Между нами - лето

Напряжение висело в воздухе тяжёлым, осязаемым облаком последние двое суток, и находиться рядом друг с другом стало практически физически больно.

Мия упорно избегала любых пересечений: она садилась за другой столик на завтраке, старалась затеряться в толпе во время общих мероприятий и неизменно переключала внимание на Аврору или Олливера, стоило

Кими оказаться в поле зрения. Ей казалось, что её холодная броня работает идеально и что она надёжно защитила себя от новой порции боли.

Но Кими явно не собирался мириться с ролью изгоя в этой странной игре, правила которой она установила в одиночку.

В тот день после обеда отряд получил короткую передышку перед вечерними активностями. Мия сидела на небольшой деревянной террасе за главным корпусом, устроившись в самом углу с блокнотом в руках, хотя за последние полчаса не написала на странице ни единой строчки. Она просто смотрела на пустой лист, пытаясь заглушить назойливый внутренний голос.

Шаги на скрипучих достках террасы прозвучали внезапно, но Мия сразу узнала их ритм. Даже не поднимая головы, она почувствовала, как пространство вокруг сузилось.

К: Долго ты ещё будешь от меня бегать? — голос Кими звучал тихо, но в нём чётко сквозило раздражение, смешанное с усталостью.

Мия сглотнула вязкую слюну, заставила себя поднять взгляд и встретиться с ним глазами. Он стоял у входа на террасу, засунув руки в карманы худи, и смотрел на неё сверху вниз с таким выражением лица, будто пытался решить сложнейшую задачу, ответа на которую в учебниках не существовало.

М: Я ни от кого не бегу, — максимально ровным, безразличным тоном произнесла Мия, возвращая взгляд к блокноту. — Тебе показалось.
К: Показалось? — он горько усмехнулся и сделал пару шагов вперёд, останавливаясь у края скамьи. — Серьёзно, Мия? Ты три дня делаешь вид, что меня вообще не существует. Ты даже на ужине пересела на другой конец стола. Я что, по твоему, слепой?

Внутри у неё всё сжалось от жгучей смеси обиды и злости, которую она так тщательно прятала всё это время. Защитная маска начала трещать по швам.

М: Ой, правда? — она резко захлопнула блокнот, отчего бумага глухо хлопнула, и вскинула на него глаза, в которых уже поблёскивали искры гнева. — Извини, забыла спросить у тебя разрешение на то, где мне сидеть. Или ты привык, что все вокруг подстраиваются под твоё расписание и настроение? Как Бьянка, например?

Кими на секунду замер, нахмурившись ещё сильнее. Название имени прозвучало неожиданно резко, и в первые секунды он просто смотрел на неё, пытаясь сопоставить факты.

К: Причём здесь вообще Бьянка? — в его голосе прозвучало искреннее непонимание.
М: О, при том! — Мия поднялась со скамейки, чувствуя, как дрожат колени, но не желая показывать слабость. — Не думай, что ты такой скрытный. Я случайно услышала ваш разговор у административного корпуса несколько дней назад. «Просто способ убить время», «не ищи глубины»... Помнишь? Или для тебя это настолько привычные слова, что ты разбрасываешься ими налево и направо?

Она выплеснула это на одном дыхании, чувствуя, как к горлу подступает ком. Вся её выдержка, вся мнимая холодность рассыпались от одной этой фразы, обнажая живую, кровоточащую обиду.

Кими смотрел на неё во все глаза. На секунду в его взгляде мелькнуло шоковое удивление, а затем лицо вдруг разгладилось, сменившись пониманием. Он тяжело вздохнул, провёл ладонью по лицу и сделал шаг к ней, сокращая расстояние до минимума.

К: Ты услышала только то, что хотела услышать, Мия, — тихо, но очень твёрдо сказал он, заставляя её остаться на месте. — Ты послушала пару фраз из контекста и решила додумать всё сама.
М: Да что тут додумывать?! — её голос сорвался на полукрик, выдавая всю боль, которую она пыталась удержать. — Ты сам сказал, что это лагерь и что здесь всё не по-настоящему! Что для тебя это просто отдых от твоих гонок и твоей настоящей жизни!

Кими резко сократил оставшееся между ними расстояние и мягко, но уверенно перехватил её за запястья, не давая отступить назад. Его пальцы были горячими, и от этого прикосновения по телу Мии пробежала судорожная дрожь. Она попыталась дернуться, но он держал крепко, однако не грубо, а так, словно боялся спугнуть.

К: Посмотри на меня, — приказал он тихо, но в этом тоне не было ни капли прежнего высокомерия — только глупая, обнажённая честность. — Посмотри на меня, Мия.

Она неохотно подняла глаза, всё ещё злясь, но уже не находя в себе сил вырываться.

К: Бьянка пришла туда, чтобы в очередной раз попытаться затеять свою игру и надавить на меня, как она делает это постоянно дома, в тусовке, где все друг другу лгут, — начал объяснять Кими, глядя прямо ей в душу. — Она говорила о том, что этот лагерь — пустой звук, и намекала, что мне не стоит воспринимать здешнюю жизнь всерьёз. И когда я ответил ей про «убить время» и «не искать глубины», я говорил о её словах. Я зеркалил её цинизм, Мия! Потому что не хотел перед ней открываться и показывать, что для меня здесь всё совершенно иначе.

Мия замерла. Внутри неё всё замерло вместе с дыханием. Слова падали одно за другим, переворачивая весь тот карточный домик из обид и выводов, который она выстраивала последние дни.

М: Иначе... — эхом повторила она, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — То есть...
К: То есть всё, что я говорил ей тогда, было лишь попыткой отделаться от неё, — Кими чуть сильнее сжал её запястья, а затем его пальцы плавно скользнули вниз, переплетаясь с её пальцами. — А всё, что происходит между нами... это единственное настоящее, что у меня было за последние несколько лет. Ты думаешь, мне легко видеть, как ты избегаешь меня? Как смотришь на меня так, будто я чужой?

Напряжение, которое душило Мию несколько дней, вдруг рухнуло, оставив после себя оглушающую, звенящую тишину. Осознание того, как сильно она ошибалась, ударило под дых, но вместе с тем пришло невероятное, пьянящее облегчение.

Она стояла перед ним, не в силах придумать ни единого оправдания. Все её логические цепочки, все защитные бастионы рухнули от нескольких простых, но честных слов.

М: Прости, — выдохнула она едва слышно, опуская глаза и чувствуя, как к щекам приливает краска стыда. — Я... я услышала только обрывок и накрутила себя.

Кими тихо выдохнул, и в этом звуке было столько облегчения, что Мия поразилась. Он качнул головой, а затем свободной рукой осторожно коснулся её щеки, заставляя поднять голову. Его пальцы были невероятно нежными, контрастируя с тем напором, с которым он только что защищал их хрупкий мир.

К: Больше так не делай, — его голос стал совсем мягким, почти шёпотом. — Если что-то не так — спрашивай меня напрямую. Договорились?
М: Договорились, — послушно кивнула Мия, чувствуя, как внутри распускается что-то теплое и до боли хрупкое.

Они стояли на этой пустой террасе ещё долго, уже не пытаясь держать дистанцию, не скрывая больше то, что стало очевидным для них обоих. Это первое серьёзное недопонимание больно ударило по обоим, но пройдя через него, они не оттолкнули друг друга — наоборот, невидимая нить между ними стала только прочнее, превратившись в нечто такое, от чего уже нельзя было просто так отмахнуться.