Понимание новой угрозы
Комната Питера была погружена в мягкий вечерний полумрак.
Не ночь - ещё нет. Тот самый час, когда город за окном продолжает жить, а ты уже остался наедине с собой.
Питер сидел на краю кровати, сгорбившись, опираясь локтями о колени. Маска Человека-паука лежала рядом, небрежно брошенная, линзы смотрели в потолок пустым взглядом.
Он смотрел в одну точку.
И думал.
«Кем... кем она была?»
Образ всплывал снова и снова, будто разум застрял на одном и том же кадре. Фиолетовый плащ. Капюшон. Рычание. Оранжевое пламя на кулаке. А потом - тот самый момент. Удар. И лицо.
Питер сжал пальцы.
"...Это был череп."-пробормотал он себе под нос.
Не «похоже».
Не «может быть».
Он помнил ощущение.
Белая поверхность. Твёрдая. Холодная. Не кожа. Не маска.
Кость.
"Я дрался с людьми, которые были электричеством..."-тихо продолжил он, будто перечисление могло навести порядок.
"С песком. С парнем, который стал ящерицей мутантом... с охотником с манией величия..."
Он усмехнулся, но улыбка вышла кривой.
"Но со скелетами я ещё не дрался."
Питер откинулся назад и тут же резко выдохнул, схватившись за бок.
"Чёрт...!"
Боль прошла по телу волной. Спина. Живот. Плечо. Всё напоминало о сегодягешнем полёте через стены, бетон и кирпич.
Он медленно лёг на кровать, глядя в потолок.
Этот удар...
Он был не слабее Носорога.
А может... и хуже.
Не тупая сила.
Не просто масса.
Вибрация. Давление. Будто сам воздух решил, что Питеру пора исчезнуть из этой точки пространства.
Питер закрыл глаза.
Красно-чёрный вихрь.
Треск.
И ощущение, будто его не оттолкнули - его вышвырнули.
"Магия..."-прошептал он.
Оранжевая. Он знал это.
После освобождения монстров, люди снова начали говорить о душах. О цветах. О том, что раньше считалось мифом.
Храбрость. Наступление. Давление вперёд.
Но это...
Это было не просто пламя.
Он открыл глаза и повернул голову к столу, где лежала камера.
"Я сделал всё, что мог."-сказал он тише.
"Фото. Видео. Всё отдал Бьюглу."
Джеймсон будет в восторге.
«ТАИНСТВЕННАЯ МАГИЧЕСКАЯ ПРЕСТУПНИЦА РАЗНЕСЛА БАНК»
«ГДЕ БЫЛ ЧЕЛОВЕК-ПАУК?»
Питер вздохнул.
Но всё же...
Это был шанс.
Если она не любит внимание - а такие типы никогда его не любят - значит, она рано или поздно ошибётся.
Он найдёт её.
Пауза.
Мысль, которая до этого крутилась где-то на краю сознания, вдруг оформилась чётко и неприятно.
Питер медленно сел.
"...А если она вообще не человек?"
Слова повисли в воздухе.
Он нахмурился.
Монстры.
После выхода монстров на поверхность он видел многое. Слишком многое, чтобы удивляться необычным формам.
Козлоподобные.
Рыбы.
Драконы.
Пауки.
Призраки, которые могли проходить сквозь стены и жаловаться на погоду.
"Но скелеты?.."-он потер подбородок.
"Были ли такие?"
Питер встал и начал ходить по комнате, осторожно, чтобы не отозвалась спина.
«Я видел монстров, которые выглядели как кости... Но они всегда были... внутри. Рёбра. Черепа. Детали. А не...»
"Целиком."-сказал он вслух.
Полностью функционирующее существо из костей.
С магией.
С техникой, которая ломает пространство.
Он остановился у окна, глядя на огни города.
"Если она монстр..."-медленно проговорил Питер.
"... то она либо очень старая... либо очень опасная. А может - и то, и другое."
Где-то глубоко внутри, паучье чутьё не срабатывало резко. Не било тревогой.
Оно тихо гудело, будто предупреждало:
«Это только начало.»
Питер сжал кулак.
"Ладно."-выдохнул он.
"Значит, будем учиться."
За окном город продолжал жить своей жизнью.
А где-то там, в тени, существо в фиолетовом плаще уже исчезло из новостей.
Но ненадолго.
Питер это чувствовал.
...
Газета вышла рано утром.
