Между нами - лето

Время в лагере начало терять свой чёткий счёт.

Дни больше не казались бесконечными, а расписание перестало вызывать вопросы.

Мия привыкла к утреннему свету, пробивающемуся сквозь тонкие шторы, к запаху хвои и постоянному гулу голосов вокруг.

Но больше всего она привыкла к деталям, которые ещё неделю назад не имели для неё никакого значения.
Например, к тому, что за завтраком за их столиком теперь всегда было занято на два места больше.

Ав: Ты опять это делаешь, — с хитрой улыбкой прошептала Аврора, наклоняясь ближе, — смотришь на дверь, хотя твой кофе уже остывает.
М: Я просто смотрю по сторонам, — Мия поспешно сделала глоток, обжигаясь слишком горячим напитком, — проверяю, не пропустили ли мы кого-то из нашего отряда.
Ав: Конечно-конечно, — Аврора тихо рассмеялась, откидываясь на спинку стула, — именно отряда. А не конкретно одного человека, который вечно опаздывает.

Мия закатила глаза, но ответить не успела. Возле их столика появились двое.

О: Доброе утро. Свободно? — Олливер даже не стал дожидаться ответа, невозмутимо отодвигая стул рядом с Авророй.
Ав: А у нас есть выбор? — хмыкнула она, но послушно подвинула свой поднос, освобождая место.
О: Выбора нет, — сухо ответил Олливер, садясь, — смирись.
К: Привет, — Кими опустился на стул напротив Мии, как делал это последние несколько дней.

Он привычно поставил свой стакан с соком почти вплотную к её кружке. Это было ещё одной маленькой деталью. Мелочью, которую Мия заметила совершенно случайно, но теперь почему-то ждала каждое утро.

М: Привет.

Они не обменялись долгими взглядами и не начали активный разговор, но между ними сразу установилось то самое комфортное молчание, которое появилось после того вечера у костра. Мия больше не чувствовала необходимости заполнять паузы словами или притворяться кем-то другим.

Днём лагерь превращался в муравейник. Организаторы гоняли их с одной активности на другую: лекции, спортивные игры, квесты.
И каждый раз, совершенно незаметно, Кими оказывался рядом.

Если нужно было разбиться на пары, он просто молча подходил к ней. Если они сидели в лекционном зале, он занимал соседнее место. Это не обсуждалось, это просто стало данностью.

Во время одной из командных игр на свежем воздухе Мия стояла в стороне, наблюдая за тем, как Аврора эмоционально спорит с кем-то из чужой команды.

К: Спорим, через минуту она начнёт размахивать руками? — Кими встал рядом, скрестив руки на сводчатой груди.
М: Слишком лёгкая ставка, — Мия усмехнулась, не отрывая взгляда от подруги, — она уже начала.

Они одновременно улыбнулись. Мия поймала себя на мысли, что теперь, когда кто-то шутил или происходило что-то забавное, она первым делом искала взглядом Кими — просто чтобы проверить, улыбается ли он тоже. И чаще всего их глаза встречались.

Он тоже искал её реакцию.

Вечером того же дня у них было свободное время. Аврора и Олливер куда-то пропали, увлечённо споря о чём-то ещё со времён ужина, что в их случае означало неплохое начало дружбы. Мия сидела на деревянной скамейке возле корпуса, листая фотографии на камере.

К: Много хороших кадров? — Кими сел рядом, вытягивая ноги вперёд и откидывая голову назад.
М: Несколько, — Мия переключила снимок, — здесь свет был не очень.

Она не стала прятать камеру, как делала это раньше. Наоборот, чуть повернула экран, чтобы ему было лучше видно. Кими придвинулся ближе. Достаточно близко, чтобы их плечи почти соприкоснулись.

К: А этот? — он указал на размытый кадр, где кто-то бежал по траве.
М: Это случайно вышло, — она потянулась нажать кнопку удаления, — смазано, я не успела сфокусироваться.
К: Не удаляй, — он на секунду накрыл её руку своей, останавливая движение, — в нём есть динамика. Будто момент всё ещё продолжается.

Его пальцы были тёплыми. Касание длилось всего мгновение, он почти сразу убрал руку, но Мия почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Она сглотнула, чувствуя, как привычный внутренний барьер снова даёт трещину.

Ей было слишком хорошо рядом с ним.
Они просидели так ещё около часа, обсуждая какие-то пустяки, иногда просто молча глядя на загорающиеся фонари. Мия рассказывала о Флоренции, о том, как любит ловить свет на узких улицах, а он слушал её так внимательно, будто это было важнее любых гонок.

М: Тебе не скучно? — вдруг спросила Мия, глядя на него поверх камеры. — Здесь нет ни толпы, ни внимания, ни скорости.
К: Мне нормально, — он повернул голову, глядя прямо ей в глаза, и его голос звучал тише обычного. — Я же говорил. Мне нравится эта тишина.

Он не сказал «с тобой», но это повисло в воздухе между ними, ощутимое и плотное.

Мия слабо улыбнулась и отвернулась, делая вид, что снова увлечена настройками объектива. Она чувствовала, как сильно расслабилась за эти дни, как начала привыкать к его присутствию, к его голосу, к его сухим, но метким шуткам.

Но где-то глубоко внутри всё ещё жил страх. Страх того, что для неё эти маленькие привычки становятся чем-то важным, а для него — лишь временной передышкой перед тем, как вернуться в свою громкую, настоящую жизнь.

Она заставила себя сделать незаметный вдох и чуть отодвинуться на скамейке, увеличивая между ними расстояние на пару сантиметров. Ей нельзя было забывать об осторожности. Пока что нельзя.