Андертейл: Приключения после концовки.

Утро было из тех, что не хочется торопить.

Середина осени вступала в свои права уверенно и без лишнего шума. Лес вокруг уже не был тем насыщенно-зелёным, каким его помнили летом — теперь кроны деревьев вспыхивали оттенками алого, янтарного и тёплого коричневого. Опавшие листья устилали землю плотным ковром, пружиня под ногами, а между корней поблёскивали лужи — немые напоминания о недавних дождях. Солнце всё ещё светило, но уже не жгло: его лучи были мягкими, рассеянными, словно сами боялись нарушить утреннюю тишину.

Впрочем, тишина в этом месте продержалась недолго.

"ХЬЯЯЯЯЯ!!"

Боевой крик прорезал лес, вспугнув стаю мелких птиц. Из-за деревьев вылетела длинная белая кость, на ходу сталкиваясь с копьём, сотканным из ярко-голубой магии. Удар — звонкий, резкий — отдался эхом между стволами.

Папайрус Виндингс шёл в атаку.

Высокий, почти двухметровый скелет двигался удивительно уверенно. Его красный плащ развевался за спиной, сапоги с силой вминали влажную землю, а в пустых глазницах читалась чистая, почти детская решимость. Он призывал кости одну за другой — обычные, голубые, длинные и короткие — выстраивая их в быструю, агрессивную комбинацию.

Андайн не отступала.

Рыбоподобный монстр двигалась навстречу атаке, как буря. Копьё в её руках сменяло форму прямо в движении, становясь то короче, то длиннее, отражая удары, разрезая воздух. Она ловко уходила в сторону, разворачиваясь на пятке, и тут же контратаковала — резко, без колебаний.

Кость Папайруса пролетела в сантиметре от её плеча.

"ХА!"-усмехнулась Андайн.

"Неплохо, скелет!"

"ЭТО БЫЛ ЛИШЬ РАЗМИНОЧНЫЙ УДАР!"-гордо заявил Папайрус, призывая сразу три кости, две из которых засветились голубым.

"ПОДГОТОВЬСЯ К НАСТОЯЩЕМУ НАПОРУ!"

Он активировал синюю магию — почва под ногами Андайн на мгновение потяжелела, притягивая её к земле. Рыба резко напряглась, вонзив копьё в землю и используя его как опору, чтобы не потерять равновесие.

"О-о-о, вот это уже что-то."-хищно улыбнулась она.

В следующий миг её левый глаз вспыхнул зелёным.

Душа Папайруса дрогнула — и замерла.

"ЧТО— ЭЙ!"-он попытался шагнуть вперёд, но тело не слушалось.

"ЭТО НЕЧЕСТНО!"

"Это называется тактика."-ответила Андайн и, не нанося добивающего удара, развернулась, резко ударив древком копья по его груди.

Папайрус отлетел назад и, проскользив по листве, рухнул на спину.

Тишина вернулась в лес так же внезапно, как и исчезла.

Через секунду Андайн уже стояла над ним, уперев руки в бока и тяжело дыша — но на её лице была довольная ухмылка.

"Победа за мной."

Папайрус пару секунд лежал неподвижно... а потом резко сел.

"ХМ. ПРИЗНАЮ. ЭТО БЫЛО... ВПЕЧАТЛЯЮЩЕ."

Он поднялся на ноги, отряхивая плащ, словно только что не участвовал в изматывающем спарринге.

"НО Я ЧУВСТВУЮ. Я СТАЛ СИЛЬНЕЕ!"

Андайн фыркнула.

"И это правда."-она посмотрела на него уже без насмешки.

"Ты стал быстрее. И реакция лучше. Если бы ты год назад так дрался, я бы тебя уже записала в стражу... без вопросов."

Папайрус замер.

А потом его улыбка стала ещё шире.

"ТОГДА Я ПРОДОЛЖУ ТРЕНИРОВАТЬСЯ!"

"Вот это настрой!"-хмыкнула Андайн.

"Ладно. На сегодня хватит."

Со стороны, прислонившись к дереву, за всем этим наблюдала Альфис.