Свежая, ещё пахнущая типографской краской, она разлетелась по улицам Эботта так же быстро, как слухи. Люди покупали её по дороге на работу. Монстры - у кофеен, у станций, на углах улиц.
И почти на каждой первой полосе было одно и то же.
«ЧЕЛОВЕК-ПАУК РАЗРУШИЛ ЗДАНИЕ В ЦЕНТРЕ ГОРОДА!»
«МАГИЧЕСКИЙ ПРЕСТУПНИК СКРЫЛСЯ!»
«ГЕРОЙ ИЛИ УГРОЗА?»
Фотография была чёткой. Слишком чёткой.
Кадр, где Паук влетает в фасад здания, всё ещё держась за дверь сейфа, бетон разлетается, стекло крошится, а ударная волна идёт по улице, будто кто-то бросил туда миниатюрную бомбу.
Люди смотрели - и молчали.
Монстры смотрели - и напрягались.
"Ты видел это?.."
"Его просто... вынесли."
"Если кто-то может так швырять Человека-паука..."
"А если он вообще не герой?.."
Город гудел.
Но внимание сейчас не на городе.
А на одном доме.
Он стоял на окраине Эботта, там, где асфальт постепенно уступал место утоптанной земле, а фонари светили реже. Рядом начинался лес - не дикий, но густой, старый, такой, где деревья росли не для красоты.
Дом был простым. Одноэтажным. Немного перекошенным от времени.
Идеальное место для того, кого давно перестали беспокоить.
Герсон сидел за деревянным столом, держа газету обеими руками.
Лупа лежала рядом - он даже не потрудился её взять.
Ему хватило одного взгляда.
Старый монстр-черепаха медленно выдохнул, и его всегда приоткрытый рот застыл в непривычно жёсткой линии.
"...Не может быть."-хрипло пробормотал он.
Его единственный зрячий глаз впился в фотографию.
Не в Человека-паука.
Не в здание.
В след.
Трещины в асфальте.
Форма разрушения.
Распределение обломков.
"Ха..."-тихо, почти беззвучно выдохнул Герсон.
Рука дрогнула.
Он слишком хорошо знал этот рисунок.
Слишком.
Герсон медленно поднялся, подошёл к окну и посмотрел в сторону леса, будто тот мог дать ответ.
"Это... очень похоже."-сказал он самому себе.
"Слишком похоже."
Он вернулся к столу, теперь уже взяв лупу. Провёл ею по снимку, останавливаясь на размытой красно-чёрной полосе в кадре.
"Не чистое Кружитцу..."-пробормотал он.
"Нет. Не так."
Воспоминания нахлынули резко.
Война.
Земля, дрожащая под ногами.
Тела, летящие прочь от удара, а не падающие.
Вихрь, который не бил, а ломал.
"Кружитцу - это баланс."-хмуро сказал Герсон.
"Равновесие души. Вращение, а не разрыв."
Он опёрся руками о стол.
"А это..."-его голос стал тише.
"Это что-то искривлённое."
Его панцирь чуть заметно напрягся, будто тело вспомнило старую стойку.
"Кто бы ты ни был..."-медленно произнёс он.
"... ты либо ученик, который не понял урок... либо тот, кто сознательно его исказил."
Герсон закрыл глаза.
Перед внутренним взором возникли лица.
Азгор.
Андайн - молодая, упрямая, ещё не закалённая.
Ариал, с которой они стояли плечом к плечу, когда земля горела.
"Если Кружитцу вернулось..."-он открыл глаз, и в нём мелькнуло нечто тяжёлое.
"... значит, прошлое решило напомнить о себе."
Он снова посмотрел на газету.
На разрушение.
На силу, с которой отбросили героя города, мальчишку в маске, который, по всем слухам, старался не убивать.
"И если это правда..."-Герсон медленно свернул газету.
"... то этот город стоит на пороге чего-то очень старого."
За окном тихо шелестели листья.
Лес молчал.
Герсон долго сидел у стола, не двигаясь.
Газета лежала перед ним, сложенная неровно, будто руки отказались подчиняться аккуратности. В доме было тихо - слишком тихо для мыслей, которые начинали подниматься из глубины памяти.
Оценка. Анализ. Выбор.
Старик делал это всю жизнь.
"Значит..."-пробормотал он, проводя когтем по краю стола.
"Искажённое Кружитцу."
Он закрыл глаз.
