснуться меня, — прошептала она, проводя пальцами по моей челюсти, по шее, оставляя мурашки на своём пути —

«Я хочу убедиться, что ты готова к этому».

И с этим она послала мне последнюю усмешку.

«А теперь одевайся, пока ты снова меня не отвлекла».

Я никогда в жизни не была более разочарована.