Глава 3. Тайная комната открыта
После ситуации на поле в воздухе всё ещё висело напряжение.
Слишком много слов.
Слишком много злости.
И слишком много того, чего дети в одиннадцать-двенадцать лет ещё не должны были понимать.
Хагрид встретил их у своей хижины, как всегда - слишком громко и слишком тепло.
- Да вы чего такие кислые? - пробасил он, ставя чайник.
Но никто не улыбнулся.
И тогда разговор пошёл сам собой.
Про Малфоя.
Про оскорбления.
Про Ребекку.
Про Рона, который впервые в жизни не успел подумать, прежде чем бросить заклинание.
Хагрид почесал бороду.
- Грязнокровка... - пробормотал он. - Эх...
И посмотрел на Гарри.
- Слушай сюда, Гарри. Это слово - гадкое. Его используют люди, которым не хватает мозгов и сердца.
Гарри молчал.
- Оно значит, что человек родился не у волшебников. Но это не делает его хуже. Понял?
Гарри медленно кивнул.
Рон сжал кулаки.
А Гермиона...
Гермиона вдруг отвернулась.
И заплакала.
Тихо.
Но так, что всем стало не по себе.
Ребекка, стоявшая рядом с Роном, не сказала ни слова.
Просто протянула Гермионе платок.
С того дня что-то изменилось.
Рон начал смотреть на Гермиону иначе.
Гарри - ещё внимательнее.
А Ребекка... просто стала частью их круга.
Она не навязывалась.
Просто была рядом.
Иногда шутила.
Иногда спорила с близнецами.
Иногда молча садилась рядом на уроках.
Квиддич. Гриффиндор против Пуффендуя
Поле было переполнено.
Крики.
Свитки.
Флаги.
И ветер, который будто специально усиливался в нужный момент.
уже кричал в комментаторскую трубку:
- И ВОТ ОНА! ИГРА НАЧИНАЕТСЯ!
Рон сидел на трибуне рядом с Джинни и Гермионой.
И впервые заметил её иначе.
Ребекка Вуд.
В форме Пуффендуя.
Светлые волосы, собранные назад.
Ямочки, которых сейчас не было - потому что она была сосредоточена.
Она была не "девочка с трибун".
Она была игрок.
- Смотри, - пробормотал Рон.
- Я вижу, - тихо ответила Гермиона
И тут Ли Джордан не выдержал:
- О, это интересно! Брат и сестра Вуды сегодня на одном поле, но в разных ролях! Вопрос дня - кто кого?
Пауза.
- Или, может быть, она просто красивая и всё?
С трибун раздался смешок.
Рон почувствовал, как у него краснеют уши.
Игра шла быстро.
Ребекка двигалась легко, будто не по воздуху, а по собственным мыслям.
Она брала квоффл, уходила от двух игроков сразу.
И каждый раз, когда она набирала скорость, трибуны взрывались.
Фред и Джордж уже орали:
- ЭТО НАША ДЕВЧОНКА!
- МЫ ЕЁ ОБУЧАЛИ!
- ЭТО НЕ НАША КОМАНДА! - крикнул кто-то из команды.
- ВСЕ РАВНО, ГЛАВНОЕ НЕ СЛИЗЕРИН!
Рон смотрел не отрываясь.
Он впервые видел её такой.
Не язвительной.
Не спокойной.
А настоящей.
Пуффендуй выиграл.
Но Рон почти не помнил счёт.
Потому что Ребекка после игры просто спрыгнула с метлы, поправила волосы и... пошла к близнецам.
- Ты была ужасна, - сказал Фред.
- И прекрасна, - добавил Джордж.
- Спасибо, - спокойно ответила она. - Я старалась.
И всё.
Она уже смеялась с ними так, будто знала их сто лет.
Тем временем Хогвартс становился всё тяжелее.
После инцидента на поле напряжение росло. И если до того Гриффиндор и Слизерин враждовали, то сейчас это было намного хуже.
Малфой не упускал возможности задеть Рона и Гермиону.
И каждый раз Ребекка вставала между ними - не всегда словами.
Иногда просто взглядом.
Иногда - палочкой.
Тайная комната
Слухи росли.
"Наследник Слизерина".
"Монстр в коридорах".
"Снова нападение".
И когда пострадали ученики, даже самые смелые начали шептаться.
Рон видел, как Гермиона всё чаще молчит.
Как Гарри всё чаще прислушивается к голосам в стенах.
И как Ребекка впервые выглядит не просто уверенной.
А настороженной.
- Это всё не просто так, - сказала она однажды Рону.
- Думаешь?
- Я знаю такие истории.
И впервые в её голосе не было шутки.
А где-то в глубине замка уже что-то двигалось.
И Тайная комната была не просто легендой.