Кружитцу нельзя было просто повторить.
О нём нельзя было узнать из книг.
Его нельзя было украсть, подсмотреть, скопировать.
Это была техника, которую помнили телом, а не разумом.
"Кто вообще мог знать..."-тихо спросил он пустоту.
Ответ был неприятен.
О существовании Кружитцу знали единицы.
Старые монстры. Те, кто пережил войну. Те, кто видел, как магия вращается не снаружи, а внутри.
Он.
Азгор.
И... всё.
Даже король не мог применять технику. Он был босс-монстром, его сила шла по другим законам - давлению, присутствию, абсолютной массе магии. Кружитцу же требовало иного: точности, баланса, внутренней тишины.
Герсон медленно сел.
"А гвардия..."-выдохнул он.
Сотни лет назад были другие.
Монстры, которые учились.
Монстры, которые могли выдержать вращение.
Все они погибли.
Кто-то - в бою.
Кто-то - от перегруза.
Кто-то - слишком поздно поняв цену.
Остался он один.
Старый. Уставший. С телом, которое уже не держало вихрь так, как раньше.
Герсон сжал кулак - и тут же почувствовал тупую боль в запястье.
"Ха..."-горько усмехнулся он.
"Даже тело подсказывает."
Он не был босс-монстром.
Не был символом эпохи, как Азгор.
Он был бойцом. Учителем. Тем, кто выжил, а не тем, кто должен был выжить.
Да, он всё ещё был сильнее Андайн.
Но это не значило ничего.
Андайн сражалась на ярости.
Он - на равновесии.
А противник с газеты...
Герсон снова взглянул на снимок.
"Усиленная версия."-пробормотал он.
'Или... искалеченная."
И это было хуже.
Кружитцу, основанное не на балансе, а на давлении.
Не на вращении, а на разрыве.
"Даже Азгор..."-старик покачал головой.
"Даже он бы не выдержал лобового столкновения."
Мысль пришла сама.
«Я не справлюсь. Не сегодня. Не в одиночку. Не так, как раньше.»
Герсон закрыл глаз и позволил себе редкую роскошь - честность.
Его время подходило к концу.
Не завтра. Не сейчас.
Но он чувствовал это так же ясно, как когда-то чувствовал начало войны.
И если он уйдёт...
"...никого не останется."-тихо сказал он.
Никто не сможет применить Кружитцу.
Никто не поймёт, что именно происходит.
Никто не остановит того, кто уже осмелился использовать её в городе.
Старик медленно выдохнул.
"Значит..."-сказал он, поднимаясь.
"Пора делать то, чего я избегал."
Он подошёл к старому телефону. Пальцы дрожали - не от страха, от веса решения.
Передать знания.
Не технику целиком - это было бы убийством.
Но основу.
Понимание.
Принцип.
"Если хоть у кого-то будет шанс..."-пробормотал он.
Он набрал номер.
Гудок.
Второй.
"...Алло?"-раздался знакомый, резкий голос.
Герсон выпрямился.
"Андайн."-сказал он.
"Это я."
Пауза.
"Старик?"-удивление в голосе.
"Что-то случилось?"
Герсон посмотрел в окно, туда, где начинался лес.
"Да."-ответил он спокойно.
"И мне нужно, чтобы ты приехала."
"Прямо сейчас?"
"Прямо сейчас."
Короткая пауза. Потом - серьёзно:
"Ты звучишь не как обычно."
"Потому что времени у нас меньше, чем кажется."-сказал Герсон.
"И потому что в городе появилась сила, о которой ты должна узнать."
Тишина на линии.
"...Я буду через полчаса."-сказала Андайн.
Герсон повесил трубку.
Дом снова наполнился тишиной.
Но теперь она была другой.
Тяжёлой.
Ожидающей.
Старый «Молот Справедливости» сел у стола и впервые за долгое время подумал не о прошлом - а о том, кому он доверит будущее.
Ровно через полчаса раздался резкий стук в дверь.
Не вежливый.
Не осторожный.
Решительный.
Герсон даже не вздрогнул - он ждал.
Дверь распахнулась почти сразу же, и в дом ворвался холодный воздух вместе с высокой фигурой в полицейской форме.
"Герсон."-сказала Андайн, быстро осматривая помещение.
"Говори."
Форма сидела на ней привычно: чёрная, практичная, с красными элементами. Повязка на левом глазу, хвост из алых волос, напряжённые плечи. Она не сняла ботинки - знак того, что времени у неё действительно нет.