Она всё это время почти не шевелилась, крепко сжимая в руках блокнот. Её хвост медленно покачивался из стороны в сторону, а глаза, скрытые за очками, бегали между Папайрусом и Андайн, анализируя каждое движение.

Он правда стал сильнее... И увереннее...

Она улыбнулась — осторожно, почти незаметно.

У Андайн сегодня был выходной, и та решила потратить его на тренировки. Альфис не возражала ни капли. В рабочие дни Андайн, вернувшись домой, всё равно почти всё время проводила с ней — громко, энергично, иногда разрушительно, но всегда искренне.

А Папайрус...

Альфис бросила на скелета тёплый взгляд.

Он был хорошим. Просто хорошим. Без скрытых мотивов, без фальши. И его связь с Андайн была чем-то простым и настоящим — дружбой, выкованной в тренировках, смехе и совместных поражениях.

"ЭЙ, АЛЬФИС!"-Андайн махнула рукой.

"ЧЕГО ТЫ ТАМ ЗАЛИПЛА?"

Альфис вздрогнула.

"А-а? Я-я просто... э-э... наблюдала! В научных целях!"

"Ха!"-рассмеялась Андайн.

"Пошли в город. Я выиграла — значит, надо отпраздновать."

"О-о!"-Папайрус тут же распрямился.

"МОЖЕТ, Я ПРИГОТОВЛЮ СПАГЕТТИ?!"

Андайн и Альфис переглянулись.

"...Может, начнём с чего-нибудь попроще."-осторожно сказала Альфис.

Папайрус задумался.

"ТОГДА Я ПРИГОТОВЛЮ... ОВСЯНКУ С ЯЙЦАМИ ДИНОЗАВРА!"

"Вот это уже звучит... опасно."-хмыкнула Андайн, разворачиваясь в сторону тропы.

И трое фигур — высокий скелет, воинственная рыба и застенчивая учёная — медленно двинулись прочь через осенний лес, оставляя за собой следы на влажной листве.

Утро продолжалось.

...

Через некоторое время:

Город встречал их иначе, чем лес.

Асфальт был влажным и тёмным, отражая небо и вывески магазинов, люди спешили кто куда — кто с бумажным стаканчиком кофе, кто с телефоном у уха, кто просто бездумно бродил, наслаждаясь прохладой. Монстров здесь всё ещё было меньше, чем людей, но уже достаточно, чтобы никто особо не пялился... почти.

Папайрус пялился сам.

"НЕВЕРОЯТНО!"-он шагал рядом, размахивая руками так, будто рассказывал о величайшем сражении в истории.

"АЛЬФИС! ТЫ ВИДЕЛА ВЧЕРАШНИЕ НОВОСТИ?!"

"Э-э... какие именно?"-Альфис прижала к груди рожок с мороженым, стараясь не уронить шарик.

"ТЕ САМЫЕ! ГДЕ АНДАЙН В ОДИНОЧКУ ОСТАНОВИЛА БАНДУ ВООРУЖЁННЫХ ПРЕСТУПНИКОВ!"

Он резко повернулся к самой Андайн, сияя.

"ЭТО БЫЛО ПРОСТО... ОФИГЕННО!!!"

Андайн чуть не поперхнулась своим мороженым.

"Эй, потише, герой."-буркнула она, почесав затылок.

"Ничего особенного."

"НИЧЕГО ОСОБЕННОГО?!"-Папайрус был оскорблён самой концепцией этих слов.

"ТЫ ИХ СКРУТИЛА ЗА ТРИ МИНУТЫ! ТРИ! А ПО ТЕЛЕВИЗОРУ СКАЗАЛИ, ЧТО ОНИ ДЕРЖАЛИ В СТРАХЕ ЦЕЛЫЙ РАЙОН!"

Он на секунду задумался, а потом добавил ещё громче:

"Я ВИЖУ ТЕБЯ ПО ТЕЛЕВИЗОРУ ЧАЩЕ, ЧЕМ РЕКЛАМУ ПАСТЫ ДЛЯ ЗУБОВ!"

