7 часть
Хогвартс, середина октября 1993 года
Прошло три недели с той ночи, когда Рия впервые постучала в дверь Люпина.
Что-то изменилось. Не сразу - сначала она просто перестала бояться. Потом начала замечать, что улыбается, когда видит его в коридоре. А потом поняла, что ждёт конца уроков, чтобы прийти к нему.
Сначала она приходила раз в два-три дня. Потом - каждый вечер. А теперь она просто оставалась после уроков, и это стало привычкой.
---
Кабинет Люпина, 4:30 вечера
- Ты опять пропустила обед, - сказал Люпин, глядя на неё поверх книги.
- Я не голодна, - ответила Рия, усаживаясь в кресло напротив него.
- Ты всегда так говоришь.
- Потому что это правда.
Он покачал головой, но улыбнулся. - Я принёс чай. И шоколад. Ты съешь хотя бы его.
Рия фыркнула, но взяла кусочек шоколадки. Он смотрел на неё с таким теплом, что у неё внутри всё переворачивалось.
- Ты сегодня улыбалась на уроке, - сказал он. - Я заметил. Впервые.
Она подняла на него глаза. - Я не улыбалась.
- Улыбалась, - сказал он. - Когда я рассказывал про банши. Ты посмеялась в конце.
- Это был не смех, - сказала она, но в её голосе слышались смешинки. - Я просто... подумала, что банши звучат так же жалобно, как Миллисента, когда я случайно задела её локтем в коридоре.
Люпин засмеялся - искренне, тепло. - Александрия Голденхарт, ты только что призналась, что тебе доставляет удовольствие причинять боль своей однокурснице?
- Я не причиняла ей боль, - сказала она, притворно возмущаясь. - Я просто... прошла мимо. И она оказалась на моём пути.
Они смотрели друг на друга, и Рия чувствовала, как внутри разливается тепло. Она не помнила, когда в последний раз шутила с кем-то. Не помнила, когда в последний раз смеялась.
- Я рад, что тебе здесь хорошо, - сказал он тихо. - Ты заслуживаешь улыбаться.
Рия отвела глаза. Она не знала, что сказать. Она чувствовала что-то странное - что-то, чего не чувствовала никогда. Когда он смотрел на неё так, у неё перехватывало дыхание.
- Профессор, - сказала она, глядя в чашку с чаем. - Вы когда-нибудь чувствовали... я не знаю... что кто-то становится важнее, чем он должен быть?
Люпин замер. Он смотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то - удивление? Понимание?
- Да, - сказал он тихо. - Да, чувствовал.
Рия подняла на него глаза. - И что вы делали?
- Я ждал, - сказал он. - Я ждал, чтобы понять, что это значит. И я понял, что иногда важно дать чувствам быть. Даже если они пугают.
Она смотрела на него, чувствуя, как внутри всё дрожит. Она не знала, что сказать. Она боялась, что скажет слишком много. Что разрушит то, что между ними есть.
Но она также боялась молчать.
- Я думаю, - сказала она медленно, - что я начинаю что-то чувствовать. К вам.
Люпин сжал свою чашку. - Александрия...
- Я знаю, - сказала она, чувствуя, как слова вырываются, хотя она не планировала их говорить. - Я знаю, что я ученица. Я знаю, что это неправильно. Но я не могу... я не могу остановиться. Вы единственный человек, который когда-либо был добр ко мне. Вы единственный, кто видел меня и не отвернулся. И я...
Она замолчала, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.
- Я не знаю, что делать, - прошептала она. - Я боюсь, что всё испорчу. Что вы скажете, что я перехожу границы. Что вы прогоните меня.
Люпин поставил чашку на стол и подошёл к ней. Он сел на край её кресла и взял её за руку.
- Я не прогоню тебя, - сказал он. - Я никогда не прогоню тебя. - он смотрел на неё с теплотой и болью одновременно. - Но ты должна понять... я старше. И я твой профессор. Я не могу позволить себе...
- Вы боитесь, что я причиню вам боль? - спросила она.
- Я боюсь причинить боль тебе, - сказал он. - Я боюсь, что если я позволю себе чувствовать то, что чувствую, то разрушу то немногое, что у тебя есть.
Рия смотрела на него. Она видела его страх. Она видела его борьбу.
- Я не хочу ничего разрушать, - сказала она тихо. - Я просто хочу быть рядом с вами. Если вы позволите.
Люпин посмотрел на неё. Долго. Так, что она почувствовала, как время остановилось.
- Я позволю, - сказал он наконец. - Но давай не будем спешить. Давай просто будем. Хорошо?
Она кивнула, чувствуя, как внутри разливается тепло.
- Хорошо, - сказала она.
Он не отпустил её руку.
---
Следующие дни
Они не говорили больше о чувствах. Но что-то изменилось.
Они пили чай вместе. Разговаривали о книгах, о магии, о жизни. Она смеялась - искренне, легко. Он смотрел на неё и улыбался.
Однокурсники больше не трогали её. Они просто перестали замечать её, и Рия была благодарна за это. Отец не вызывал её. Она не знала, почему - может быть, он был занят. Может быть, ему было всё равно. Она не хотела думать об этом.
Она хотела думать о нём. О Римусе.
Она поймала себя на мысли, что называет его по имени в своей голове. Римус. Она не знала, имела ли она право.
Но когда он улыбался ей, она чувствовала, что имеет.
---
Заброшенная башня, 10:00 вечера
Рия стояла на подоконнике и смотрела на звёзды. Она больше не курила так часто, как раньше. Иногда она зажигала сигарету, но просто держала её в руке, не затягиваясь.
Она улыбнулась, вспоминая его улыбку.
- Ты влюбляешься, - сказала она себе, и в голосе слышалось удивление.
Она не знала, правильно ли это. Она не знала, что будет дальше.
Но она знала одно: она чувствовала себя живой. И это стоило всего.