"Ты сказал, что это срочно."-добавила она, закрывая дверь.
"У меня сегодня патруль, отчёты и два идиота, которые решили, что фонтан - это место для драк."
Герсон кивнул.
"Я ценю, что ты пришла."
"Не за что."-фыркнула она.
"Если старик зовёт утром и звучит так, будто мир вот-вот рухнет, я прихожу. Так что?"
Он жестом пригласил её сесть. Андайн не села - осталась стоять, скрестив руки на груди.
Герсон вздохнул.
"В городе появилась техника."-начал он медленно.
"Та, которую не должны были использовать снова."
"Техника?"-прищурилась Андайн.
"Типа новой магической игрушки?"
"Нет."-спокойно ответил он.
"Типа древней ошибки."
Это заставило её замолчать.
Герсон рассказал всё.
О странных искажениях магии.
О вращении, которое не было ни атакой, ни защитой.
О красно-чёрном эффекте, вибрации, ощущении давления - будто сама реальность сжимается в кулак.
И, наконец, он произнёс имя.
"Кружитцу."
Тишина ударила сильнее любого крика.
"...Что?"-медленно сказала Андайн.
Она выпрямилась ещё больше, глаза сузились, а плавники по бокам головы дёрнулись.
"Повтори."
"Кружитцу."-повторил Герсон.
Следующий звук был резким.
"ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ?!"
Андайн ударила кулаком по столу так, что тот жалобно скрипнул.
"Ты хочешь сказать, что всё это время существовала техника уровня гвардии - нет, ХУЖЕ - и никто мне о ней не сказал?!"
"Андайн..."
"Я была капитаном гвардии!"-она шагнула вперёд.
"Я тренировала бойцов! Я готовила их к войне! И ты мне сейчас говоришь, что была какая-то «древняя техника», о которой знали только ты и король?!"
Её голос дрожал - не от слабости. От злости.
"Это предательство."-прошипела она.
"Ты понимаешь, как это выглядит?"
Герсон не отвёл взгляда.
"Понимаю."
Он помолчал, затем тихо сказал:
"Именно поэтому я её и скрыл."
Андайн замерла.
"...Что?"
"Кружитцу использует боль."-продолжил он.
"Не как побочный эффект. А как основу. Не ярость. Не решимость. А контролируемое разрушение изнутри."
Он медленно сел.
"Я не хотел, чтобы монстры сделали боль оружием по умолчанию. Мы и так пережили войну. Мы и так слишком хорошо знаем, что такое страдать ради победы."
Андайн сжала зубы.
"Ты решил за всех."
"Да."-честно ответил он.
"И теперь, возможно, я ошибся."
Она отвернулась, прошлась по комнате, провела рукой по лицу.
"Чёрт..."-выдохнула она.
"Чёрт, Герсон..."
Несколько секунд они молчали.
"Даже если я захочу помочь."-наконец сказала Андайн, уже тише.
"Я не могу."
Он ожидал этого.
"Работа?"-спросил он.
"Работа."-кивнула она.
"Полиция. Патрули. Монстры на поверхности, люди, бумажная волокита, конфликты. Я сегодня еле выкроила время, чтобы прийти сюда."
Она посмотрела на него прямо.
"Я не могу быть твоим учеником. Не сейчас."
Герсон прикрыл глаз.
Тупик.
Старый, знакомый тупик, в котором он оказывался слишком часто в последние годы.
"Тогда..."-начал он, но осёкся.
"Но."-вдруг сказала Андайн.
Он поднял голову.
Она слегка улыбнулась - той самой улыбкой, которую носили только бойцы перед хорошей дракой.
"Есть один вариант."
"Я слушаю."
"Недавно я спаринговалась с одним парнем."-сказала она.
"Просто тренировка. Без пощады."
"И?"
"И он меня впечатлил."
Герсон приподнял бровь.
"Его прогресс..."-продолжила она.
"Он стал быстрее. Точнее. Его контроль над магией вырос в разы по сравнению с прошлым."
Она усмехнулась.
"Если бы гвардия всё ещё существовала, я бы без вопросов взяла его туда. Силы у него - с запасом."
"Кто он?"-медленно спросил Герсон.
Андайн повернулась к нему.
"Папайрус."
Имя повисло в воздухе.
