Часть 42: На грани
Джисон недовольно надул губы и попытался отпихнуть от себя эту наглую мафиозную тушу, хотя получалось у него откровенно слабо.
- Я не виноват! - обиженно воскликнул Хан, возмущённо глядя на Минхо сверху вниз. - Это ты меня похитил, запер, а теперь ещё и крайней меня делаешь! Нашёлся тут пострадавший!
В ответ Минхо лишь тихо, низко рассмеялся. Этот звук завибрировал прямо в груди Джисона, заставляя сердце пропустить удар. Ли перехватил его тонкие запястья, мягко прижимая их к матрасу над головой Хана, и наклонился к самому его лицу.
- А мне нравится, как ты капризничаешь, малыш, - с бархатной, порочной умылкой прошептал Минхо. - Тебе это чертовски идёт.
И, не давая Джисону вставить ни слова возмущения, он снова накрыл его губы поцелуем - на этот раз куда более требовательным, горячим и тягучим. Минхо целовал его так, будто заново заявлял свои права на каждый сантиметр его тела, утягивая за собой в какой-то сладкий, дурманящий омут.
Джисон честно пытался злиться и сопротивляться для приличия, но это притяжение было сильнее его. Воздуха в лёгких становилось всё меньше, а по телу разливался невыносимый, томительный жар. Сжав пальцами простынь, Хан вдруг отчётливо почувствовал, как глубоко внутри, вопреки всему его ворчанию, просыпается острое, тягучее желание. Ему безумно, до дрожи в коленях захотелось чего-то гораздо большего, чем просто поцелуи - захотелось продолжения этой бурной ночи.