Глава 14
Когда вы наконец дошли до спальни для девочек, ты толкнула тяжелую дубовую дверь и замерла на пороге. Твоя кровать была буквально погребена под горой коробок, пакетов и свертков. Все они были упакованы в дорогую бумагу изумрудного и серебряного цветов, перевязаны шелковыми лентами, а сверху лежала огромная плюшевая змея с забавной наглой мордахой.
Твоя ранимая и скромная натура в эту же секунду не выдержала. Ты поняла, что Драко снова все скупил, наплевав на твои прошлые слезы в Хогсмиде. Чувство дикой неловкости, стыда и злости на его невыносимое упрямство накрыло тебя с головой.
Ты резко развернулась к Малфою, который стоял в дверях с самой довольной, наглой и пошлой ухмылкой на лице.
— Малфой, ты совсем из ума выжил?! Псих! Сумасшедший! — в сердцах закричала ты, бросаясь на него с кулаками.
Ты начала колотить его по груди и плечам, а из глаз от переизбытка эмоций и обиды снова брызнули слезы.
— Ты ненормальный индюк! Заносчивый, эгоистичный, пошлый придурок! Зачем ты это сделал?! Я же просила тебя не тратить на меня деньги! Ты опять пытаешься меня купить?! Ты думаешь, если у тебя мешки с золотом в Гринготтсе, то тебе всё можно?! Я ненавижу тебя, Драко Малфой! Ты самый ужасный, самый невыносимый парень во всем Хогвартсе!
Драко даже не пытался защищаться или перехватить твои руки. Он стоял, слегка покачиваясь от твоих ударов, и на его губах расплывалась счастливая, безумно любящая улыбка. Твои обзывания его ни капли не задевали — он слишком хорошо знал твою чуткую и ранимую душу.
Когда ты наконец выдохлась и твои кулаки бессильно опустились на его грудь, а плечи задрожали от беззвучных всхлипов, Драко резко шагнул вперед. Он крепко, собственнически обнял тебя за талию, прижимая к себе так близко, что ты почувствовала бешеное биение его сердца.
— Всё сказала, моя маленькая истеричка? — ласково и вкрадчиво прошептал он, утыкаясь носом в твои макушку и вдыхая запах твоих волос. — Можешь называть меня как угодно. Придурок, индюк, псих — мне плевать. Я буду покупать тебе всё, что захочу, потому что ты моя. И я хочу, чтобы у моей девочки было всё самое лучшее. Так что вытирай слезы и иди открывать подарки, иначе я сам их открою и заставлю тебя примерить всё прямо здесь.
Ты сердито шмыгнула носом, уткнувшись ему в плечо и слегка укусив его через ткань мантии от обиды, но вырываться из его теплых и надежных объятий больше не стала. Этот невыносимый слизеринец окончательно приручил твою ранимую душу своей безумной, наглой любовью.
Ты сердито утерла слезы рукавом мантии и, всё еще обиженно сопя, подошла к кровати. Драко лениво прислонился к косяку двери, скрестив руки на груди и с невыносимо довольным видом наблюдая за тобой.
Первым ты открыла небольшой серебряный сверток. Внутри оказались редчайшие, безумно дорогие сладости из Парижа, о которых ты как-то вскользь упоминала на третьем курсе. Во второй коробке лежала потрясающая зимняя мантия из мягчайшего кашемира слизеринских цветов, отороченная белоснежным мехом. А когда ты развернула третий подарок и открыла бархатный футляр, у тебя перехватило дыхание. Там лежали изящные заколки для волос из белого золота в виде змеек, глаза которых были инкрустированы крошечными изумрудами — точь-в-точь под твое новое ожерелье.
Твоя чуткая, ранимая душа окончательно капитулировала. Вся твоя злость и обида на его траты в одну секунду растворились, сменившись лавиной чистой, детской благодарности. К горлу подкатил огромный комок, и ты громко, навзрыд разревелась — но на этот раз от абсолютного, удушающего счастья.
— Мерлин, Малфой… ты просто невозможный! — всхлипнула ты.
Ты резко развернулась и с разбегу, не разбирая дороги, бросилась на Драко. От твоего внезапного и мощного порыва парень не удержался на ногах. Ты с разгона повалила его прямо на кровать, сгребая в охапку и намертво обвивая руками его шею. Вы рухнули на мягкие подушки, погребя под собой половину нераспечатанных коробок. Ты уткнулась носом в его шею, продолжая плакать от избытка чувств и крепко прижимая его к матрасу своим телом.
Драко от неожиданности глухо охнул, но уже через секунду его сильные руки собственнически обняли тебя за талию, накрывая одеялом. Он тихо, торжествующе рассмеялся, перебирая пальцами твои волосы.
— Ну вот, сначала бьет, потом обнимает… Настоящая слизеринка, — вкрадчиво и донельзя довольно зашептал он тебе в ухо, целуя в висок. — Ради этих слез счастья я готов скупить для тебя весь Косой переулок, маленькая моя.
И именно в этот интимный, жаркий момент, когда ты буквально оседлала Драко на кровати, громко шмыгая носом, дверь спальни без стука распахнулась.
— Эй, Малфой, мы тебя обыскались, Снейп велел… — Блейз Забини замер на пороге с открытым ртом.
Сзади него в комнату заглянул Теодор Нотт и тут же издевательски присвистнул.
— О-о-оу, — протянул Тео, нагло ухмыляясь и облокачиваясь на плечо Блейза. — Кажется, мы прервали стадию «обсуждения имен будущих детей». Блейз, закрой дверь, они тут заняты продолжением рода Малфоев.
— Малфой, друг, я, конечно, всё понимаю, но до отбоя еще далеко, да и комната девчачья, — Блейз так и покатился со смеху, разглядывая гору раскиданных подарков и вашу двусмысленную позу. — Т/И, ты, помнится, обещала Снейпу не взрывать подземелья, но, кажется, вы тут взрываете кое-что другое!
Ты в ужасе пискнула, осознав, как это выглядит со стороны. Твоя стеснительность мгновенно вернулась: лицо в секунду стало пунцовым, ты попыталась судорожно сползти с Драко и спрятаться под подушку. Но Малфой не позволил тебе сбежать. Он лишь сильнее сжал руки на твоей талии, удерживая тебя на себе, и свирепо, по-королевски зыркнул на вошедших друзей.
— Пошли вон отсюда, оба! — рявкнул Драко, хотя на его губах играла наглая, довольная улыбка. — Стучать не учили, придурки? Если Снейпу что-то надо, пускай сам идет. Забини, закрой дверь с той стороны, пока я в тебя «Инсердио» не запустил!
Тео и Блейз, продолжая громко хохотать и отпускать пошлые шуточки, всё-таки вывалились в коридор, плотно прикрыв за собой дверь. Ты осталась лежать на груди Драко, спрятав пылающее лицо у него на шее, а он лишь тихо смеялся, баюкая тебя в своих руках и понимая, что этот четвертый курс стал лучшим в его жизни.