Когда деревья были выше

Пов: Юна

После зельеварения я шла по коридору и всё никак не могла отделаться от этого странного чувства — будто я случайно ввязалась в какую-то игру, правила которой мне никто не объяснил. С одной стороны, приятно, когда тебя замечают. С другой — ну зачем им вообще соревноваться? Я же не кубок по квиддичу, чтобы меня выигрывать.

— Эй, Юна, подожди! — Лили догнала меня, чуть запыхавшись. Видимо, старостаские обязанности уже начали её гонять по всему замку. — Ты чего так быстро идёшь? Будто за тобой Пивз с ведром воды гонится.

— Да просто… — я запнулась, подбирая слова. — Просто эти парни. Сириус со своими прогулками, Снейп со своим «ей не нужны твои прогулки». Фу, какие мысли. Как будто мне больше нечем заняться, кроме как быть причиной их споров.

— Ну, знаешь, — Лили хитро прищурилась, — иногда это даже приятно. Когда кто-то старается ради тебя что-то сделать. Даже если делает это, чтобы другому нос утереть.

— Ой, да ладно тебе. Мне бы сейчас просто спокойно дожить до ужина, а потом написать Лайле. У неё там в Колдостворце наверняка дел по горло, а я даже толком не рассказала, как тут всё устроено.

Мы свернули в сторону библиотеки. Там было тихо, пахло старой бумагой и магией — такой уютный запах, от которого сразу хочется сесть, поджать ноги и читать до самого отбоя.

— Ты куда? — удивилась Лили. — У нас же следующий урок — трансфигурация.

— Ага, но я хочу быстренько глянуть один справочник по анимагии. В Шармбатоне у нас был такой толстый том, там писали про то, как сохранять сознание в животной форме. А то я иногда в виде собаки думаю только про то, где бы косточку найти, и это… ну, немного смущает.

— Ты серьёзно? — Лили округлила глаза. — То есть ты можешь превратиться в собаку, и при этом думаешь о косточках?

— Ну… да. Иногда. Это не всегда контролируется, особенно в полнолуние. И вот я думаю, может, есть какой-то способ это… ну, как это сказать… стабилизировать. По-русски это было бы «взять себя в руки», но тут, видимо, надо искать заклинание.

Лили только головой покачала, но улыбнулась:

— Ладно, пять минут. Но если Макгонагалл спросит, где ты, я скажу, что ты героически спасала сову от полтергейста.

Я нырнула между стеллажей и уже почти дотянулась до нужной книги, как вдруг меня окликнули:

— Мисс Скарлетт! А я вас повсюду ищу!

Я обернулась. В проходе стоял Слизнорт, его мантия переливалась всеми оттенками зелёного, а в руках он держал маленький серебряный поднос с двумя крошечными пирожными.

— Профессор? — я чуть не уронила стопку книг. — Я… я просто хотела кое-что почитать.

— О, я не осуждаю, мисс, вовсе нет! Любознательность — это прекрасно. Особенно когда она подкрепляется талантом. А ваш эликсир сегодня… ну, это было настоящее искусство.

Он протянул мне одно из пирожных:

— Угощайтесь. Это с вишнёвым джемом. Говорят, он пробуждает вдохновение.

Я осторожно взяла пирожное. Лили стояла рядом, широко распахнув глаза, будто боялась пошевелиться и спугнуть этот момент.

— Спасибо, профессор, — пробормотала я.

— Не за что, не за что. И знаете, я тут подумал… у меня ведь есть Клуб Слизней. Собираемся раз в неделю, обсуждаем редкие ингредиенты, пробуем сложные составы, иногда даже изобретаем что-то своё. И мне бы очень хотелось, чтобы вы к нам присоединились. Вы ведь из Шармбатона, а у них там подход к зельеварению… особый. Такой, который мне очень близок.

Я застыла. Клуб Слизней? Серьёзно? Туда же берут только лучших. Я посмотрела на Лили — она едва заметно кивнула, будто подбадривая: «Ну же, скажи да!»

— Я… — начала я, чувствуя, как внутри всё подпрыгивает от восторга. — Я согласна! Честно, это… ну, по-русски я бы сказала «вот это да!», но тут, наверное, надо говорить «большая честь».

Слизнорт расплылся в улыбке:

— Вот и чудесно! Первое собрание уже в пятницу. Приходите в мой кабинет после ужина. И… если хотите, можете взять с собой подругу. — Он кивнул на Лили. — Всегда приятно видеть, когда талант идёт рука об руку с поддержкой.

— Спасибо, профессор! — выдохнула я.

Он ещё раз улыбнулся, подмигнул и ушёл, шурша мантией, будто сам был частью этого волшебного коридора.

— Ну вот, — прошептала Лили, когда он скрылся за поворотом. — Теперь ты официально в элите зельеварения.

— Да ладно, — я всё ещё не верила. — Просто повезло с рецептом.

— Просто повезло? — она закатила глаза. — Да ты Слизнорта очаровала. Он даже пирожное тебе дал! Это у него вроде как высшая степень доверия.

Я рассмеялась, и напряжение, которое копилось с самого утра, наконец-то растаяло. Может, Хогвартс и не Шармбатон, но тут тоже можно найти своё место.

