Идеальный мир

746-15 лет

15 декабря

Находясь в актовом зале, я старался выучить реплики к пьесе. Надеюсь, мне, наконец, выдадут одну из главных ролей, слишком долго мне приходилось быть на заднем плане. Я заслуживаю большего, чем роль массовки, дерева или персонажа с одной репликой.

После встречи с Элли, пускай и не очень хорошей, я начал лучше осознавать свои желания.

Ко мне кто-то присел.

– Видел тебя вместе с Элли, – сказал одноклассник без одного глаза.

– Мы немного пообщались, – ответил я.

Странно описывать эти чувства. Но человек, сидящий рядом со мной, видел слишком много, имея всего один глаз. Все было под его контролем, и все было продумано на несколько шагов вперед.

– Это плохие связи, – предостерег меня «идеальный». – На вас обращают слишком много внимания.

Он выдержал паузу, осмотрев актовый зал.

– Что она тебе сказала, почему ты заговорил с ней? – спросил товарищ.

Мне вспомнилось интервью, в ходе которого нас чуть не убил спецназ корпорации. Про эту историю лучше не распространяться, ведь тогда станет еще хуже.

– Просто хочет вывести на эмоции, – соврал я.

Одноклассник тщательно осмотрел меня своим глазом. Ему не верилось, что, такой как я, способен вообще разговаривать с “неидеальными”.

– В любом случае – она плохо на тебя влияет, – шепотом сказал он. – Ты же хочешь получить одну из главных ролей?

Это была одна из моих главных целей, мне хочется как можно скорее показать все свои навыки перед обществом.

– Да, – не думая ответил я.

Товарищ отвел свой единственный глаз, тщательно обдумывая свои слова. Это заставило меня напрячься, ведь всеми ролями управляет именно он. Все зависит только от него.

– На роли берут стремящихся к “идеальному”, – намекнул одноклассник. – В противном случае, ты не сможешь ее получить.

Собеседник выпрямил спину и облокотился на спинку деревянного стула, при этом осматривая сцену.

– Элли помешает тебе добиться своей мечты, ты понимаешь, о чем я говорю? – спросил товарищ.

В этот момент я ощутил себя чьей-то вещью. Но это было в хорошую сторону, меня искренне хотели направить на верный путь. Но мне оставляют выбор, в котором я, конечно же, предпочту свою давнюю мечту.

– Да, я все понимаю.

Парень удовлетворенно посмотрел на меня своим глазом.

– Через неделю съездим в центр, это поможет тебе исполнить свою роль, – он выдержал паузу. – На сегодня ты свободен.

Я удивился его словам, ведь мы еще не начали разбирать новый сценарий. Единственный способ стать лучшим претендентом на роль – это стать копией персонажа.

– Детали и место объясню позже. Главное приди вовремя и не разговаривай с кем «попало».

Если он так решил, значит, так будет лучше. Я никогда не смогу его понять, но мне все равно стоит быть «похожим» на него. Это волевой и целеустремленный человек. Такому можно доверять.

– Хорошо, – согласился я, надев на плечи портфель.

– И не забудь… только стремящихся к “идеальным”, – сказал мне вслед 928.

Мне пришлось идти по пустым коридорам школы, ведь сейчас шел урок у второй смены. От этого я был наедине со своими мыслями, которые волновали меня некоторое время.

Совсем недавно мне не давали выбора, а ноги уверенно шли дальше. Но теперь меня беспокоит один вопрос:

Иду ли я в правильно направлении?

Наверное, Элли и вправду пагубно влияет на меня. Страшно представить, как она изменит мою жизнь в дальнейшем.

Мне не стоит продолжать с ней общаться, ведь с каждым разговором я ощущаю себя другим человеком. Моя личность будто перестраивается из-за неё.

Я становлюсь “неидеальным”.

