Шаг в неизвестность

Сцена 1 — Надоедливая гостья

2 дня прошло с битвы Улона и Лоны.

Врач, которого вызвал Малыш, был очень профессиональным. Он дал Лоне лучшее лекарство и сказал:

— Две недели вам нельзя драться, бить и заниматься тяжёлой активностью. Вы можете ходить, есть, ходить в туалет, смотреть телевизор. В общем, не напрягайтесь. Ваши травмы серьёзные. Восемь костей в руках сломаны, нога тоже сломана, ваш череп хрустнул, а спина... Фух, хорошо, что ваш позвоночник не пострадал.

Малыш внимательно слушал.

— Та, что доктор? Можно ли ей вернуться домой? — спросил Малыш.

— Нет, нельзя. По вашим рассказам, её дом не безопасен в это время. Лучше останетесь тут на две недели.

Малыш посмотрел на Пондона.

— Ладно, пусть остаётся тут на две недели. Ничего не сделают, но Улон сейчас слишком непредсказуем, — сказал Пондон.

— Вот таблетки, принимайте их каждый день. Также вот гипс на месяц. Приматывайте к рукам и ноге.

— Хорошо, доктор, — сказал Малыш.

Один из монахов вывел доктора.

В это время скрытно за местом наблюдал Кернер. Он сделал фотографии Лоны в койке с расстояния в 2 км. Он испарился после выполнения задачи.

Он пришёл к Улону.

— Ну, сделал фото? В каком она состоянии? — спросил Улон.

Кернер кинул фотки на стол.

— Так, так... Вся перебинтована и травмирована. Идеальный момент для нападения. Только проблема — танцоров не осталось почти. Нападать на её территорию нельзя, ведь Малыш поставил хитрую охрану.

— Ладно, раз хаос остался позади, возьму красивый храм, — усмехнувшись, сказал Улон.

В это время Лона наконец-то решила встать с кровати.

— Ты куда? — спросил Малыш.

— Пойду прогуляюсь, — ответила Лона.

Лона ходила по комплексу и удивлялась — ей понравился порядок, но она поняла, что место не её. Ей больше по душе хаос.

Она прошла мимо тренировок Гераса. Все монахи смотрели на неё, ведь она была в трусах.

— Эй, Лона! Можешь уйти?! — спросил Герас.

— Ладно, ладно, не буду мешать тренировкам, — сказала Лона, не поняв проблемы.

Лона пришла на кухню для Троицы. Она взяла газировку и дальше пошла гулять.

Низшие монахи говорили:

— Чувак, смотри, это Лона.

— Лона? Реально?

— Смотри, какие у неё формы.

— Тсс, не смотри так пристально, это опасно.

Лона пришла к Пондону.

— Привет, — сказала она, зайдя в храм.

— Привет, Лона, — сказал Пондон, сидя перед статуей.

Пондон встал и удивился:

— Лона, ты гуляла по комплексу в трусах?

Лона посмотрела на себя и сказала:

— А что? Есть какие-то проблемы?

Пондон, смотря в её глаза, сказал:

— Лона, ты должна иметь рамки приличия. Тут же много людей.

— Ладно, забей. Я хочу узнать, что будем делать с Улоном? — спросила Лона.

— Улон потерял солдат больше, чем ты. Он не нападёт на тебя, пока он не сможет, — сказал Пондон.

— Почему нет? Почему в первый раз же смог?! — сказала Лона.

— Я узнал: у него очень мало танцоров. Остался только он, Кернер и диджей, — ответил Пондон.

— Хорошо, спасибо за хорошую новость. Пойду пройдусь.

Пондон встал и побежал к шкафу.

— На, одень, — сказал он Лоне, давая мантию.

— Серьёзно? Мантия? Я что, монашка? — спросила Лона с недовольным тоном.

— Одень. Просто в ней не жарко, и ты не будешь привлекать много внимания, — сказал Пондон.

— Ладно, ладно, — сказала Лона, снимая с себя футболку.

