~ 3 глава ~
Ф: Миранда
~ Рутина и тишина ~
Я подошла к кабинету парламента. Там уже сидели все.
Николь устроилась в кресле с ногами и читала какой-то романтичный роман, периодически закатывая глаза к потолку. Кейлани стояла у окна и смотрела куда-то вдаль, подперев щёку рукой. Миранда энергично переписывалась с кем-то по телефону, не поднимая головы. Я подошла к Кейлани и распахнула окно.
— Профессор Палладиум! У вас через девять минут начнётся урок! — крикнула я во двор.
Профессор поднял голову, увидел нас, махнул рукой и скрылся за поворотом аллеи. Я закрыла окно, обернулась и заметила, что Кейлани... сидит на полу. Буквально сползла по стене, вся смущённая, и смотрела на меня.
— Кейлани, — медленно произнесла я, прищурившись. — Ты что... втюрилась в профессора?!
— Ч-что? Нет! — она подскочила, как ошпаренная, и мгновенно покраснела до корней волос.
— Да вы посмотрите на неё! — Николь оторвалась от книги и ухмыльнулась. — Краснее помидора!
— Я просто... просто смотрела на деревья! — Кейлани заметалась по кабинету.
— На деревья, — скептически повторила Миранда, наконец отложив телефон. — Мимо которых как раз проходил профессор Палладиум?
— Это совпадение! — взвизгнула Кейлани.
Я скрестила руки на груди и с улыбкой посмотрела на неё. В кабинете повисла пауза.
— А он ничего, да, Кейлани? — философски заметила Николь, возвращаясь к книге. — Для профессора.
— НИКОЛЬ!
Я рассмеялась. Кейлани закрыла лицо руками и рухнула обратно на пол.
— Ладно, ладно, — сжалилась я, присаживаясь рядом. — Любовь — дело тонкое. Даже если это любовь с первого взгляда на преподавателя трансформации.
— Я не... — донеслось приглушённо из-под пальцев.
— Конечно-конечно, — хором ответили мы втроём.
Кейлани простонала что-то неразборчивое и уткнулась лбом в колени.
— Но, Кейлани, — добавила я уже серьёзнее, — только, пожалуйста, не делай глупостей. Профессор Палладиум — хороший преподаватель. Не хватало ещё, чтобы его уволили из-за слухов.
— Я ничего не буду делать! — она подняла голову. — Я просто буду смотреть издали.
— Издали — это можно, — кивнула Миранда. — Главное, ты к нему на колени не сядь.
— И не вздыхай так громко, — добавила Николь, не отрываясь от книги.
— ВЫ НЕВЫНОСИМЫ! — Кейлани вскочила и выбежала из кабинета, но даже сквозь закрывшуюся дверь было слышно, как она хихикает.
Мы переглянулись и рассмеялись.
— Бедная Кейлани, — покачала головой я, поднимаясь с пола. — Втюриться в профессора...
— Зато будет стимул ходить на урок, — заметила Миранда.
— Или провалить экзамен от волнения, — хмыкнула Николь.
Мы ещё немного посмеялись и пошли на урок профессора Уизгиса — до звонка оставалось всего пять минут.
•••
— В этом году вы будете изучать клонирование, — голос профессора Уизгиса разнёсся по аудитории. Он стоял у своего стола, сложив руки за спиной, и смотрел на нас поверх очков.
Класс затих.
— Клонирование — это не просто создание копии, — продолжал он. — Это создание полноценной магической проекции, которая способна повторять ваши движения, вашу речь и даже ваши заклинания. Но учтите: клон живёт ровно столько, сколько вы в него вкладываете энергии. Он щёлкнул пальцами, и рядом с ним появилась его точная копия.
— Смотрите внимательно.
Два Уизгиса синхронно подняли руки. Потом оригинал повернул голову налево, а клон — направо.
— Видите? Клон не обязан быть вашей зеркальной копией — направление вы можете задавать сами. Но базовое движение повторяется всегда.
Он сделал шаг вперёд. Клон сделал то же самое.
— И запомните главное, — профессор посерьёзнел, и клон исчез с лёгким хлопком. — Если ваш клон коснётся вас или вы его — он мгновенно рассеется. Так что в драке от него толку мало. Зато для домашних дел — незаменимая вещь.
— О-о-о, — протянули несколько учениц за моей спиной.
— Но это ерунда, — отмахнулся Уизгис. — В следующем году вы сможете сделать намного лучше. А сейчас — самое простое задание. Ваша цель: создать одного устойчивого клона на десять секунд. Задание парное. Поворачивайтесь к своей соседке по парте.
Я повернулась к Николь. Та уже ухмылялась во весь рот.
