1 часть
Хогвартс, 1 сентября 1993 года
Александрия Голденхарт стояла у окна в коридоре на седьмом этаже и смотрела, как кареты с первокурсниками поднимаются к замку. В руке она сжимала серебряную зажигалку - единственную вещь, которая принадлежала только ей. Отец купил её, даже не глядя, просто швырнул на стол.
Она не знала, зачем он это сделал. Может быть, хотел казаться щедрым. Может быть, это была насмешка. Рия давно перестала искать смысл в его поступках.
Она щёлкнула зажигалкой, глядя на огонёк. Просто так, для успокоения. Здесь нельзя курить, вдруг Филч найдет. Но зажигалка давала иллюзию контроля. Огонь слушался её. В отличие от всего остального в этой жизни.
Сзади послышались шаги. Рия не обернулась. Да и зачем, это могли быть ее однокурсники, ребята с других факультетов, без разницы кто, они все равно могли над ней поиздеваться.
- Голденхарт! - голос раздался резко, с насмешкой. - Ты что, опять тут торчишь? Иди в зал, а то опоздаешь. Или ты думаешь, что ты слишком хороша для общего собрания?
Рия медленно повернулась. Три девушки с её факультета стояли в проходе, скрестив руки на груди. Она знала их всех. Они жили в одной комнате. Они частенько ее выгоняли.
- Иду я, - девушка надеялась, что они от нее отстанут.
- Опять будет сидеть в углу и пялиться в свою книгу. Будто мы не знаем, что ты просто хочешь привлечь внимание. - фыркнула одна из них, Миллисента, высокая брюнетка с вечно злым лицом. - вот мне интересно, нахрена ты фамилию сменила, будто никто не знает твоего никчемного папашу Снейпа.
Рия не ответила. Она прошла мимо них, не ускоряя шага, не показывая, что её задевают. Каждое слово было привычным, как боль. Она уже научилась не чувствовать её.
- И не вздумай возвращаться в спальню! - крикнула Миллисента ей вслед. - Мы заперли дверь!
Рия не остановилась. В очередной раз ей придется идти в заброшенную башню, которую она обнаружила в один из таких дней, когда ее не пускали в комнату. Это было единственное место, где никто не мог её найти.
---
1 сентября 1993 года, вечер. Кабинет Снейпа:
Снейп стоял у окна, когда она вошла.
- Ты слышала, что завтра в Хогвартс прибудет новый профессор Защиты? - спросил он, не оборачиваясь.
- Да, - сказала она.
- Его зовут Римус Люпин, - сказал он, и в его голосе послышалась насмешка. - Он оборотень. Я хочу, чтобы ты держалась от него подальше.
Рия замерла. Она не знала, что сказать.
- Я поняла, - сказала она.
- Хорошо, - сказал он. - А теперь убирайся.
Она вышла из кабинета, чувствуя, как внутри всё дрожит.
---
Заброшенная башня, та же ночь
Рия сидела на подоконнике, глядя на Чёрное озеро, отражающее звёзды. Снаружи было холодно, но она привыкла. Она всегда мёрзла. Это было лучше, чем быть в комнате, где её ненавидят.
Она достала из кармана мантии сигарету и щёлкнула зажигалкой. Дым успокаивал.
Она глубоко затянулась и задержала дым в лёгких, чувствуя, как внутри что-то отпускает. Сегодня она снова пережила первое сентября и на этот раз последнее, наконец-то седьмой курс. Сегодня она снова увидела отца - профессора Снейпа, который сидел за преподавательским столом и даже не взглянул на неё. Как будто её не существовало. Как будто она была пустым местом.
Она докурила до половины и затушила сигарету о руку. Поморщившись от боли, девушка не знала с какой целью она это делает, но эта боль помогала потупить всю остальную. Красное пятно вспыхнуло на коже, и она посмотрела на него с лёгкой улыбкой. Боль была контролируемой. В отличие от всего остального.
Она знала, что завтра всё повторится. Девушки в комнате будут её презирать. Однокурсники будут шептаться за спиной. Учителя - смотреть с жалостью, которую она ненавидела больше всего.
Но у неё была эта башня. У неё были сигареты. У неё была тишина.
И этого было достаточно.
---
Следующее утро, Большой зал
Рия сидела за столом Когтеврана в самом конце, у стены. Рядом с ней пустовало несколько мест - никто не хотел сидеть рядом с ней, и это устраивало её больше всего.
Она не поднимала головы, когда директор начал свою приветственную речь. Но когда начали объявлять нового преподавателя, она подняла глаза, прозвучало имя «Профессор Римус Люпин», новый преподаватель по Защите от Темных Искусств.
Человек, который поднялся из-за стола, был не похож на предыдущих профессоров. Поношенная мантия, спокойные движения, тёплые глаза, в которых было столько же боли, сколько и доброты. Он слегка прихрамывал, и его руки, лежавшие на столе, были в мелких шрамах.
Рия заметила это сразу. У неё был глаз на такие вещи. Шрамы означали боль. Боль означала, что этот человек тоже знал, что такое быть раненым.
Профессор Люпин оглядел зал. Его взгляд скользнул по столам, и на мгновение он остановился на ней. Всего на секунду. Но Рия почувствовала, как внутри что-то ёкнуло.
Он смотрел не с жалостью. Он смотрел так, будто видел её. Будто знал, что она прячется.
Она отвела глаза первой.
---
Рия вышла из Большого зала сразу же, как только появилась возможность, чтобы к ней снова не приставали. Она шла по коридору, когда услышала сзади голоса.
- Это она? - спросил кто-то.
- Да, та самая. Дочь Снейпа. Представляешь, что она творит? - ответил другой голос, полный презрения. - Я слышал, что она сама просится жить в башне, потому что её выгнали из спальни.
- Бедненькая, - фыркнули в ответ. - Сама виновата. Могла бы быть нормальной, как все.
Рия не обернулась. Она ускорила шаг и свернула за угол, где никто не видел, как её руки начали дрожать. Она не плакала. Она никогда не плакала при других. Но внутри всё сжималось, как будто кто-то сдавливал её грудь.
Она поднялась на седьмой этаж, где никого не было, и достала сигарету. Руки дрожали так сильно, что она с трудом зажгла её.
«Ты справишься», - сказала она себе, затягиваясь. - «Ты всегда справляешься».
Она затушила сигарету о руку. Боль пришла, и это помогло. Она почувствовала себя живой и прикрыла глаза.