Лона выглядела как монах. Она шла по комплексу, ей было неудобно. Единственные, кто теперь обращал на неё внимание, были Кирален и Герас.

— Герас, прикинь, она в мантии, — сказал Кирален.

— И что? — сказал Герас.

— Ничего, но ты не заметил, что эта старая мантия отца? — сказал с недовольством Кирален.

— Успокойся, я знаю, что ты не возлюбил её, но она наравне с отцом, — сказал Герас.

— Наравне, но при этом прячется у нас, — сказал со злостью Кирален.

— У неё нет выбора. И чем она тебе? — спросил Герас.

— Я не знаю, просто странно видеть её тут, — сказал Кирален.

— Мне кажется, ты влюбился? — сказал Герас.

— Влюбился? Нет, не в сумасшедшую, нет, — отнекнулся Кирален. — Просто успокойся. Мне она нравится, она спокойная сейчас, хоть её неприличие мне не нравится, но она хотя бы больше не угрожает никому пистолетом. Ну и её питомец поладил с Борденом.

— Серьёзно? Где? — спросил Кирален.

— Вон там, — показал рукой Герас.

На заднем дворе Борден играл с Громилой в апорт.

— Апорт! — кричал Борден, вырывая дерево с корнем и бросая его на 7 метров.

Громила с грохотом побежал за ним.

— Борден!! Потом сам будешь сажать новые! — крикнул Кирален.

Бордену было не до него. Он играл с новым другом. Другие монахи, которые видели это, были в шоке и очень боялись, что палочка прилетит в их сторону.

Всё шло обычно и спокойно. Лоне становилось лучше. Кирален, Герас, Борден привыкли к ней. Лона научилась у Гераса основам боя. Борден научил Громилу кидать противника легко.

В последний день Лона, Малыш и Громила стояли у ворот комплекса. Пондон, Борден, Кирален, Герас стояли и лично провожали их.

— Береги себя, — сказал Пондон.

— Тебе тоже не хворать, — сказала улыбчиво Лона.

Кирален посмотрел на Лону смущённым взглядом и отвернулся.

— Ладно, не будем вас задерживать, — сказал Пондон.

Он проводил их до машины.

В машине Лона сказала:

— Малыш, на 3 месяца ты будешь лидером. У меня будет отпуск.

Малыш согласился, и они молча поехали в свой район.

Кернер же, следив за ними, понял слабость каждого врага, и они с Улоном начали готовить план.

---

Сцена 2 — Соглашения

Лона пригласила Пондона на встречу.

— Что случилось? — спросил Пондон в её кабинете.

— Пондон, помнишь я говорила про выход из игры? — спросила Лона.

— Да, а что? — ответил осторожно Пондон.

— Я приняла решение. Я позвала новости сюда. Я не хочу больше войн. Я в прямом эфире передаю власть Малышу, а ты, пожалуйста, согласись на союз. Ты же понимаешь, что у нас никогда не было конфликтов. Сейчас мне надо твоё понимание и разум, — сказала Лона.

— Идём, — кротко ответил Пондон.

В новостях: событие — Лона ушла в отставку.

Эглиса смотрела новости. Увидев их, она чуть не подавилась едой.

— Эй, смотрите! — крикнула она Киллерину и Кайдзю.

Когда они подошли, она показала им телефон.

— Значит, Лона выходит из игры? — спросил Кайдзю. — Я думал, она единственная останется. Жалко, но нас это не касается.

— Как не касается? Ты думаешь, война банд не коснётся двух преступников? — спросил Киллерин у Кайдзю.

— Улон слаб сейчас, война истощила его. Давайте нападём? — предложил Хаши, спускаясь с горы.

— Нападать на него? Ты забыл, как он легко избил тебя? — спросил Киллерин у Хаши.

— Противник слаб, если не знает, как с одного удара положить конец мне, — ответил Хаши.

— Ладно, давайте пока тренируйтесь. Война нас не касается, — согласилась Эглиса с Кайдзю.