Этому нельзя случиться. Нельзя предавать свою веру и цели всей жизни, ради глупой девчонки, которая называет меня “зомби”. Таким прилагательным, о котором я вообще ничего ранее не слышал. Но звучит оно неприятно, значит точно оскорбительное.

Сложно делать выбор между людьми. Однако мне уже удостаивался такой выбор, и он касался моей семьи. Что тогда и сейчас, я выберу «идеальную» сторону, единственно верную.

Я привык к тому, что все решено за меня. Это правильно, ведь право решать есть только у «идеальных».

В моей семье я был не единственным ребенком. До этого у моих родителей родилась моя старшая сестра. Но дома я ее уже не вижу несколько лет. Дело в том, что она сбежала, договорилась с кем-то и ее перевезли в другую страну. Возможно в туже, откуда и Элли.

Мы не говорим о сестре в нашей семье. Она стала запретной, никому не интересной темой, которую лучше не затрагивать.

С того самого дня как она не вернулась домой – я ненавижу ее.

Она оставила меня здесь одного, от чего я ощущал себя лишним. Хотя на самом деле все это время единственно лишним человеком – была старшая сестра.

Плывя по воспоминаниям, я быстро вернулся к своему пятиэтажному дому, через множество одинаковых домов. Только на их фоне сильно выделялась башня “Сила”, которая горит по ночам настолько ярким светом, что можно ослепнуть.

До самого вечера ничего не происходило, пока не пришла мама.

– Привет, – бесчувственно сказал я, подойдя к входу в квартиру.

– Привет, – уставшим голосом произнесла женщина. – В школе все нормально?

– Да.

– В этот раз ты не потерял талон на еду? – спросила мама, вспомнив недавнее событие.

Мне тогда хотелось соврать, что я ел, но впалые глаза и урчащий живот выдавали сами за себя.

– Нет, не потерял.

Мы разошлись по разным комнатам, перекинувшись всего парой фраз. Это нормально, так у всех моих одноклассников, поэтому я не беспокоюсь за наши отношения. Зато мы не ссоримся, поскольку ничего не чувствуем друг к другу.

Так комфортнее жить.

В квартире было как всегда очень тихо. Мама занималась своими делами, а я вспоминал свою старшую сестру. Больше всего я сожалел о том, что она бросила меня, но с другой стороны, а было бы лучше, если она осталась?

Некоторое время спустя снова прогремел звук тяжелой железной двери. В этот раз мог придти только мой отец. Спокойный и рассудительный человек, похожий на 928.

– Привет, – поприветствовала мама.

Родители неловко поцеловались. Они так делали всегда, будто на автоматизме, и при этом ничего не ощущали. Не зря психолог проводит этот эксперимент с поцелуями.

Только впервые поцеловавшись, я понял насколько важно, чтобы люди ничего в этот момент не чувствовали. Ведь если нет чувств, то они и никуда не уйдут.

– Как на работе? – спросила мама.

– Как обычно, – ответил отец.

Их разговоры были такими же одинаковыми, как и поцелуи. Помню день, когда они оба плакали. В тот день моя сестра сначала сбежала из дома, а потом из страны.

Мои родители не горевали за нее, они боялись за себя. Ведь сильная рука «Силы» была готова покарать тех, кто не уследил за ней, но к счастью – все обошлось.

В тот день нас переселили в другой пятиэтажный дом. С условиями хуже прежнего место жительства. Именно поэтому они и плакали, ведь теперь у них было на одну комнату меньше.

Отец ушел смотреть телевизор в гостиной, а мама осталась сидеть на кухне, попивая черный чай. Я в свою очередь сидел в своей комнате и смотрел в окно. Пустая детская площадка с облезлой краской, одиноко напоминала мне о детстве, которого будто и не было.

Мне хочется выйти на улицу, несмотря на поздний вечер, подышать свежим воздухом и подумать о чем-то кроме борьбы за звание «идеального». Не могу понять, когда я таким стал?

Элли…

Что ты со мной делаешь, Элли?