А потом, когда мы уже почти дошли до кабинета трансфигурации, из-за угла выскочил Сириус, широко улыбаясь:

— А, вот вы где! Я вас по всему замку ищу. Слушай, у меня идея! Давай сегодня после ужина я покажу тебе тайный проход, который ведёт прямо к озеру. Там никто не ходит, даже Филч не знает. И закат… ну, ты просто обязана это увидеть.

Я уже хотела привычно закатить глаза, но тут из другого коридора вышел Снейп. Он шёл, уткнувшись в книгу, но стоило ему увидеть Сириуса, как он тут же замер.

— Ей не нужно никаких тайных проходов, — резко сказал он, даже не глядя на меня. — У неё теперь Клуб Слизней. Ей нужно готовиться.

Сириус приподнял бровь:

— Ого. Снейп, ты что, теперь её расписание ведёшь?

— Я просто говорю, что она не должна тратить время на глупости.

— Глупости? — Сириус фыркнул. — Да ты хоть знаешь, что такое «веселье»?

Я подняла руки:

— Стоп. Во-первых, да, я теперь в Клубе Слизней, так что мне правда надо будет кое-что почитать. А во-вторых… я не хочу быть причиной ваших споров. Ладно?

Оба парня замолчали. Сириус выглядел так, будто его лишили любимого трюка на метле. Снейп снова уткнулся в книгу, но я заметила, как он чуть крепче сжал её — будто сам злился на себя за то, что вообще что-то сказал.

И тут меня накрыло странное чувство. Не то чтобы мне нравился Снейп как-то по-особенному… ну, не в том смысле, о котором шепчутся девчонки в спальне. Просто он был тем самым мальчишкой, с которым мы когда-то собирали травы у озера. И пусть теперь он вечно хмурится и говорит всё так резко, будто каждое слово — это заклятие, мне хотелось, чтобы он не забывал, что мы когда-то нормально болтали. Что он мне по-дружески дорог.

Поэтому я тихо, но так, чтобы услышал только он, сказала:

— Северус… ну, если вдруг захочешь потом про ингредиенты поболтать — я буду в библиотеке. Просто… по-старому, как раньше. Без этих ваших споров.

Он чуть дёрнулся, будто хотел что-то ответить, но только коротко кивнул и ушёл.

А Сириус, который всё это видел, вдруг как-то сразу стал спокойнее. Никакой насмешки, никакого «о, да ты ему нравишься». Просто посмотрел на меня и мягко сказал:

— Знаешь, ты… не такая, как все. Ты не делаешь вид, что тебе плевать на людей. Даже на тех, кто старается казаться колючим.

Я фыркнула, пряча улыбку:

— Ну, спасибо. Наверное. Только не надо из меня делать какую-то вселенскую душу. Я просто… не хочу, чтобы он думал, что я его забыла.

— Понимаю, — кивнул Сириус. — Тогда тем более надо показать тебе этот проход. Не ради романтики, честно. Просто там такой закат, что даже самый колючий человек на секунду забывает хмуриться. И если ты посидишь там, подышишь этим воздухом… может, тебе станет чуть легче. Ну, знаешь, чтобы не думать всё время про «как бы не забыть того мальчишку».

Я посмотрела на него — и вдруг поняла: он не пытается меня впечатлить. Он просто хочет сделать что-то хорошее. И в груди стало тепло, как будто кто-то поднёс к сердцу маленькое согревающее заклинание.

— Ладно, — неожиданно для самой себя сказала я. — Давай. Но только на полчаса! Потому что мне правда нужно будет почитать про контроль сознания. По-русски я это называю «не превращаться в собаку, которая мечтает только о косточке».

Сириус просиял:

— Полчаса — это целая вечность, если закат такой, как я думаю. Пойдём!

И мы пошли по коридорам, мимо портретов, которые ворчали нам вслед, мимо статуй, которые будто кивали, одобряя этот маленький побег от уроков и споров. И я вдруг поймала себя на мысли: а ведь Хогвартс потихоньку становится своим. Не чужим, не пугающим, а таким, где можно и в Клуб Слизней вступить, и на закат сходить, и даже попытаться не потерять себя, когда внутри просыпается зверь.

Когда мы вышли к тайному проходу — узкой каменной лестнице, скрытой за гобеленом с вышитыми оленями, — солнце уже опускалось к горизонту, окрашивая озеро в золотой и розовый.

— Видишь? — прошептал Сириус, будто боялся спугнуть эту красоту. — Вот это место. Тут даже время будто замедляется.

Я глубоко вдохнула. Воздух пах водой, травой и чем-то ещё… чем-то очень настоящим. И на секунду мне показалось, что где-то совсем рядом стоит тот самый мальчишка с растрепанными волосами и говорит: «Смотри, Юна, вон там у берега камыш шевелится — наверное, водяной дракон».

— Красиво, — тихо сказала я. — Спасибо, что показал.

Сириус улыбнулся, но не своей обычной дерзкой улыбкой, а какой-то спокойной, почти тихой:

— Пожалуйста.

И в этот момент я поняла: мне не нужно выбирать между дружбой и вниманием. Можно просто быть собой. И пусть Северус где-то там злится на Сириуса, пусть Сириус хочет показать мне весь Хогвартс — я могу просто стоять здесь, смотреть на закат и думать: «Всё идёт как надо. Ну, почти».