Улон пил и праздновал в совершенном одиночестве.

— Я победил! Даааа! — говорил себе пьяный Улон. — Я знал, что я лучший, лучший... Как там а... Диджей! Неси свою жопу сюда! — сказал пьяный Улон.

Диджей в бинтах зашёл к Улону.

— План готов? Я могу напасть на Пондона? — спросил Улон.

— Сэр, план готов. Мы приступим к реализации его через два дня. Мистер Кернер сидит и обдумывает каждый шаг, — объяснил диджей.

— Хорошо, потом позовём акционеров и закатим тусу! — крикнул Улон.

— Сэр, вам бы поспать. Вы пьёте без перерывов три дня, — сказал диджей.

— Не указывай мне! — крикнул Улон, кидая пустую бутылку в диджея.

Диджей ушёл, ничего не ответив.

Через два дня Святой Троице прислали письмо.

«Дорогая Святая Троица, у нас на складе проблемы. Можете прийти и помочь их исправить?»

— Кто пойдёт? — спросил Кирален.

— Чур не я, — в голос сказали Кирален и Борден.

— Ладно, дети малые, я пойду, — сказал Герас.

Он взял машину и выдвинулся на место.

---

Сцена 3 — Паучие сети

Герас ехал и думал: «Скоро праздники, как сделать их незабываемыми для монахов?»

Через два часа он приехал. Его встретил монах. Герас увидел необычного монаха, но, забив на это, он прошёл с ним на склад. Монах сказал, что ему надо идти, и Герас, пожелав ему хорошей дороги, пошёл один.

Он подошёл к проблемному месту склада. Вдруг на полу он нашёл нож.

— Нож... Такой необычный. Почему он здесь? — сказал Герас.

Вдруг он услышал шаги. Он остановился и прислушался. Он принял боевую стойку и внимательно смотрел по сторонам. Вдруг бац — в его руку прилетел нож.

— Аххх! — крикнул Герас от неожиданности.

Через секунду за ним появилась тень. Ударом ножа она перерезала ему глотку. Герас, захлёбываясь кровью, пытался достать телефон. Он успел написать «Оса». Через секунду тень ударила ему ногой по распаренной шее. Он упал и умер.

(Это первая часть сцены: монах — это танцор, переодетый в монаха. Склад захвачен. «Оса» — значит «Осторожно, склад атакован».)

Через день Кирален искал Гераса.

— Эй, Борден, ты видел Гераса? — спросил Кирален.

— Нет, не видел. Но я очень обиделся на него — его тренировки пришлось вести мне, — сказал Борден.

— Я серьёзно, где Герас? Он не появлялся со вчера, — сказал обеспокоенно Кирален.

— Помнишь, вчера он на склад поехал? Может, там что-то случилось? — спросил Борден.

— Пойдём в комнату, — сказал Кирален.

Кирален с Борденом пошли в их комнату. Кирален достал общий телефон. Он посмотрел сообщение — одно новое. Кирален посмотрел на Бордена и сказал:

— Оса.

— Оса? Герас сказал «насекомое»? — спросил Борден.

— Я не знаю, может, это шифр? — поинтересовался Кирален у Бордена.

— Шифры не для меня. А ты знаешь его? — спросил Борден.

— Я иногда своё имя не помню. Ты думаешь, что я шифры учил? — усмехнулся Кирален.

— Пойдём к отцу, — предложил Борден.

— Давай, пойдём. Только не говори про сообщение. Скажем, что хотим выучить шифры, — ответил Кирален.

Зайдя к Пондону, они увидели, что он разговаривает с Малышом по телефону.

— Привет, отец, — сказал Кирален.

Пондон повернулся и сказал:

— Секунду, сейчас договорю.

Борден с Кираленом стояли и ждали 8 минут. Когда Пондон наконец-то договорил, Кирален в своей манере сказал:

— Отец, можно книгу шифров?!

— Книгу шифров? Вы же не хотели её учить? — удивился Пондон.

— Ну сейчас мы повзрослели, — добавил Борден.