— Я сделаю лучше тебя, — заявила она без капли сомнения.
— Договорились, — усмехнулась я.
— Азель, — раздался голос Уизгиса, — покажете первой.
Я вздохнула, поднялась и вышла к доске. Профессор отошёл в сторону, сложив руки на груди.
— Никакой палочки. Только концентрация, — напомнил он.
Я закрыла глаза. Представила себя. Свою фигуру, свои руки, свои волосы. Потом открыла глаза, подняла руку и чётко произнесла:
— Similis creare.
Рядом со мной вспыхнул серебристый свет — и через секунду появилась моя почти точная копия. Та же поза, тот же взгляд. Но волосы были чуть светлее, чем у меня. Я шагнула вправо — она шагнула влево. Я улыбнулась — она улыбнулась в ответ.
— Очень хорошо, Азель, — кивнул Уизгис. — Десять секунд прошло. Можете убрать клона.
Я щёлкнула пальцами, и клон рассыпался золотистыми искрами.
— Неплохо, — хмыкнула Николь, когда я села на место.
— Твоя очередь, — шепнула я.
Николь вышла к доске с такой уверенностью, словно собиралась не клона создавать, а танец танцевать. Она развела руки в стороны и громко произнесла:
— Similis creare!
Рядом с ней возник кто-то... отдалённо напоминающий Николь. У клона оказалось три руки, а лицо смотрело почему-то в потолок.
По классу прошёлся сдавленный смех.
— Николь, — устало сказал Уизгис, — клон не для того, чтобы пугать преподавателей. Ещё раз.
Николь покраснела, но не растерялась. Снова взмахнула руками — на этот раз сосредоточеннее.
И через мгновение рядом с ней стояла идеальная копия. Николь даже замерла от неожиданности.
Две Николь синхронно моргнули, а потом повернули головы друг к другу.
— Ого, — тихо сказала та, что была справа. Голос — точь-в-точь как у настоящей.
— Очень хорошо, Николь, — кивнул Уизгис. — Со второго раза получилось идеально. Можете убрать клона.
Через десять секунд клон исчез. Николь вернулась за парту с сияющими глазами.
— Видела? — зашептала она.
— Видела, — улыбнулась я. — Молодец. Но мне больше понравился первый.
— Ой, иди ты! — фыркнула она, толкнув меня локтем в бок.
Дальше к доске выходили Кейлани и Миранда. Кейлани, вечно стеснительная, создала свою копию, но перепутала размер — клон получился ростом с кошку. Уизгис сказал: «Поставлю четыре, но ты можешь лучше». Кейлани кивнула и села обратно.
Миранда подошла к заданию со свойственной ей педантичностью. Прочитала заклинание три раза про себя, прежде чем произнести вслух. Её клон получился идеальным — но стоял совершенно неподвижно, как статуя.
— Почему не двигается? — спросил Уизгис.
— Я не дала ей такой команды, — ответила Миранда.
— Задание было на движение, — напомнил профессор. — Но за аккуратность — тоже четыре.
Миранда поправила очки и вернулась на место без единой эмоции на лице.
— Она как железная леди, — шепнула мне Николь.
Урок подходил к концу. Уизгис раздал нам пергаменты с теорией и сказал, что на следующем занятии будет зачёт по клонированию.
— Десять секунд устойчивости. Те, кто не сдаст, будут отрабатывать в выходной, — закончил он жёстко и вышел.
Мы начали собирать вещи. Пергаменты, чернильницы, палочки — всё разлетелось по сумкам за считанные секунды. Уизгис не любил, когда задерживались в его аудитории, и мы давно привыкли собираться быстро.
— Следующий урок у Палладиума, — напомнила Миранда, сверившись с расписанием.
— У профессора Палладиума, — мечтательно протянула Кейлани и тут же прикусила язык, поняв, что выдала себя с головой.
Николь закатила глаза. Я лишь усмехнулась, но комментировать не стала.
Мы вышли в коридор и двинулись в сторону лаборатории.
•••
Занятие у профессора Палладиума прошло ровно так же, как и всегда. Никаких сюрпризов. Никаких новых заклинаний. Только привычная, почти механическая работа.
— Сегодня готовим противоядие от яда двухголового змея, — объявил Палладиум, когда мы расселись по местам. — Рецепт вы знаете. Приступайте.
Запах сушёных трав, шипение зелий в котлах, сосредоточенные лица одногруппниц. Мы делали это сотни раз. Измельчить корень мандрагоры. Добавить три капли слёз феникса. Перемешать ровно семь раз по часовой стрелке. Потом — против.
Кейлани, несмотря на свою влюблённость, работала с идеальной точностью. Николь, как обычно, чуть не взорвала свой котёл, но в последний момент я перехватила её руку.