"ПАПАЙРУС!"-одновременно сказали Андайн и Альфис.

Он смутился... ровно на полсекунды.

"ЭТО КОМПЛИМЕНТ!"

Андайн усмехнулась, но внутри что-то неприятно кольнуло.

«Круто... да?»

Она вспомнила тот выезд. Крики. Напряжённые лица людей. Камеры. И приказ в наушнике: «Офицер Андайн, без излишнего применения силы».

Без копий. Без резких движений. Без того, чтобы просто... закончить всё.

Она помнила, как стояла перед вооружёнными людьми и говорила. Убеждала. Торговалась временем. Делала вид, что не может в одиночку переломать им руки за секунды.

«Думай. Рассуждай. Улыбайся. Будь «приемлемой».»

Некоторые коллеги смотрели на неё настороженно. Некоторые — откровенно с опаской.

Монстр.

Даже при её послужном списке.

"Эй."-тихо сказала Альфис, замедлив шаг и поравнявшись с ней.

"Ты... в порядке?"

Андайн моргнула.

"А? Да. Конечно. Просто... задумалась."

Альфис посмотрела на неё внимательнее, затем осторожно продолжила:

"Поверхность... она просто другая. Тут всё медленнее. Сложнее. Но..."-она чуть улыбнулась.

"... это не значит, что всё плохо. Просто... нужно время."

Андайн фыркнула.

"Мне говорят это с тех пор, как я надела форму."

Она хотела сказать это жёстче, но не стала.

Они остановились у небольшой площади. Папайрус уже куда-то исчез... а через секунду раздался его восторженный голос:

"О! ПРИВЕТ, МАЛЕНЬКИЙ ПЁС!"

Он сидел на корточках перед щенком — белым, лохматым, с огромными ушами. Рядом стоял человеческий ребёнок, смеясь, пока Папайрус аккуратно гладил животное костяной рукой.

"ТЫ ТАКОЙ ХРАБРЫЙ! ТЫ ТОЖЕ ЗАЩИЩАЕШЬ ГОРОД?"

Щенок лизнул ему перчатку.

"Я ТАК И ЗНАЛ."

Андайн остановилась.

Посмотрела.

Папайрус смеялся. Искренне. Громко. Без оглядки на взгляды прохожих. Ребёнок не боялся его. Щенок не боялся его. Никто не видел в нём угрозу.

Потом она перевела взгляд на Альфис — та стояла рядом, чуть сгорбившись, но с мягкой улыбкой, наблюдая за сценой.

«Счастлива ли я здесь?»

Ответ пришёл сам.

Да. Да, чёрт возьми.

...Хотя.

Мысль, появившаяся следом, была куда более раздражающей.

Красно-синий костюм.

Имя всплыло в голове само.

Человек-паук.

Оно слишком часто мелькало в рабочих отчётах. Линчеватель. Герой. Проблема.

Человек — это подтверждали все: порванный костюм, кровь, обычная кожа.

Он появлялся там, где она хотела быть первой.

Носорог. Песочный человек. Доктор Осьминог. Мистерио. Крейвен. Ящер. Веном. Стервятник. Шокер. Томпстоун. Сильвермейн. Рикошет. Электро. Бык. Зелёный Гоблин. Шокер.

Каждый раз — он.

Она приезжала — а всё уже было закончено. Словно он специально опережал её.

Будто говорит: «Я могу. А ты — нет».

И сильнее всего её задело другое.

Зелёный Гоблин.

Он погиб.

Человек-Паук убил его — так говорили данные, свидетельства, улики. Гарри Озборн видел, как паук позволил глайдеру Гоблина с ним самим влететь в башню с бомбами.

Но... Андайн не могла совместить это с образом.

Этот идиот с ужасным чувством юмора. С дурацкими шутками. С тем, как он дразнил преступников, а не добивал их.

Он не выглядел убийцей.

"Хей."-тихо сказала Альфис, снова привлекая её внимание.

"Ты снова хмуришься."

Андайн хмыкнула.

"Думаю о работе."

"О нём?"

Андайн резко повернулась.

