Озвучивание не поддерживается в этом браузере
2 глава
Речное племя. Раннее утро.
Тьма в палатке оруженосцев была густой, как ил на дне реки. Только лёгкий шелест ветра в тростнике нарушал тишину. И вдруг — вспышка.
Зонтик резко сел, задыхаясь. Грудь его ходила ходуном, уши прижаты, когти впились в моховую подстилку.
— Нет… нет… — прошептал он, оглядываясь. — Это не было правдой… это не было…
Но сердце билось, как будто гроза уже началась.
Сон. Он снова был там. Во тьме. Под обломками старого моста. Дождь хлестал по воде. Гром рвал небо. Огонь плясал на кустах, как живой зверь. А он — маленький, одинокий — не мог бежать. Лапы будто приросли к земле. И голос, шипящий из тьмы:
«Ты не воин. Ты — трус. Ты не нужен никому»
Зонтик сжался.
«Это был не я… это был другой кот…»
Но страх остался. Как шрам. Он огляделся. Остальные оруженосцы спали. Никто не видел его дрожи. Никто не слышал его паники.
«Только один…»
Он выскользнул из палатки. Ночной воздух был прохладным, пах травой и влагой. Роса блестела на листьях, как тысячи маленьких звёзд. Он бежал. Не думая. К палатке воинов.
У входа, свернувшись калачиком на подстилке из тростника, спал Данте. Его пушистая рыжая шерсть вздымалась с каждым дыханием, как волна.
— Данте… — прошептал Зонтик, подбираясь ближе. — Данте, проснись…
Ни ответа.
— Пожалуйста… — голос дрогнул. — Я… мне страшно…
Данте шевельнулся. Медленно приоткрыл один глаз.
— Зонтик?.. — пробормотал он. — Это ты?
— Я… мне приснился кошмар, — выдавил тот. — Огонь… гроза… и голос…
Данте сел. Не ругался. Не спрашивал, почему он не может спать один. Просто посмотрел. Спокойно.
— Гроза, — сказал он. — Она пугает всех. Даже меня.
— Ты? — удивился Зонтик. — Но ты же…
— …сплю до полудня и ем дичь, когда хочу? — усмехнулся Данте. — Да. Но и у меня есть страхи.
— Какие?
— Что однажды проснусь — и пойму, что всё, что я делал, было бессмысленно. Что я не воин. И... Ещё собаки - последние слова рыжий кот почти прошептал
Зонтик замер.
— Но ты же… ты же спас меня в тот день. Когда я боялся перейти реку.
— А ты — не побежал, когда увидел чужака, — сказал Данте. — Страх — не враг. Он учитель. Главное — не дать ему управлять тобой.
Зонтик опустил уши.
— А если я не стану воином?
— А если станешь? — спросил Данте. — Кто знает, что будет завтра? Но сегодня ты пришёл сюда. Значит, ты не один.
Он отодвинулся, освобождая место.
— Ложись. Пока не рассветёт.
Зонтик робко лег рядом.
— Спасибо…
— Не за что, — прошептал Данте, закрывая глаза. — А теперь — спи. А то завтра тренировка. И я не отменю её из-за твоего кошмара.
Зонтик улыбнулся. Впервые за ночь. И, свернувшись калачиком, уснул — под тёплым боком своего наставника, как котёнок под матерью.
Грозовое племя. Утро
Солнце едва коснулось крон деревьев, а Вару уже ненавидел этот день.
— Принести дичь целителю… перебрать подстилки… бегать вокруг дуба… — бормотал он, таща в зубах полузасохшую мышь. — Ну и зачем я вообще шутил?
Он подошёл к пещере целителя. Поставил мышь у входа.
— Готово, — прошептал он. — Теперь можно… исчезнуть.
Он огляделся. Никого. И — побежал. Не к дубу. Не к старейшинам. А вглубь леса, туда, где пахло землёй и свободой.
— Пусть думают, что я тренируюсь, — хихикнул он. — А я просто… исследую территорию.
Он уже мечтал о том, как найдёт заброшенную нору, или таинственный источник, или, может, секретное оружие древних котов…
Но не успел он сделать и десяти прыжков — как из-за куста вышел воин. Высокий. Серый. С густой гривой, переливающейся, как дым после пожара.
— Вару, — сказал он низким голосом. — Куда это ты спешишь?
Вару замер.
— Фиалкогрив… Я… я искал… лекарственные травы. Для целителя.
Фиалкогрив подошёл ближе. Его глаза — тёмные, как смола — сверлили Вару.
— Ты должен был перебрать подстилки старейшин. И пробежать десять кругов.
— Я… потом сделаю, — пробормотал Вару.
— «Потом» — это слово трусов и лентяев, — сказал Фиалкогрив. — А ты — оруженосец Грозового племени.
— Я не трус, — выпалил Вару.
— Тогда докажи.
— Как?
— Вернись. Сделай всё. Сейчас. И — без жалоб.
Вару опустил хвост.
— А если я скажу, что просто хотел побыть один?
Фиалкогрив замер. Потом — почти улыбнулся.
— Тогда скажи это Куромаку. А не убегай.
— Но он… он всегда такой…
— …строгий? — закончил Фиалкогрив. — Да. Потому что знает: свобода — не в побеге, а в ответственности.
Он положил лапу на плечо Вару.
— Иди. Сделай своё дело. А потом — поговорим. Может, я научу тебя ловить ворон, как настоящий воин.
Глаза Вару вспыхнули.
— Правда?
— Если заслужишь.
Вару кивнул.
