Глава 2 Воссоединение
Мы уже подъезжали к нашему новому дому. До этого мы впервые летели на самолёте - и мне очень понравилось! В итоге, чтобы переехать в Нью‑Йорк, мы провели почти два дня в пути: ехали на машине и летели на самолёте.
На второй день мы уже были в Нью‑Йорке и направлялись к новому дому. И вот, наконец, мы добрались. Мы вышли из папиной машины и остановились прямо перед домом. Он был двухэтажным: коричневые кирпичи, красивые окна, тёмно‑оранжевая крыша. В общем, мне он сразу понравился.
Мы вошли внутрь. Дом оказался просторным, с бежевыми стенами и коричневым полом. Затем мы принялись разгружать вещи из грузовика. Мы трудились вместе, как вдруг к нам подошёл мужчина. Я не сразу его узнала, пока папа не произнёс:
- Ассаляму алейкум, брат!
- Ваалейкум ассалям, - ответил тот и пожал папе руку.
Это был дядя Ибрагим. Он сильно изменился: на чёрных волосах появилась седина, лицо стало более усталым, а глаза - утомлёнными. Но он улыбался. Я подошла к нему и сказала:
- Ассаляму алейкум, дядя Ибрагим, как ваше самочувствие?
- Ваалейкум ассалям. Альхамдулилляh, всё хорошо. Ты как? - спросил он.
- Альхамдулилляh, нормально, - ответила я.
- Ты сильно изменилась, а я помню тебя совсем маленькой, - заметил дядя Ибрагим.
Я лишь улыбнулась.
Вскоре к нему подошли мама и брат, и они тоже обменялись приветствиями. Потом дядя Ибрагим присоединился к нам и стал помогать перетаскивать вещи в дом. Когда мы закончили, уже наступил вечер. Дядя Ибрагим пригласил нас к себе и показал на дом неподалёку:
- Мой дом рядом, буквально в трёх шагах. Наши дома находятся по одну сторону улицы, совсем близко.
Наша семья с радостью приняла приглашение.
А я всё думала о том, как изменились тётя Лейла, её дочь Амина - которая уехала с ними спустя месяц после рождения, - и, конечно, Дамир. Мне не терпелось увидеть, как они выросли.
После вечернего намаза мы отправились к ним домой. Папа постучал в дверь, и её открыла тётя Лейла. Она совсем не изменилась - такая же красивая, как прежде. Мы поприветствовали её, мама и я обняли её, а Данияр, стараясь выглядеть серьёзным, пожал тёте руку. Мы даже рассмеялись.
Тётя Лейла пригласила нас к столу. На нём было столько блюд, что некоторые я видела впервые.
- Я приготовила вам блюда, которые есть и в Турции, и в Нью‑Йорке, - сказала она.
- Не стоило так трудиться, сестра, - ответила мама.
- Как же, вы ведь моя семья! - возразила тётя Лейла.
- Хорошо, спасибо огромное. Дай Аллаh вам здоровья, - поблагодарила мама.
В этот момент к нам подбежала маленькая девочка и обняла меня. Я удивилась - она неслась так быстро, словно Флэш! Подняв голову, она сказала:
- Приветик, сестра Айлин!
Я сразу поняла, что это Амина. Ма ша Аллаh, она была очень красивой: голубые глаза достались ей от мамы, а замечательная улыбка - от папы. Я обняла её и ответила:
- Приветик, Амина!
- Как дела? - спросила она.
- Всё хорошо, аальхамдулилляh.
- У меня тоже!
- Амина, а как ты меня помнишь? Ты же была совсем маленькой, - поинтересовалась я.
- Да, мой брат много про тебя рассказывал. По его описанию я сразу поняла, что это ты, - ответила она.
Я задумалась. Не ожидала, что Дамир будет рассказывать Амине про меня. Оказалось, я ошибалась.
- А, понятно, - сказала я.
Амина отпустила меня и побежала обнимать остальных членов моей семьи. Затем мы приступили к трапезе. Я не знала, с чего начать, и выбрала жареную курицу с картошкой. Про себя произнесла «бисмилляh» и принялась за еду. Ма ша Аллаh, всё было очень вкусно! Но Дамира всё ещё не было, и я гадала, где он. Тем временем родители беседовали обо всём подряд.