"...Ты догадалась?"

Альфис пожала плечами.

"Ты каждый раз так смотришь в пространство, когда слышишь новости про... него."

Андайн вздохнула и посмотрела на небо.

"Когда-нибудь я с ним встречусь. И тогда мы поговорим."

Она сжала кулак.

"Очень... подробно."

В этот момент Папайрус подбежал к ним, сияя.

"ЭТОТ ПЁС ПРЕКРАСЕН! Я ДАЛ ЕМУ ИМЯ — КАПИТАН ХРАБРЕЦ!"

Альфис рассмеялась.

Андайн — тоже.

Они продолжали идти по парку медленно, без цели, просто позволяя дню тянуться дальше.

Аллеи были усыпаны листьями, лавочки заняты семьями, пожилыми людьми и подростками с наушниками. Где-то играла уличная музыка — негромко, почти фоном. Мир поверхности жил своей обычной, тёплой жизнью.

А оба представителя монстров решили отойти от темы паукообразного существа...

"Нет, ну ты серьёзно."-Андайн махнула рукой, активно жестикулируя.

"В третьем сезоне они просто взяли и убили лучшего персонажа! Это преступление!"

"Н-но с точки зрения д-драмы это логично..."-Альфис нервно поправила очки.

"Это п—поднимает ставки, и-и—"

"ДРАМА — ЭТО КОГДА ОН ВЫЖИВАЕТ И РВЁТ ВСЕХ В ФИНАЛЕ!"

Альфис тихо хихикнула.

Папайрус шёл чуть впереди.

Он почти не слушал разговор. Не потому, что ему было неинтересно — просто его взгляд снова и снова возвращался в одну сторону.

К детям.

Они бегали по газону, смеялись, падали, вставали. Один мальчик чуть не споткнулся — и тут же чья-то мать подбежала, подняла его, обняла, что-то быстро заговорила, проверяя, не ушибся ли.

Папайрус остановился.

Он смотрел на это, не моргая.

"ЗАВИДУЯ ЛИ Я? Я? ВЕЛИКИЙ ПАПАЙРУС?"

"Н-НЕТ КОНЕЧНО!"-мысленно ответил он сам себе слишком быстро.

...ладно. Может быть. Совсем чуть-чуть.

Он не помнил ни мать, ни отца.

Санс говорил, что она умерла почти сразу после его рождения. Война. Поверхность. Люди. Всё это звучало как что-то далёкое и страшное, как плохая легенда, которую не хочется расспрашивать подробнее.

Про отца Санс не говорил вообще.

И Папайрус... не спрашивал.

Он не хотел узнавать ещё об одной смерти.

Он знал только одно: однажды он просто оказался на руках у брата. У старшего брата, который по меркам монстров сам был ещё ребёнком. Всего тридцать лет.

Три года. Три человеческих года.

Санс тогда заботился о нём. Готовил. Укладывал спать. Шутил, когда было страшно. Делал вид, что всё под контролем, даже когда, наверное, сам не понимал — как.

«БЫЛ ЛИ Я ОДИНОК?»

В школе он иногда ловил себя на том, что смотрит, как другие дети бегут к родителям после занятий. Как их зовут по имени. Как берут за руку.

Тогда он улыбался. Громко. Как всегда.

«Я НЕПОЛНОЦЕННЫЙ?»

Мысль была резкой, неприятной. Папайрус тут же попытался от неё отмахнуться.

Нет. Конечно нет.

Но следом приходила другая.

«А БЫЛ ЛИ Я... ОБУЗОЙ?»

Санс пытался выжить. Заботился о себе. И о нём. Два скелета против мира, который тогда ещё не был готов их принять.

Потом всё изменилось.

Король Азгор лично подарил им дом в Сноудине. Просто так. «В знак благодарности», как сказал он.

Папайрус тогда был счастлив. Он не понимал — почему. Почему именно им. Почему Санс после этого стал чаще исчезать из дома.

Он просто знал: король добрый. Так все говорили.

Наверное, так и есть.

Потом Папайрус узнал о Королевской гвардии.

И это стало мечтой.