— Я сделаю всё. Честно.
— Тогда беги, — сказал Фиалкогрив. — И не забудь: честь — в поступках, а не в словах.
Племя Ветра. Полдень
Габриэль с гордостью отряхнул лапы после последнего задания. Подстилки старейшин — перебраны. Дичь — доставлена целителю. Даже Ромео кивнул, когда он прошёл мимо.
— Хорошо сработано, — сказал он. — Сегодня ты был не просто любопытным котёнком. Ты был воином в сердце.
Габриэль гордо выпрямился. Но… Сердце его всё ещё звенело от мыслей.
«Река… Травы… Пустошь … А что, если… есть что-то ещё?»
Он огляделся. Никто не смотрел. Ромео ушёл на патруль. Остальные оруженосцы спали в тени. И Габриэль побежал. Не к реке. А в другую сторону — туда, где трава становилась короче, а за холмами начинался тёмный лес.
Он остановился у самой границы. Там, где ветер стих, а тишину нарушал только шёпот листвы. Перед ним — Племя Теней. Густые кроны. Мрак. Тени, будто живые. Ни одного луча света.
— Вот это да… — прошептал Габриэль, садясь. — Как будто там живут призраки…
Он наклонил голову.
— А может, там живут коты, которые любят тишину? Или, может, они ночные охотники? А вдруг у них есть подземные пещеры? Или секретные ходы?
Он сидел, как заворожённый. Не нарушая границы. Просто смотрел.
И ждал.
Племя Теней. Утро
— Готов? — спросил Пик, привязывая к хвосту Феликса большой, прочный лист с помощью крепкой лианы.
— А можно я сам его поймаю? — засмеялся Феликс. — Я чувствую, что сегодня у меня счастливый хвост.
— Нет, — строго сказал Пик. — Ты будешь охотиться на него, как на настоящую дичь.
Он отступил.
— Начинай.
Феликс встал. Лист болтался за ним, как хвост странной бабочки. Он оглянулся.
— А если я поймаю — ты ляжешь в солнце со мной?
— Если поймаешь — я сам принесу тебе воду из родника.
— Договорились
Феликс присел. Прыжок
— Мимо
Прыжок
— Опять мимо
Он кувыркался, пытался схватить лист зубами, хватал его лапами, даже прыгал на задних — как маленький ёж.
— Я почти… почти… — визжал он. — Сейчас
И вдруг — щёлк. Лапа сомкнулась. Лист оказался в зубах.
— Я поймал — завопил Феликс, подпрыгивая. — Я поймал дичь Я — величайший охотник племени
Пик смотрел. Ни улыбки. Ни похвалы. Только кивок.
— Хорошо. Но завтра — будешь ловить два листа.
Феликс взвыл. Но глаза его сияли.
— А теперь — отдых? — спросил он.
— Отдых — после тренировки. А ты ещё не пробежал десять кругов.
— Ой, ну ладно… — вздохнул Феликс. — Но я побегу в сторону границы Там ветер сильнее
Пик не стал спорить. Феликс помчался.
По кругу.
По два.
По три.
А на десятом — остановился. около границы
— А почему бы не заглянуть? — пробормотал он. — Вдруг там кто-то интересный?
Он подкрался к границе с Племенем Ветра. Трава шуршала под лапами. Ветер играл с ушами.
И тут — запах.
Свежий. Лёгкий. С оттенком полевых цветов и сухой травы.
— Племя Ветра… — прошептал Феликс.
Он наклонился. Обнюхал землю.
И замер.
Там, на другой стороне, сидел кот. Маленький. Рыжий. С бежевыми носочками. Сидит. Смотрит. Как будто ждёт. Феликс прищурился.
— Эй — крикнул он. — Ты кто?
Кот вздрогнул. Потом — улыбнулся.
— Я Габриэль — ответил он. — А ты?
— Феликс — крикнул в ответ тот. — Я из Племени Теней
— Ого — глаза Габриэля распахнулись. — А ты живёшь в темноте?
— Да — засмеялся Феликс. — И мы там ловим листья на хвостах
— Что?! — взвизгнул Габриэль. — Это же безумие
— Это тренировка — важно сказал Феликс. — А ты чем занимаешься?
— Я… я только что перебирал подстилки — гордо заявил Габриэль — И нюхал запах Речного племени
— Ты был у реки?! — Феликс аж присел от удивления. — А там правда вода?
— Да! И она блестит И в ней плавают огромные рыбы
— А ты падал?
— Нет. Но меня предупредили, что целитель даёт горькие травы
Феликс захохотал.
— У нас наставник заставляет бегать вокруг дуба
— А у меня — рассказывает про закон
Они смотрели друг на друга. И вдруг — поняли. Они похожи. Не шерстью. Не глазами.
А душой ...
— Ты тоже шалишь? — спросил Габриэль.
— Всегда, — признался Феликс. — А ты?
— Я просто много спрашиваю.
— Это почти одно и то же, — сказал Феликс.
Они засмеялись. Тихо. Как будто делились секретом.
— Мы не должны разговаривать, — прошептал Габриэль.
— Мы и не разговариваем, — ухмыльнулся Феликс. — Мы шепчемся.
— А завтра придёшь?
— Если ты принесёшь историю про щуку.
— А ты — про лист на хвосте?
— Договорились.
Они ещё раз посмотрели друг на друга. Потом — развернулись. И убежали. Но в сердцах у обоих осталось что-то новое. Что-то, что не называлось словами. Что-то, что закон не мог запретить.
(Отчёт: 8709 симв)
Комментарии