Правила нашего льда

Арина закончила лечебную гимнастику — мышцы ныли, но это была хорошая, привычная усталость, от которойвнутри становилось спокойнее. Она направилась к Марине Владимировне — своему тренеру, человеку, которыйзнал её на льду лучше, чем кто‑либо.

— Ты молодец, — сказала Марина Владимировна, просматривая записи и внимательно глядя на Арину. — Динамика хорошая. Думаю, на лёд сможешь выйти через пару недель, но только после консультации с врачом.Никаких самовольных решений, поняла?

— Поняла, — кивнула Арина, стараясь не выдать, как сильно ей хочется прямо сейчас надеть коньки и выбежатьна лёд. — Просто… безумно скучаю по тренировкам.

Марина Владимировна чуть улыбнулась — в её взгляде было и понимание, и строгость:
— Это нормально. Но если сейчас поторопишься — потеряешь больше времени. Терпение — тоже часть спорта.

Арина вздохнула, но кивнула. Ей оставалось только довериться.

— А кто едет на чемпионат мира? — тихо спросила она, будто боялась услышать ответ.

Тренер помедлила, подбирая слова:
— Аня. Мы решили, что сейчас она готова лучше всех.

— Я верю в неё, — сразу ответила Арина. И это была чистая правда: она искренне верила, что Аня справится. Ногде‑то в груди всё равно кольнуло — горько и обидно. Не из зависти, а из‑за того, что это должна была быть она.

Выйдя из ледового дворца, Арина остановилась, подставив лицо прохладному ветру. Она глубоко вдохнула,прогоняя лишние эмоции. Сегодня у неё была другая цель.

Дима уезжал завтра утром — она узнала это из их переписки. И ей хотелось сделать ему что‑то приятное,какой‑то маленький, но тёплый сюрприз.

Она поехала в торговый центр. Ходила между витрин, присматривалась, пока в одном магазине не увидела брелок. Что‑то в нём было такое… дерзкое,узнаваемое — и Арина сразу подумала о Диме.

Она купила его, нашла в соседнем отделе маленькую коробочку, аккуратно упаковала, вложила записку.

Представив, как Дима будет разворачивать посылку, Арина рассмеялась — тихо, себе под нос. Ей стало легко ирадостно от одной мысли, что он улыбнётся.

Курьер забрал посылку, и Арина поехала домой.

Дома уже накрывали на стол. Только что приехал Семён — они с отцом оживлённо обсуждали предстоящуювыездную серию, спорили о тактике, перебивали друг друга. Арина на мгновение замерла в дверях, глядя на них— на эту привычную, родную суету, которая всегда возвращала её к ощущению, что она дома.

Мама тут же переключилась на неё:
— Ну, рассказывай, как дела с восстановлением?

Арина села за стол, рассказала про разговор с Мариной Владимировной, про две недели ожидания, пронеобходимость ещё одной консультации.
— Но к началу шоу всё будет хорошо, — уверенно добавила она.

Отец посмотрел на неё долгим взглядом — в нём читались и гордость, и тревога:
— Надеюсь, ты будешь аккуратна во время шоу. Не надо геройства.

Арина чуть наклонила голову, пряча улыбку:
— Конечно, буду.

Все за столом рассмеялись — они слишком хорошо знали её упрямый характер.

После ужина Арина поднялась в свою комнату. Усталость накатывала волнами, но она не хотела спать. Ейхотелось просто посидеть, подумать, представить, как всё будет дальше.

И тут телефон тихо пискнул — уведомление от Димы.