Не из-за оружия. Не из-за славы.

А потому что... там были друзья.

Если он станет частью гвардии — с ним будут говорить. Его будут ждать. Его будут уважать.

Он будет нужен.

Но теперь гвардии нет.

И Папайрус не знал, что делать дальше.

Он посмотрел на отражение в витрине магазина: высокий скелет, красный плащ, уверенная улыбка.

«Я ПОХОЖ НА НИХ? НА ДЕТЕЙ, КОТОРЫЕ ТОЖЕ НЕ ЗНАЮТ, КЕМ ХОТЯТ СТАТЬ?»

Ему уже шестнадцать по человеческим меркам.

Разве не поздно? Разве это не... стыдно?

Может, он мог бы стать полицейским. Как Андайн. Она сильная. Смелая. Настоящий герой.

Или поваром? Учителем? Изобретателем?

«КЕМ ЖЕ Я ХОЧУ БЫТЬ?..»

Мысль сама привела его к одному имени.

Санс.

Он хотел бы спросить. Правда хотел.

Но брат всё чаще исчезал. На дни. Иногда — на недели.

Иногда Папайрус просыпался ночью... и видел пустую кровать.

В первый раз он едва не запаниковал. Ему казалось, что Санса похитили. Что он остался один.

Но Санс всегда возвращался.

Уставший. С той же ленивой улыбкой. С тем же уклончивым ответом.

«просто дела, бро.»

Папайрус спрашивал. Снова и снова.

И каждый раз получал уход от ответа.

Стал ли он холоднее? Это его вина?

Воспоминание пришло внезапно — маленький Папайрус, укутавшийся в одеяло, и Санс, сидящий рядом, рассказывающий глупую историю, лишь бы тот уснул.

Нет.

Нет-нет-нет.

Санс не может его не любить. Никак.

Должна быть причина.

Папайрус сжал кулаки.

Он выпрямился, снова нацепил привычную улыбку — яркую, уверенную, почти ослепительную.

"Я УЗНАЮ."

Тихо. Почти шёпотом, который услышал только он сам.

Он очень хотел узнать.

Андайн и Альфис в этот момент шли рядом, чуть позади него, и их разговор продолжался — уже тише, спокойнее, как это бывает, когда шум дня начинает растворяться в привычном ритме шагов.

"З-знаешь..."-начала Альфис, поправляя очки и стараясь говорить увереннее.

"... л-людям правда очень и-интересны мои р-работы. Особенно т-то, что связано с магией души и... м-материей монстров."

Андайн фыркнула.

"Да это и без твоих слов очевидно. Ты хоть понимаешь, насколько это круто?"

"Я... н-ну..."-Альфис смутилась, но затем всё же продолжила:

"П-полагаю, это м-может помочь. В смысле... в мире. П-показать, что мы не угроза, а п-партнёры."

Андайн кивнула, задумчиво облизывая ложку от мороженого.

"Возможно. Я в этом ни черта не смыслю, но... если это сработает — значит, оно того стоит."

Она взглянула на Альфис с искренним уважением.

"Ты делаешь важные вещи."

Альфис замерла на секунду.

"С-спасибо..."

Она опустила взгляд, но уголки губ всё же дрогнули.

"К-кстати... я т-тебе не рассказывала? Я н-недавно общалась с учёными с п-поверхности. Курт Коннорс и... Марта Коннорс."

"Коннорс..."-Андайн нахмурилась.

"Это не тот, что..."

"Д—да."-быстро кивнула Альфис.

"Г-генетик. Очень... о-одарённый. Они..."-она заметно оживилась.

"... они были в восторге от м-моих наработок. Мы д-даже вместе п-провели эксперимент где-то г-год назад."

Андайн приподняла бровь.

"Эксперимент? Это звучит... тревожно."

"Н-не в плохом смысле!"-поспешила Альфис.

"Г-генетически улучшенные р-радиоактивные пауки. Исс-следование регенерации, м-мутаций, адаптации..."

Она замялась.

"П-правда, был... и-инцидент. Один у-ученик старшей школы. Его у-укусили во время э-экскурсии."

