Глупые попытки.

***

Уэнсдей сидела в своей комнате и рисовала ворота. Ворота, которые были в видении. К ней на плечо залез Вещь.

— «Осторожно. Это моя недружелюбная сторона». — позади подошла Энид.

— «Не вини Вещь. Вечеринка была моей идеей. Все заслуживают праздника на день рождения».

—  «Предпочитаю траур».

— «Что с тобой было? Похоже на припадок».

— «Если бы».

— «Хоть похвали за то, как я тебя провела!»

— «Впечатляющий, обманный маневр». — вдруг Вещь из под кровати Уэнсдей вытащил коробку. Точнее какой-то ящик, непонятно с чем внутри.
Аддамс подошла. Присела доставая записку, развернув к себе. Энид стояла рядом, улыбаясь. — «Пусть твое шестнадцатилетие будет печальным и полным страданий. Безумно любящие тебя родители». — прочитала записку черноволосая.

— «Перед отъездом они попросили Вещь спрятать это». — сказала Синклер. Уэнсдец открыла ящик. Открыв, там были.. вроде как забальзамированные белки. Рядом лежали какие-то шприцы, пинцеты, ножницы. В общем, все как любит семейка Аддамс. — «Фууу! Это отвратительно!» — вскрикнула Энид.

— «Я бы предпочла живых белок».

— «Раз уж ты открываешь подарки..» — подошла Энид и протянула какой-то пакетик. В другой руке еще маленькая коробка. Уэнсдей поднялась и взяла в руки сначала пакет. Открыв его, она вытащила что-то непонятное. — «Ну? Тебе нравится?»

— «Что это такое?»

— «Это снут, глупышка! Я связала его в твоих фирменных цветах. И знаешь, что лучше всего? У меня такой же!! Так и еще я связала такой для Аляски!» — достала свой снут Энид. Он был розового цвета с темно-розовыми полосками. У Аддамс - черный с белыми. А Рэйган связали снут темно-каштанового цвета с полосками цвета чуть темнее, как волосы Аляски. Уэнсдей раскрыла рот. — «Будем все вместе ходить в них на уроки!»

— «Оу, Энид, это слишком уникально чтобы ходить в нем на занятия. Предлагаю подождать особого случая». — сказала Уэнсдей. Энид улыбнулась, закивав. — «Например, похорон». — улыбка Энид исчезла.

— «Эм.. что ж, это подарок от Аляски. Она сказала передать». — протянула коробку Синклер. Уэнсдей отложила снут и взяла коробку в руки, открывая ее. Внутри лежало две вещи. Книга и какая-то кофта. Черная с белым. Взяв книгу, Уэнсдей прочитала название.

— «Самые жестокие убийства человечества. Картинки и разъяснения». — на ее лице появилась небольшая улыбка. Взяв неизвестную кофту в руки, она развернула ее. Лонгслив. В полоску. Белый и черный. Красивая. — «Спасибо. Тебе и ей».

Уэнсдей была на улице Невермора. Стояла и смотрела на выжженную надпись на газоне. Подошел Ксавье и встал рядом.

— «В склепе у тебя было еще одно видение, да?»

— «Не знала что мы снова разговариваем».

— «Я был на праздновании. Думал, это станет намеком».

— «Я засчитала за намек то, что вы с Аляской встречаетесь». — Торп посмотрел на нее, но перевел тему.

— «Что ты видела?»

— «Я не готова с тобой говорить».

— «Еще думаешь, что монстр я?»

— «Не исключаю этого». — вдруг подошла Аляска.

— «Когда передумаешь, будешь готова говорить с кем-то кроме Аляски и захочешь помощи, ты знаешь где меня найти». — сказал Торп и ушел, оставляя девушек одних.

— «Что у вас опять?» — послышался холодный голос Аляски.

— «Не знала, что он не поведал тебе всего». — Аддамс сделала паузу. — «Спасибо за подарок. Книга выглядит интересной».