— Не время учить что-то новое. Я не дам вам тратить время попусту, — сказал Пондон.

— Уйдите, — в конце добавил он и показал на дверь.

— И что делать? — сказал Борден.

— Не знаю. Надо вывести отца из храма. Он же не может сидеть там вечно? — сказал Кирален.

— А я придумал! Вызови отца на бой! Скажи, хочешь проверить свою силу, — сказал Кирален.

— Хорошо, — сказал Борден.

Борден зашёл в храм к Пондону:

— Отец, я хочу бросить вам вызов.

Пондон удивился и посмотрел на Бордена.

— Ладно, пошли, — сказал Пондон.

В месте наказаний собрались все. Двое сильнейших людей в храме готовятся драться.

Кирален подошёл к Бордену и сказал:

— 3 минуты, Борден. Три минуты минимум продержись.

Гонг. Бой начался.

Кирален в начале боя сбежал и пошёл в храм. Замок он взломал быстро и, открыв дверь, посмотрел на всё лет. Наконец-то он нашёл книгу. Через 20 секунд он нашёл значение «Оса».

— «Осторожно, склад атакован», — прочитал Кирален и понял сложность ситуации.

Когда он убирал книгу, он услышал крик:

— И победитель боя — Пондон!!

Кирален испугался, быстро начал складывать вещи, убрал книгу и прыгнул в окно.

Пондон зашёл в храм и сказал:

— Окно не закрыл? Память не сахар.

Кирален прибыл на склад очень быстро. Он встретил монаха и сразу понял неладное. Он почуял страх и презрение от монаха. Когда монах начал открывать дверь, Кирален ударил его рукой с силой. Монах упал и вырубился. Последнее, что он услышал:

— Вонючий танцор. Монахи так не говорят.

— Выходи, шавка Улона!! — кричал Кирален на складе. — Ты думаешь, я тупой?! Выходи! — кричал Кирален.

Вдруг бам — нож прилетел в руку Киралена. Он даже не доставал его. Он осмотрелся, и хоп — поймал Тень за руку.

— Знаешь, а я думал, какой ещё клоун будет нападать на меня в одиночку. Ты же боялся получать мои удары? — спросил Кирален.

Он приготовился атаковать, как вдруг Тень, изогнувшись, вывернула ему руку, сломав 2 пальца. Тень начала прыгать по складу.

— Выходи! Выходи, не спрячешься! — кричал Кирален.

— Ай, сука! — кричал Кирален на ножи, прилетающие в него.

Вдруг Тень пошла в атаку. Она ударила Киралена ножом в пресс. Тень пыталась достать нож, но бесполезно — нож плотно зажался прессом Киралена.

— Вставил и не можешь вытащить? Ой! — крикнул Кирален с издёвкой.

Удар — Кирален всей силой ударил Тень. Она упала. Кирален подбежал и начал бить её.

— Где Герас! Отвечай! — кричал Кирален.

Тень показала пальцем в угол. Там, гнилой и почти съеденный мухами, лежал труп Гераса.

— Ты следующий! — крикнул голос из тени.

— Знаешь, ты мне никогда не нравился. Но по сравнению с Малышом, с Кернером... Ты показывал характер. Мне будет тяжело прощаться с такой свободной и сильной пешкой.

— Ты кто? — спросил Кирален.

— Как ты не узнал меня? Я же твой старый знакомый, — Улон вышел из тени.

— Ты что, хочешь судьбу этого повторить? — сказал злобно Кирален.

Улон посмотрел на Киралена. Он увидел нож в прессе и придумал план.

— Успокойся. Я просто защищался, защищал свой престол, свой мир, который твой босс сломал. Или ты думаешь, мы на равных? — спросил Улон. — Когда я был богатым, твой бог и психичка были на дне. Я дал им возможность, а что они разрушили? Мои мечты.

— Ты самовлюблённый псих, — сказал Кирален.

— Я знаю, — усмехнувшись, сказал Улон.