Герсон моргнул. Такое же имя, как у второго сына Ариал. Могло ли это означать...
"...Скелет?"
"Да."-уверенно сказала она.
"И прежде чем ты начнёшь сомневаться - нет, это не шутка."
Она скрестила руки.
"Он дисциплинированный. Упорный. И, что важнее всего, - он учится. Не копирует. Понимает."
Старик задумался.
Скелет.
Магия костей.
Контроль формы.
Внутренний ритм.
...Вращение.
"Возможно."-медленно сказал он.
"Это именно тот, кто сможет выдержать."
Андайн кивнула.
"Я приведу его, если ты согласишься."
Герсон закрыл глаз.
Перед ним снова встала та же развилка.
Скрывать - и потерять всё.
Или доверить - и рискнуть.
Он открыл глаз.
"Приводи."-сказал он.
"Пока ещё не поздно."
Андайн улыбнулась по-настоящему.
"Тогда готовься, старик."-сказала она, направляясь к двери.
"Потому что если ты решил снова разбудить древнюю технику..."
Она обернулась.
"...лучше сделать это правильно."
Дверь закрылась.
А Герсон остался сидеть, впервые за долгое время чувствуя не только страх - но и надежду.
...
Тем временем:
Квартира скелебратьев была наполнена запахом спагетти.
Не просто запахом - обещанием.
Томатный соус булькал в кастрюле, лапша аккуратно варилась, а сам Папайрус, стоя у плиты, напевал себе под нос бодрую мелодию, отбивая ритм ложкой по краю кастрюли.
"НЬЕ-ХЕ-ХЕ~ СЕГОДНЯ БУДЕТ ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ДЕНЬ ДЛЯ ВЕЛИКОЛЕПНОЙ ПАСТЫ~!"
Он был в отличном настроении.
Да и как иначе?
Утром, проснувшись, он первым делом заглянул в комнату брата - скорее по привычке, чем из необходимости... и увидел Санса.
Тот лежал у себя в кровати, укрывшись одеялом, лениво повернувшись к стене. Живой. Настоящий. Здесь.
Папайрус тогда выдохнул - хоть и не понял этого сразу.
Санс часто пропадал. Иногда на часы. Иногда на целые дни. Иногда на недели.
И каждый раз Папайрус улыбался, делал вид, что всё нормально, что «САНС ПРОСТО ОЧЕНЬ ЗАНЯТ ВАЖНЫМИ ВЗРОСЛЫМИ ДЕЛАМИ!».
Но где-то глубоко внутри всегда жила одна и та же мысль.
«А вдруг однажды он не вернётся?»
Она была тихой. Непрошеной.
И Папайрус старательно её игнорировал.
Он хотел узнать правду. Правда - это важно.
Но каждый раз, когда он задавал вопрос, Санс либо отшучивался, либо делал вид, что не услышал... а иногда просто уходил к себе в комнату.
Это было странно.
Очень странно.
В Подземелье Санс умудрялся спать на работе.
А тут - исчезает, возвращается уставшим, иногда напряжённым, иногда слишком уж внимательным к деталям.
Чем он вообще занимается?..
Папайрус тряхнул головой.
"НЕТ! СЕГОДНЯ - ДЕНЬ СПАГЕТТИ! А НЕ ДЕНЬ СТРАШНЫХ МЫСЛЕЙ!"
И именно в этот момент раздался стук в дверь.
"О! ГОСТИ!"
Он буквально подпрыгнул, вытер руки о фартук и с радостью распахнул дверь.
"ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ДОМ ВЕЛИКОЛЕПНЫХ СКЕЛЕТОВ!"
На пороге стояла Сария.
В красной толстовке поверх белой футболки, с чуть растрёпанными каштановыми волосами и знакомо смущённым выражением лица. Она выглядела... как всегда. Тихо. Немного неловко. Добро.
"Привет, Папайрус."-сказала она мягко.
"ЧЕЛОВЕК-САРИЯ!"-он расплылся в улыбке.
"КАКОЕ ПРЕКРАСНОЕ СОВПАДЕНИЕ! Я КАК РАЗ ГОТОВЛЮ СПАГЕТТИ!"
Она слегка улыбнулась в ответ.
"Я чувствую..."-честно сказала она.
"Запах очень... насыщенный."
"ЭТО ВЫСШАЯ ПОХВАЛА!"
Он наклонился к ней чуть ближе.