Андайн хмыкнула, взгляд её стал острым.

"И не говори мне, что ты не подумала о Человеке-Пауке."

Альфис моргнула.

"Я... н-ну... мысль п-проскальзывала."

"Ха!"-Андайн усмехнулась.

"А вдруг это он? Был бы красивый поворот, а?"

"Н-нет."-Альфис тут же покачала головой.

"Это п-практически невозможно."

"Почему?"

Альфис вздохнула и заговорила уже более уверенно, по-научному:

"П-пауки были р-радиоактивными ещё до у-улучшений. Даже без м-мутаций их яд был бы с-смертелен для ч-человека. Он бы п-просто умер. Быстро."

Андайн скривилась.

"М-да. Звучит не как история происхождения героя."

"Д-даже если бы о-он выжил."-продолжила Альфис.

"С-сверхспособности т-так не п-появляются. Для этого нужно п-полное к-клеточное преобразование. Изм-менение ДНК, структуры тканей... А в т-таком случае он бы..."-она развела руками.

"... явно в-выделялся. Но Ч-Человек-паук выглядит как о-обычный человек."

Андайн хмыкнула, глядя вперёд.

"Значит, либо ты чего-то не знаешь... либо он куда более странный тип, чем кажется."

Альфис неловко усмехнулась.

"Я бы п-поставила на второе."

Они замолчали на пару секунд.

Впереди Папайрус снова смеялся — теперь с каким-то другим ребёнком, показывая тому, как «правильно» делать геройскую стойку.

Андайн посмотрела на него. Потом — на Альфис.

"Как бы там ни было."-сказала она тихо.

"... ты делаешь этот мир... сложнее. Но лучше."

Альфис покраснела.

"Я... п-постараюсь."

Над парком пролетел холодный осенний ветер, шевеля листву.

А где-то далеко, за крышами домов, незримый герой продолжал бег по паутине — оставаясь тем самым «неизвестным фактором», который ещё сыграет свою роль.

Парк постепенно оставался позади — шум листвы сменился гулом улицы, голосами прохожих и запахом еды.

"О!"-Папайрус резко остановился.

"Я ЧУВСТВУЮ АРОМАТ... САХАРА И РАДОСТИ!"

Андайн фыркнула, глянув в сторону небольшого кафе с большими окнами и яркой вывеской.

"Если ты про мороженое — да, я тоже чувствую. И, если честно, я не против."

"М-м..."-Альфис поправила очки.

"У них тут, кажется, есть горячий шоколад... и-и веганские десерты... я читала отзывы..."

"РЕШЕНО!"-объявил Папайрус.

"ВЕЛИКИЙ ПАПАЙРУС ПРИГЛАШАЕТ ВАС НА ПИР!"

Они зашли внутрь.

В кафе было тепло и уютно: негромкая музыка, мягкий свет, несколько столиков, занятых людьми. Кто-то украдкой косился на Андайн, кто-то — с явным любопытством, но без враждебности. Папайрус, наоборот, шагал так, будто это он здесь хозяин.

"Я ПОЙДУ СДЕЛАТЬ ЗАКАЗ!"-сообщил он, уже направляясь к стойке.

"ВЫ ПОКА ВЫБИРАЙТЕ САМЫЕ ЛУЧШИЕ МЕСТА!"

"Только не бери всё подряд."-пробормотала Альфис.

"Я НИКОГДА ТАК НЕ ДЕЛАЮ!"

Папайрус бодро шагал к стойке заказа, мысленно перечисляя, что именно ВЕЛИКИЙ ПАПАЙРУС сегодня заслужил.

«ДВА МОРОЖЕНЫХ. ИЛИ НЕТ. ОДНО МОРОЖЕНОЕ И ЧТО-ТО СУПЕР ВКУСНОЕ И ВЗРОСЛОЕ.»

Он так углубился в раздумья, что...

"О!"

Он почти врезался в кого-то.

Фигура перед ним вздрогнула так же резко.

"А—ах... п-простите... я... я не смотрела..."

Папайрус тут же выпрямился, словно перед королём.