Улон побежал к Киралену. Кирален начал защищать голову, совсем позабыв о ноже в прессе. Улон, побежав, с двух ног влетел в нож. Нож проскочил сквозь Киралена с лёгкостью. Кирален не хотел падать. Он побежал на Улона и ударил. Он не попал. Улон с издёвкой сказал:

— Медленно. Даже медленнее того трупа, хах.

Кирален злился, но не мог быстрее — дыра в животе мешала ему.

— Ладно, пора кончать этот цирк, — Улон, обогнав Киралена, схватил нож. Ударом рукояти он пошатнул равновесие Киралена.

— Так, я не художник, но чего-нибудь придумаем.

Улон начал вырезать сердце у живого Киралена. 2 минуты — и сердце Киралена было в руках Улона.

— Эй! Вставай! Ты же хотел меня убить! Давай, я тут! — кричал трупу Улон. — Эй, приберитесь тут. А ты, Тень, за мной.

Тень кое-как встала.

Пондон, почуяв смерть сына, сказал:

— Борден, скоро тут будут гости.

---

Сцена 4 — Падение храма

Вечер. Храм Пондона.

Пондон чуял, что-то не так. Началась гроза и дождь. Вдруг ему написал сообщение Улон: «Выходи. Одно слово».

Пондон позвал Бордена и спросил:

— Где остальные?

Борден не смог сказать.

— Ладно, потом разберёмся. Идём, — сказал Пондон.

Пондон открыл дверь. Он взял с собой младших монахов, старших и Бордена. На лестнице в комплекс они увидели Улона.

— Ты пришёл один? — спросил Пондон. — После войны с Лоной ты один? Без ловушек и пакостей? Интересно, что же тебя сюда привело?

— Знаешь, у меня дело незаконченное с Лоной. А я знаю, что ты её приютил. У тебя есть два выбора: умереть с ней или отдать её, и твой храм не пострадает, — начал говорить Улон.

— С чего ты такой самоуверенный? Ты же самый слабый из нас. С Лоной тебе повезло, но на везение с моей стороны не надейся, — сказал Пондон.

— Да ладно, ты говоришь как твои ученики. Кстати, дай мне поговорить с ними. Интересно узнать их точку зрения, — сказал Улон с ухмылкой.

— Их нет. Они на задании. И даже если бы были, что ты хотел им сказать? — спросил Пондон.

— А на задании? Ну да, Герас на задании. А у Киралена, твоего наследника, можно узнать мнение, — сказал Улон.

Улон подошёл к машине, с бардачка взял мешочек и, достав сердце, сказал:

— Привет, Кирален. Как дела? Я вот тут спросить хотел. А ты спишь? Тогда ладно.

Пондон был в шоке. Он увидел сердце, но не мог поверить в это.

Борден разозлился и побежал на Улона. Через пару секунд в Бордена прилетел нож.

— Держи собачку в узде. Я же мирный, пока что, — сказал с улыбкой Улон.

— Это не Кирален. Я знаю тебя. Ты мог вырезать сердце с любого урода, — пытался опровергнуть слова Улона Пондон.

— Ну, тогда у меня для тебя подарок. Жди тут, — сказал весело Улон.

Улон залез в багажник машины и достал робу.

— Смотри, мне бы подошла такая? Форма наследника храма. Интересно, ты её назвал... Ладно, забирай, только зашей и постирай, — сказал Улон в шуточной форме.

Пондон был зол. Он узнал форму Киралена. Он сдерживался кое-как, пытаясь придумать оправдание для всего этого.

Борден не выдержал, он напал на Улона.

— Я же предупреждал, что никто не слушает! — сказал Улон, показав Тени знак.

Тень напала на Бордена.

— Ну, продолжим. Я тебе даю выбор: 80% территорий и также Лону, или я убью вас всех и заберу 100%.

— Ты не сможешь победить меня. Лучше уйди, — сказал Пондон. — Ты не убил моих учеников. Я не верю, что они могли проиграть такому ничтожеству.