— Спасибо, — шепнула она.
— В следующий раз буду смотреть, — так же тихо ответила я.
Миранда молча записывала каждый свой шаг в тонкий блокнот. Её противоядие получилось идеальным — прозрачным, как слеза, без единого пузырька. Палладиум кивнул, даже не делая замечаний.
Когда звонок разорвал тишину лаборатории, мы выдохнули с облегчением.
•••
Кабинет парламента встретил нас привычным полумраком и запахом старой бумаги.
Николь плюхнулась в своё кресло и уткнулась в стопку заявлений. Миранда села за свой стол и начала разбирать дисциплинарные протоколы. Кейлани раскладывала план мероприятий на эту неделю.
Я прошла к своему месту, села и взялась за казначейские отчёты. Ресурсы школы. Расход зелий. Обновление барьера. Цифры плясали перед глазами, но я привыкла. Это была моя зона ответственности.
Время тянулось медленно. Мы работали молча — каждая своё. Только изредка перебрасываясь короткими фразами.
Когда часы пробили восемь вечера, Николь отложила бумаги и потянулась:
— Пора проверять комнаты.
Я кивнула, отодвигая стул.
Мы вышли в коридор — вдвоём. Обычно на обход уходило не больше часа. Мы заглядывали в каждую комнату первого и второго курсов, проверяли, все ли на месте, напоминали о комендантском часе, выслушивали жалобы и просьбы.
Первый курс — все на месте. Кто-то уже спал, кто-то болтал с соседками, кто-то в последний момент доделывал домашнее задание. Николь делала пометки в своём блокноте.
Второй курс — тоже порядок. Тишина, свет погашен, только в одной комнате горела тусклая лампа — девочка читала книгу у окна.
— Доброй ночи, — сказала я, проходя мимо.
— Доброй, — ответила она сонным голосом.
Мы шли дальше. Коридор за коридором. Дверь за дверью.
И только когда список подошёл к концу, Николь хмуро посмотрела на меня:
— Твоя комната.
Я замерла.
— Как — моя комната?
— Стелла, Блум, Флора, Муза, Текна, — перечислила Николь, загибая пальцы. — И ты. Никого нет.
Мы вышли из коридоров общежития и направились к воротам Алфеи. Вечер только начинал опускаться на школу — небо окрасилось в лиловые тона, зажглись первые магические фонари.
— Ты рассказала им про комендантский час? — спросила Николь, когда мы остановились у ворот.
— Да, — ответила я. — Сказала, чтобы были к восьми.
— И Стелла послушалась? — хмыкнула она, вспоминая свою старую знакомую.
— Стелла — отдельная история. Но остальные... мне показались разумными.
Николь прислонилась к каменной арке ворот и сложила руки на груди.
— Тогда ждём. Если бы их поймала мадам Гризельда, им было бы очень плохо, — хохотнула она.
Мы ждали.
Пять минут. Десять. Пятнадцать.
Николь начала нервно отбивать ритм носком ботинка. Я смотрела на дорогу, ведущую из Магикса, но на ней было пусто. Только редкие фигуры возвращающихся учениц мелькали вдалеке — но не наши.
Без десяти девять Николь вздохнула и посмотрела на меня:
— Их нет.
— Я вижу, — тихо ответила я.
— Может, задерживаются?
— Может.
Мы постояли ещё немного. Девять часов пробило на главной башне Алфеи.
Николь зевнула и поёжилась от вечернего холода.
— Азель, я спать хочу. Первый день, голова кругом.
Я посмотрела на пустую дорогу в последний раз.
— Ладно. Иди.
— А ты? — спросила она.
— Я ещё немного постою. Всё же как соседка именно мне за них отвечать перед мадам Гризельдой и директрисой.
Николь кивнула, хлопнула меня по плечу на прощание и ушла в сторону общежития.
Я осталась у ворот одна.
Их первый день в Магиксе. Конечно, они задержались.
Я улыбнулась уголками губ и отступила от ворот.
— Завтра поговорю с ними, — сказала я тихим шепотом.
Коридоры Алфеи в этот час были почти пустыми. Я прошла мимо библиотеки, мимо спортивного зала, мимо лабораторий. Никуда не заглядывая. Ничего не проверяя. У меня не было сил на поиски. Да и смысла — я знала, где они. Я открыла дверь в нашу квартиру, чемоданы так и стояли неприбранными. Их хозяек всё ещё не было.
Я прошла в свою комнату, не зажигая света, села на кровать и посмотрела в окно.
— Завтра я скажу им, что так нельзя. Что я отвечаю за них. Что правила существуют не просто так, — зевая, сказала я, глядя на стену. Устало переоделась и легла. Сон пришёл почти сразу.