"ТЫ ПРИШЛА РАНОВАТО, НО Я НЕ ПРОТИВ! ПРАВДА, СПАГЕТТИ МОЖЕТ НЕ ХВАТИТЬ НА ТРОИХ... НО Я МОГУ СРОЧНО ПРИГОТОВИТЬ ЕЩЁ ОДНУ ПОРЦИЮ! ИЛИ ДВЕ! ИЛИ ДЕСЯТЬ!"
Сария покачала головой, чуть сжав рукава толстовки.
"Нет-нет, я не из-за еды..."-она замялась.
"Я хотела спросить... Санс дома?"
Вопрос прозвучал... странно.
Не просто любопытно.
Взволнованно.
Папайрус моргнул.
"О! ДА!"-бодро ответил он.
"ОН СПИТ У СЕБЯ В КОМНАТЕ! Я СЕГОДНЯ УТРОМ НАШЁЛ ЕГО ТАМ!"
Он чуть наклонил голову.
"ХОТЯ ВЧЕРА ЕГО НЕ БЫЛО ВЕСЬ ДЕНЬ."
Сария кивнула, будто подтверждая что-то для себя.
"Понятно..."-тихо сказала она.
"Спасибо тебе."
Она уже сделала шаг назад, собираясь уйти.
"ПОДОЖДИ!"-Папайрус тут же вытянул руку.
"САРИЯ?"
Она остановилась.
"ЧТО-ТО СЛУЧИЛОСЬ?"-спросил он уже тише.
"САНС ЧТО-ТО СДЕЛАЛ? ИЛИ... С НИМ ЧТО-ТО СДЕЛАЛИ?"
Её плечи слегка напряглись.
"Нет..."-она покачала головой.
"Не совсем."
Папайрус нахмурился - насколько вообще мог нахмуриться скелет.
"ТЫ БЫЛА С НИМ ВЧЕРА?"
"Нет."-снова ответила она.
"Я была у себя. В квартире."
Она сделала паузу, затем добавила:
"Он позвонил мне."
Это заставило Папайруса насторожиться окончательно.
"ПОЗВОНИЛ?"
"Да..."-Сария опустила взгляд.
"Поздно вечером.,Он звучал... обеспокоенно. Спросил, всё ли со мной в порядке."
Она нервно сжала пальцы.
"Я сказала, что да. Что я дома, никуда не выходила. И тогда..."-она едва заметно улыбнулась.
"Он выдохнул. Прямо в трубку. И попросил меня оставаться там."
Папайрус медленно опустил руку.
"А ПОТОМ?"
"А потом он попрощался... и повесил трубку."
Тишина между ними стала плотной.
Это было не похоже на обычного Санса.
Папайрус чувствовал это всем своим существом.
"...СПАСИБО, ЧТО СКАЗАЛА."-наконец произнёс он.
Сария кивнула.
"Прости, если побеспокоила."-сказала она.
"Я просто... хотела убедиться."
Она развернулась и пошла прочь по коридору.
Папайрус ещё долго стоял в дверях, глядя ей вслед.
Спагетти на плите закипали чуть сильнее, чем нужно.
А внутри у него впервые за утро появилось чувство, которое он не мог назвать... но которое ему очень не понравилось.
"...САНС."-тихо произнёс он.
"ЧТО ЖЕ ТЫ ДЕЛАЕШЬ, БРАТЕЦ?"
И где-то за закрытой дверью комнаты, за тонкой стеной, спал скелет, который знал ответ - но не мог его сказать.
Папайрус же как раз собирался вернуться к плите и СПАСТИ СПАГЕТТИ ОТ ПЕРЕВАРИВАНИЯ, когда его телефон внезапно завибрировал.
Он вздрогнул.
"О! ЗВОНОК!"
Экран загорелся именем, от которого он сразу выпрямился, будто по стойке «смирно».
АНДАЙН.
"АНДАЙН?!"-удивлённо воскликнул он, принимая вызов.
"ДОБРОГО УТРА! ИЛИ ДНЯ! ИЛИ... КАК ТАМ СЕЙЧАС ПРИНЯТО ГОВОРИТЬ У ПОЛИЦЕЙСКИХ?"
"Папайрус."-голос Андайн был прямым, как удар копья.
"У тебя есть минутка?"
"ДЛЯ ТЕБЯ - ВСЕГДА!"-гордо заявил он.
На том конце провода повисла короткая пауза, будто Андайн собиралась с мыслями.