— Как хочешь! — крикнул Улон.

Борден в это время дрался с Тенью.

— Тень, кончай этот детский сад! — крикнул Улон.

Тень стала быстрее. Она обходила кулаки Бордена, попутно нанося удары ножом. Наконец-то Борден ослаб, и Тень ударом ножа перерезала ему глотку. Борден разозлился, он подлетел с такой скоростью, что Тень не успела. Борден впечатал Тень в асфальт. Он потянулся к Пондону, говоря:

— Простите, я не оправдал ожиданий.

Борден упал и своей кровью запачкал штанину Улона.

— Вот животное, даже умереть нормально не смог, — сказал Улон. Он подошёл к трупу Бордена и вытер об него ботинки.

— Так что, Пондон, согласен? — спросил Улон.

Удар — воздух прорезался от скорости удара. Улон кое-как уклонился. Удар Пондона попал в пол, и 3 метра бетонной лестницы превратились в крошку.

— Ты пришёл ко мне домой. Ты убил моих учеников. Ты уничтожил мой мир! Ты всё время ждал! — кричал Пондон.

Он не думал, он бил. Впервые эмоции Пондона вырвались.

— Монахи! Убейте всех тут! — крикнул он.

Пондон пытался попасть по Улону. Улон побежал в храм.

— Ты сам виноват. Я предупреждал, — говорил Улон, уворачиваясь от ударов. — Ты же угрожал мне. Я просто защищался, — сказал Улон с ухмылкой.

— Ты мразь, недостойная жить! Ты всегда был паразитом! — кричал Пондон.

— Паразитом? Моя система была до твоей. Ты был мусором у Кайдзю. Он ценил тебя за силу, а не за мозг. Думаешь, я не знаю, что ты бегал на побегушках? Думаешь, Дончон не рассказывал, как великий Пондон пытался выслужиться у Кайдзю? — говорил Улон, отходя от ударов.

Храм рушился. Он падал от своего создателя.

Кернер и 40 танцоров сражались против 300 младших монахов и 5 старших монахов.

Улон уворачивался и говорил:

— Может, твоим ученикам лучше на небе? Ты же плохой бог. Плохой отец. Тебя не любили, а использовали ради денег. Ты был кошельком.

— Не говори ерунду!! — кричал Пондон.

Пондон рушил дома монахов, дома старших монахов. Он бегал и бил Улона, попадая только по зданиям.

— Я был системой! А ты — паразит! — кричал Пондон. — Сначала сломал Лону, а теперь меня! Ты крыса и урод!

Когда Улон прибежал к храму, Пондон наконец-то поймал его.

— Ну всё! Я убью тебя, — сказал устало Пондон.

— Ты не можешь убить меня. Ты понимаешь, что ты больше не система? Если убьёшь меня, баланс нарушится. Придёт другой, более опасный. И кстати, что ты скажешь ему? — Улон показал на статую Будды.

Пондон ударил Улона. Он потерял смысл. Зачем? Почему? Зачем жить? Он ударил Улона и встал. Он решил, что уже убил его.

Вдруг Улон встал и проткнул спину Пондона.

— Ну всё. Ты мёртв вместе со своей системой, — сказал Улон.

Пондон не услышал. Он видел Будду, который приглашал его на кружечку чая. Пондон сел и налил чай. Он не обращал внимания ни на что. Нож разъедал его внутренние органы, но ему было плевать.

— О, Будда, спаси моих учеников, пожалуйста. Упокой их души. Мою душу можешь бросить, я много грешил, святым себя не считаю. Просто спаси всех моих учеников. Спаси моих мёртвых сыновей.

Монахи прибежали к Пондону после победы над танцорами (Кернер ушёл). Они увидели, как сидит Пондон. Пондон сказал им одно:

— Бегите отсюда. Это больше не ваш дом.

Монахи, собравшись с мыслями, сбежали в разные стороны.

Пондон склонился перед статуей и умер.

— Фух, наконец-то сдох, — сказал Улон.

Конец сцены