Вдруг тётя Лейла и дядя Ибрагим обратились к нам:
- Ну, как вы без вашей бабушки? Простите, что не смогли прийти на похороны. У нас не получилось. Ин ша Аллаh, она в раю.
- Ничего страшного, что вы не пришли. Понимаю - в такую даль непросто добраться. А насчёт мамы... Спасибо. Ин ша Аллаh, - ответил папа.
Мама тоже произнесла:
- Ин ша Аллаh.
Мы с братом повторили за ними.
Затем мама задала вопрос, который волновал меня с самого начала ужина:
- А где Дамир?
- Он пошёл за тортом и до сих пор не вернулся, - ответила тётя Лейла.
И тут я услышала, как открылась дверь. В проёме стоял Дамир. Он сильно изменился внешне: стал высоким, волосы - чуть длиннее и волнистые, тёмно‑чёрного цвета, как у отца. Густые чёрные брови и карие глаза дополняли образ. Он произнёс:
- Всем ассаляму алейкум!
Все ответили:
- Ваалейкум ассалям!
Дядя Ибрагим спросил:
- Сынок, почему ты так поздно пришёл?
- Там была очень большая очередь, - объяснил Дамир.
- Хорошо. Присоединяйся к ужину, - пригласил дядя.
Прежде чем сесть за стол, Дамир пожал руку моему отцу и брату, а затем устроился рядом. Он начал беседовать с моей мамой, а я смотрела на него и думала: «Почему он меня игнорирует? Стал таким высокомерным...»
Когда моя курица закончилась, я не знала, что выбрать, и взяла какое‑то незнакомое блюдо - похоже на шаурму, но не завёрнутую в лаваш целиком. Я положила его на тарелку и попыталась есть вилкой. Вдруг я услышала смех. Напротив сидел Дамир и хохотал.
- Ты что, ешь это вилкой? Его нужно есть руками! - пояснил он и снова рассмеялся.
Его смех разозлил меня. «Откуда я должна это знать?!» - подумала я и ответила чуть резче, чем хотела:
- Я не знала...
«Если бы здесь не было родителей, тёти и дяди, я бы ему такое сказала!» - пронеслось в голове.
Дамир сразу перестал смеяться.
- Дамир, не надо больше так смеяться. Она только переехала, ты понял меня? - строго сказала тётя Лейла.
- Окей, - кивнул он.
После ужина мы поднялись наверх, а взрослые остались внизу. Оказавшись в комнате Амины, я стала играть с ней, намеренно игнорируя Дамира. «Он стал совсем другим человеком», - думала я. Дамир тоже молчал и общался с моим братом.
Всё шло хорошо, пока в мою голову не прилетела подушка. Я чуть не упала! Оказалось, её бросил не мой брат, а Дамир. Я разозлилась и воскликнула:
- Э‑э, ты что, совсем страх потерял?
- А вот теперь я узнаю свою подругу! - улыбнулся он.
Я посмотрела на него с недоумением.
- Я знаю, что ты не терпишь, когда над тобой смеются. И когда за столом ты так резко ответила, я даже удивился. Подумал: «Что с ней?» Оказывается, ты совсем не изменилась, - пояснил Дамир.
- Вау, да ты прям знаешь про меня всё! Зато ты изменился. Стал каким‑то угрюмым. Вообще тебя не узнаю, - заметила я.
Он помолчал, а потом сказал:
- Ладно, извини меня за это.
Его слова тронули меня, и я ответила:
- Ладно, прощаю тебя.
И дальше, как в детстве, мы начали болтать обо всём на свете. Я взяла свои слова обратно: он ничуть не изменился.
Потом мы вернулись за стол, съели вкусный торт и отправились домой. Я была очень рада увидеть их и поняла: они совсем не изменились, и это меня невероятно обрадовало.
А завтра мне предстояло пойти в школу, где учится Дамир. Мы с ним - одноклассники: родители специально перевели меня в его класс, чтобы он мог помогать мне в учёбе. Я немного волновалась и гадала, как пройдёт завтрашний день.