Озвучивание не поддерживается в этом браузере
5 глава
Кабинет химии на третьем этаже всегда пахнул хлоркой, застарелыми реактивами и скукой. Но сегодня к этому букету добавилось осязаемое, почти физическое напряжение. Наш класс разделили на пары для лабораторной работы, и по чистой, злой случайности — или из-за скрытого умысла учителя, который пытался «социализировать трудных подростков» — меня посадили за одну парту с Ли Минхо.Суджин, которую отсадили на первую парту к какому-то отличнику, то и дело испуганно оборачивалась на меня, одними губами шепча:
«Т/И, если что, я позову медсестру».
Я лишь едва заметно качала головой, давая понять, что всё под контролем.Минхо сидел рядом со мной, развалившись на стуле и закинув одну ногу на другую. Он демонстративно крутил в пальцах стеклянную пробирку, делая вид, что меня здесь нет. Однако его выдавала напряженная линия плеч. Каждый раз, когда я двигала рукой, чтобы записать формулу в тетрадь, Минхо едва заметно вздрагивал и косился на меня своим кошачьим взглядом. Он отчаянно пытался сохранить образ крутого парня, но вчерашний страх всё ещё сидел глубоко внутри него.
— Итак, класс, сегодня мы проводим реакцию нейтрализации, — монотонно вещал учитель Ким, расхаживая между рядами. — Перед вами растворы кислот и щелочей. Будьте предельно осторожны. Нарушение пропорций может привести к бурному выделению газа или порче школьного имущества. Ян Чонин, сними наушники!
Чонин, сидевший на парту позади нас вместе с Хан Джисоном, поспешно выдернул провод из уха. Я спиной чувствовала их взгляды. Они шептались всю первую половину урока, изредка поглядывая то на мою макушку, то на Минхо. Из их тихого бормотания я смогла разобрать только обрывки фраз: «...надо проучить...», «...подлей ей...», «...пусть поймет...». Оу, мальчики решили поиграть в партизанскую войну», — мысленно усмехнулась я, продолжая спокойно зарисовывать схему штатива. За годы жизни в доме главы синдиката «Черный Феникс» меня пытались отравить трижды. Мой организм был обучен распознавать яды по запаху, а глаза фиксировали малейшие изменения в окружающей обстановке. Попытка школьных хулиганов уколоть меня мелкой пакостью казалась детским лепетом.Минхо тем временем потянулся к штативу с реактивами. На его руке красовался длинный рукав школьного джемпера, скрывающий запястье — видимо, вчера ему тоже знатно досталось от моих блоков. Он взял флакон с концентрированным индикатором, который при попадании на кожу оставлял едкие, несмываемые фиолетовые пятна на несколько недель, и двусмысленно кашлянул.Это был знак для Джисона. Находясь сзади меня, Хан якобы случайно потянулся за учебником и с силой толкнул локтем мой стул, рассчитывая, что я пошатнусь, потеряю равновесие, и Минхо «случайно» прольет едкую жидкость прямо на мою белую блузку и тетради.План был неплох для среднестатистической школьницы. Но не для меня.В ту самую долю секунды, когда стул под обо мне качнулся от толчка Джисона, я не стала сопротивляться движению. Напротив, я резко подалась вперед и чуть в сторону, уходя от траектории флакона. Моя рука молниеносно взлетела вверх. Я перехватила запястье Минхо прямо в воздухе — точно так же, как вчера руку Феликса в столовой.Минхо не успел даже выпустить флакон, как я резко вывернула его кисть под углом в сорок пять градусов. Раздался тихий, отчетливый хруст сустава. Парень побелел как мел, его губы сжались в тонкую линию, а из горла вырвался приглушенный шипящий стон боли. Но самое главное — флакон с фиолетовой жидкостью выскользнул из его ослабевших пальцев и полетел назад, прямо через мое плечо. Из-за физического закона инерции всё содержимое флакона идеальной дугой выплеснулось точно на лицо и новую дизайнерскую толстовку Хана Джисона, который как раз подался вперед, чтобы насладиться моим позором.
— А-а-ах! Мать твою! — взвыл Джисон на весь кабинет, вскакивая со своего места.
Его лицо, нос и вся передняя часть одежды мгновенно окрасились в ярко-чернильный, едкий фиолетовый цвет. Жидкость попала ему в рот, и он начал судорожно плеваться, вытираясь рукавами, отчего пятна размазывались еще сильнее, превращая его в подобие испуганного баклажана.
— Что здесь происходит?! — закричал учитель Ким, бросаясь к нашей парте. — Хан Джисон! Живо в раздевалку и умываться! Вы сошли с ума?!
— Это... это не я! Это она! — завопил Джисон, тыча в меня пальцем, но его голос дрожал от злости и подступающих слез обиды.
Половина класса уже не на шутку прыснула от смеха, а Суджин победоносно улыбалась с первой парты.Учитель Ким посмотрел на меня. Я сидела с абсолютно ангельским, невинным лицом, аккуратно держа ручку над тетрадью.
— Учитель Ким, я просто записывала формулу, — тихо, со скромной интонацией отличницы произнесла я. — Ли Минхо-сси, кажется, не удержал флакон, а Хан Джисон-сси слишком близко придвинулся к нашей парте. Это вышло случайно.
Минхо всё еще сидел рядом, его рука крупно дрожала, а на лбу выступили капли пота от пережитой вспышки боли. Учитель Ким грозно посмотрел на него:
— Ли Минхо! Это правда? Ты не умеешь держать лабораторную посуду?
Минхо сглотнул. Он медленно повернул голову и посмотрел на меня. В его кошачьих глазах сейчас плескалась смесь жгучей ярости, унижения и... самого настоящего, глубокого страха. Он понял, что я могла сломать ему руку прямо на глазах у учителя так, что никто бы ничего не доказал. Я была слишком опасной. Сила, которой я обладала, была за гранью их понимания.
— Да, учитель, — сквозь зубы выдавил Минхо, пряча травмированную руку под стол. — Я... проявил неосторожность. Извините.
— Два за лабораторную работу обоим! Джисон — вон из класса, отмывайся! — рявкнул учитель.
Хан, шмыгая носом и сверкая фиолетовым лицом, выбежал в коридор. Чонин, сидевший сзади, вжался в стул так сильно, словно пытался слиться со стеной. Он даже не шевелился, боясь привлечь мое внимание.Когда учитель отошел к доске, Минхо наклонился ко мне. Его голос был тихим, прерывистым, но он всё еще пытался сохранить остатки своей гордости:
— Ты... ты чудовище, новенькая. Кто ты вообще такая? Обычные девчонки так не умеют.
Я даже не повернулась к нему. Я просто перевернула страницу тетради и спокойно ответила, так, чтобы слышал и он, и дрожащий сзади Чонин
— Я та, с кем вам лучше не играть в прятки, Минхо. Передай Чану: если еще раз кто-то из вас попытается испортить мне или Суджин день, фиолетовой краской вы уже не отделаетесь. Я начну ломать кости. По-настоящему.
Минхо промолчал. До конца урока он больше не издал ни звука, а Stray Kids получили еще один наглядный урок: новая ученица — это не просто угроза их авторитету. Это хищник совершенно другого уровня, с которым им придется считаться, хотят они того или нет.
_____________________
(1012 слов)
Надеюсь вам понравится 😊

Комментарии