"НЕТ-НЕТ-НЕТ! ЭТО Я ДОЛЖЕН ИЗВИНЯТЬСЯ! ВЕДЬ ВЕЛИКИЙ ПАПАЙРУС НИКОГДА НЕ ДОЛЖЕН СТАЛКИВАТЬСЯ С ЛЮДЬМИ БЕЗ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ!"

Девушка моргнула.

Она была... тихой. Очень. Тёмно-фиолетовые волосы спадали до верхней части бёдер, руки сжимали ремешок сумки так, будто он был единственным якорем в мире. Школьная форма — старшая школа, судя по виду. Взгляд осторожный, будто она всё время ждала, что сделает что-то не так.

"Э-это... э-эм... ничего..."-сказала она чуть тише, чем шум кафе.

"Я... я просто... шла..."

Папайрус наклонился чуть вперёд, чтобы быть на одном уровне.

"ТЫ В ПОРЯДКЕ? ТЫ НЕ ПОЛУЧИЛА ПОВРЕЖДЕНИЙ ОТ МОЕЙ СЛИШКОМ МОЩНОЙ ХАРИЗМЫ?"

Она на секунду растерялась.

А потом... очень тихо хихикнула.

"Н-нет... всё... всё хорошо."

Это было едва заметно — но Папайрус заметил.

Его глаза засияли.

"ХА! Я ЗНАЛ!"

"Э-э?"

"ТЫ ОЧЕНЬ ХРАБРАЯ!"

Она застыла.

"П-простите... ч-что?.."

"ДА-ДА!"-Папайрус торжественно указал на неё пальцем.

"ТЫ ПРОСТО СУПЕР КРУТО ПРЯЧЕШЬ СВОЮ ХРАБРОСТЬ! ЭТО, МЕЖДУ ПРОЧИМ, ОЧЕНЬ ПРОФЕССИОНАЛЬНО!"

"Я... я не..."-она покраснела.

"...я п-просто... не очень хорошо... с людьми... то есть—"

"О!"-Папайрус кивнул с пониманием.

"ТОГДА ТЫ ПРЯЧЕШЬСЯ ПРЯМО КАК НИНДЗЯ! ИЛИ... КАК ГЕРОЙ В МАСКЕ! ЭТО ОЧЕНЬ КРУТО!"

Она опустила взгляд, но уголки губ снова дрогнули.

"С-спасибо..."-прошептала она.

"Э-это... приятно слышать."

Неловкая пауза.

Очередь позади Папайруса слегка зашевелилась.

"ОЙ!"-он подпрыгнул.

"Я ДОЛЖЕН СДЕЛАТЬ ЗАКАЗ! НО Я БЫЛ ОЧЕНЬ РАД ПОЗНАКОМИТЬСЯ С ТОБОЙ, ТАИНСТВЕННАЯ ХРАБРАЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ДЕВУШКА!"

"Я..."-она замялась.

"Ю... Юри."

"ЮРИ!"-повторил он так, будто запоминал имя для великого свитка.

"ОЧЕНЬ ПРИЯТНО! Я — ВЕЛИКИЙ ПАПАЙРУС!"

Её глаза чуть расширились.

"П-папайрус..."-она аккуратно произнесла имя.

"Э-это... красивое имя."

Он замер.

"СПАСИБО!!!"

Она слегка кивнула, прижимая сумку к груди, и сделала шаг в сторону, освобождая ему путь.

"У... удачи с заказом..."

"И ТЕБЕ УДАЧИ С... ЭМ... СО ВСЕМ!"-ответил он, уже отходя.

"ТЫ СПРАВЛЯЕШЬСЯ ЛУЧШЕ, ЧЕМ ДУМАЕШЬ!"

Она смотрела ему вслед ещё пару секунд.

А Папайрус, дойдя до стойки, вдруг поймал себя на мысли, что улыбается.

«ИНТЕРЕСНО... КАКАЯ КРУТАЯ НИНДЗЯ-ДЕВУШКА.»

И где-то внутри, очень тихо, но уверенно, что-то сдвинулось с места.