счастья
Загородный дом Феликса встретил парней тишиной и мягким светом автоматической подсветки двора.
Просторный, современный, но удивительно уютный благодаря усилиям самого Ликса, он сразу укутал уставшего Джисона ощущением полной безопасности.
Стоило дверям закрыться за ними, как Минхо, не теряя времени, перехватил инициативу.
хо: так, бельчонок, ты марш в душ,
он мягко подтолкнул омегу в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.
Хо: мы пока разберемся с ужином. Хёнджин, на тебе пледы и гостиная. Ликс, покажи, где у тебя тут посуда.
Ну а джисон послушно поплелся наверх. Горячая вода приятно расслабила мышцы после долгого учебного дня и рабочей смены в кафе.
Из одежды он выбрал безразмерное худи Феликса нежно-голубого цвета, которое доходило ему почти до колен, и свободные домашние шорты. (Хотя с таким-то худи шорты и не нужны)
Когда он вышел из ванной, его запах внутри радостно затрепетал снизу доносились невероятно аппетитные запахи еды и тихий, спокойный гул трех голосов.
Без криков, без соперничества. Только уют.
Спустившись на первый этаж, Джисон замер на нижней ступеньке.
Огромный диван в гостиной был завален пушистыми подушками и огромными флисовыми пледами.
На ковре перед камином, который Хёнджин уже успел разжечь, стоял низкий столик, ломящийся от еды: домашний рамен, приготовленный Минхо (омега сразу узнал этот фирменный аромат специй), тарелка с нарезкой из свежих фруктов от Хвана и сладости, которые заботливо разложил Феликс.
Ликс: о, смотрите, кто вышел!
Хёнджин, сидевший на полу у дивана, широко улыбнулся и похлопал по месту рядом с собой.
Хён: иди сюда, Хан-и, ты выглядишь как завернутый в облако.
Феликс вынырнул из кухни с четырьмя кружками горячего какао, над которыми возвышались шапочки из маршмеллоу.
От парня пахло проливным дождем, но этот запах сейчас был настолько мягким и домашним, что Джисону сразу захотелось уткнуться носом в его плечо.
Садись в центр,
скомандовал Минхо, заходя следом. Он снял свой строгий фартук, оставшись в простой черной футболке, и его аромат кофе стал глубже, баюкающим.
Джисона усадили на самый мягкий ковер, спиной оперев о диван.
Хёнджин тут же устроился справа, накидывая на колени омеги край огромного пледа. Его аромат вина приятно согревал, а длинные пальцы альфы принялись аккуратно перебирать еще влажные после душа волосы Джисона.
Феликс сел слева, сразу же прижимаясь своим плечом к плечу Хана и протягивая ему кружку с какао.
Минхо так вкусно приготовил рамен, ты обязан съесть всё, промурлыкал Ликс, заглядывая Джисону в глаза.
Минхо сел напротив них, по другую сторону столика, лениво наблюдая за этой картиной.
В его глазах больше не было той привычной холодной насмешливости, только глубокое, зрелое тепло.
Хо: налетай, бельчонок. Ты сегодня много работал.
Ужин прошел в удивительно теплой атмосфере.
Они делились историями из школы, Минхо подшучивал над тем, как Хёнджин умудрился испачкать рубашку соусом на перемене, а Хван в ответ драматично возмущался, заставляя Джисона звонко и искренне хохотать.
Каждый раз, когда Хан смеялся, три альфы замирали на секунду, просто любуясь его счастливым лицом.
Их ароматы смешивались вокруг, создавая невероятный коктейль: сладость банановых блинчиков, терпкость вина, свежесть дождя и бодрящий кофе
всё это идеально принимало в себя хвойные нотки густого леса.
Когда с едой было покончено, Минхо перебрался на диван позади Джисона.
Он обнял омегу со спины, притягивая к своей груди, и уложил подбородок ему на плечо. Хёнджин устроился чуть ниже, положив голову на бедра Джисона и прикрыв глаза, пока омега дремотно перебирал его темные пряди.
Феликс же просто вытянулся рядом, обняв Хана за талию и уткнувшись носом в изгиб его шеи.
В гостиной горел только камин, отбрасывая мягкие блики на стены. На большом экране беззвучно шло какое-то старое кино, но никто на него не смотрел.
Знаете...
тихо, почти шёпотом произнес Джисон, чувствуя, как его клонит в сон от абсолютного комфорта.
Хан: я никогда не думал, что всё может быть вот так. Так правильно.
Минхо чуть крепче сжал свои объятия, целуя омегу в макушку.
Хо: теперь всегда так будет, бельчонок. Мы тебя никому не отдадим. И друг другу тоже не отдадим. Мы вместе.
Да...
сонно отозвался Хёнджин, перехватывая свободную руку Джисона и целуя ладонь.
Ты наше солнце, Хан-и. А вокруг солнца все планеты движутся вместе.
Феликс лишь тише вздохнул, крепче прижимаясь к боку омеги, подтверждая слова парней своим уютным теплом.
Джисон закрыл глаза, чувствуя, как три сильных, надежных альфы баюкают его в своих объятиях. Его запах наконец-то обрёл своих истинных хранителей, и в эту ночь Джисону впервые за долгое время снились только самые счастливые, светлые и теплые сны.