"Слушай внимательно."-сказала она.
"Это важно."
Папайрус тут же посерьёзнел. Улыбка никуда не делась - но стала тише.
"ХОРОШО!"
"Один старый монстр..."-начала Андайн.
"Его зовут Герсон. В прошлом он был королевским стражем. Очень высоким по рангу."
"ГЕРСОН?"-Папайрус моргнул.
"ТОТ САМЫЙ «МОЛОТ СПРАВЕДЛИВОСТИ»?"
"Да."-подтвердила она.
"Он хочет... обучить тебя одной технике."
Папайрус застыл.
"...ОБУЧИТЬ? ТЕХНИКЕ?"
Он на секунду замолчал... а потом буквально засветился.
"ЭТО... ЭТО ЧРЕЗВЫЧАЙНО ПОЧЁТНО!!! Я ЧТО, НАКОНЕЦ-ТО ВЫГЛЯЖУ КАК НАСТОЯЩИЙ ВОИН?!"
"Папайрус."-резко перебила Андайн.
"Это не шутка."
Его энтузиазм немного спал.
"Техника называется Кружитцу."-продолжила она.
"Древняя. Опасная. И, если честно... не для всех."
"О-О..."-протянул он.
"ЗВУЧИТ... КРУТ-"
"Опасная."-повторила Андайн, уже жёстче.
"И именно поэтому я звоню тебе лично."
Папайрус нахмурился.
"АНДАЙН... ТЫ ЗВУЧИШЬ ТАК, БУДТО ЧТО-ТО СЛУЧИЛОСЬ."
Она выдохнула.
"Случилось."-сказала она.
"И тебе нужно быть осторожным. Особенно если столкнёшься с... существом из газеты."
"...ИЗ ГАЗЕТЫ?"
Папайрус наклонил голову.
"КАКОЙ ГАЗЕТЫ?"
"Ты серьёзно не видел?"-удивилась Андайн.
"Это сейчас везде."
"ЭМ..."-он неловко хохотнул.
"Я С УТРА БЫЛ ЗАНЯТ СПАГЕТТИ."
"...Открой новости, Папайрус."-сказала она.
"Прямо сейчас."
Он послушно нажал на экран телефона, открыл первую же статью.
И замер.
«ЧЕЛОВЕК-ПАУК ПОТЕРПЕЛ ПОРАЖЕНИЕ. ТАИНСТВЕННАЯ ФИГУРА В КАПЮШОНЕ РАЗРУШИЛА ЗДАНИЕ БАНКА»
Под заголовком - фото.
Размытое, снятое с расстояния... но достаточно чёткое, чтобы увидеть:
- летящее тело Человека-паука,
- дверь сейфа, врезающуюся в фасад,
- чёрно-красный всплеск энергии, словно разрыв воздуха.
Папайрус медленно приблизил изображение.
"...ВАУ."-выдохнул он.
Это было не просто «круто».
Это было страшно.
"СИЛА..."-тихо сказал он.
"ОНА ОЧЕНЬ СИЛЬНАЯ."
"Именно."-ответила Андайн.
"И Герсон считает, что эта фигура использует искажённую версию Кружитцу."
Папайрус поднял взгляд.
"И... ТЫ ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ Я НАУЧИЛСЯ... ЭТОМУ?"
"Я хочу, чтобы у мира был шанс."-честно сказала Андайн.
"А ты... один из немногих, кому я доверю такую вещь."
Он сглотнул.
Где-то за стеной тихо скрипнула кровать - Санс перевернулся во сне.
Папайрус вдруг почувствовал, как что-то большое и серьёзное наваливается на него.
"Я..."-он расправил плечи.
"Я НЕ ПОДВЕДУ."
"Я знала, что ты так скажешь."-усмехнулась Андайн.
"Но всё равно... будь осторожен, ладно?"
Папайрус кивнул, хоть она и не могла этого видеть.
"ОБЕЩАЮ."
Звонок закончился.
Он ещё несколько секунд смотрел на экран с новостью, на застывший кадр разрушения...
... а затем медленно перевёл взгляд в сторону комнаты брата.
"...МНЕ КАЖЕТСЯ."-сказал он самому себе,
"ЧТО СПАГЕТТИ СЕГОДНЯ БУДУТ САМЫМИ СПОКОЙНЫМИ В ЭТОМ ДНЕ."
А мир тем временем уже начинал вращаться.