— «Энид мне дала снут. Она все равно заставит его когда-нибудь надеть».

— «Не хочу, чтобы это случилось». — сказала Уэнсдей и ушла.

Аддамс была в больнице у Юджина. Сидела на стуле и разговаривала с ним.

— «Я не всегда была против дней рождения. Они напоминают, что я на год ближе к объятиям смерти. Это внушает оптимизм. И родители всегда делали праздники запоминающимися. Идеальный сюрприз. Идеальный торт. Идеальные игры. Но теперь, вечеринки, подарки и игры.. кажутся банальным. Гуди предупреждала, что я полюблю кого-то как Энн. И буду сожалеть об этом». — вдруг позади девушки послышался звук. Она обернулась. И встала. — «Доктор Киннбот». — Киннбот стояла с букетом бежевых роз.

— «Я не видела тебя, после сеанса с твоей семьей, который.. я точно не забуду. Как у тебя с ними дела?»

— «Мы с мамой продуктивно провели время. Покопались в земле».

— «Садоводство?»

— «Копание могил. И я смогла спасти отца от тюрьмы. Что вас сюда привело?»

— «Я работаю с мамами Юджина, такое оставляет эмоциональные шрамы у всей семьи. Им пришлось на пару дней уехать, я пообщалась проведать его». — сказала она, кладя цветы в вазу.

— «Не буду мешать». — хотела уйти Уэнсдей.

— «Кто такая Гуди?» — остановил ее голос Киннбот.

— «Очень дальняя родственница. Очень дальняя».

— «Она не видит истинную тебя?»

— «Она видит больше, чем вам кажется. Я все также бессердечна как арт нашем знакомстве».

— «Бессердечные не сидят у изголовья друга, виня себя в его бедах».

— «Я не просила о бесплатном сеансе».

— «Это подарок на день рождения». — улыбнулась та.

Теперь Уэнсдей сидела во флюгере, читая книгу про Крэкстоуна.
Тайлер подошел и поставил на стол кофе. С надписью «счастливого дня рождения».
И присел напротив.

— «Знаю, ты предпочитаешь эспрессо, но я работал над этим всю неделю».

— «День рождения - да, счастливый - никогда. Вещь всем разболтал?»

— «Ну, а кто по твоему поставщик торта? Да, я выбрал крем из девяносто восьми процентного темного шоколада, зная твою любимую цветовую палитру. Это.. подарок Энид?» — спросил Тайлер, глядя на снут, который лежит на столе.

— «Он идеален для побега из раздираемой военной страны».

— «Не любишь посвященный себе день?»

— «Я каждый день посвящаю себе. Этот отличает лишь торт и плохая песня».

— «Если бы я пригласил тебя на ужин без песен и празднований, тебе это было бы интересно?»

— «У меня жесткий дедлайн. Акцент на жесткости».

— «Курсовая работа?»

— «О том, как закрытие грехов предков настигнет и убьет нас». — Уэнсдей вдруг достала из книги рисунок с вратами, которые нарисовала утром. Она дала его Тайлеру. — «Видел такое?»

— «Эм.. что это вообще?»

— «Неважно». — забрала из рук Тайлера рисунок Аддамс. Снова уткнулась в книгу.

— «Я что-то не то сделал? Мне кажется после бала ты меня игнорируешь. Я ошибаюсь?» — Аддамс посмотрела на него, но ничего не ответила. — «Вот и ответ». — Тайлер встал с диванчика, а в кофейню зашел его отец. — «Без молока, два сахара, с собой?» — Шериф Галпин кивнул, а Тайлер прошел делать заказ. Уэнсдей встала и подошла к шерифу.

— «Угроза, которую выжгли на газоне школы. Также выгравирна в склепе Крэкстоуна».

— «Не говори, что снова выкапывала трупы».

— «Тут есть связь, я уверенна».

— «Я дам ориентировку на мертвого пилигрима».

— «Покончив со старой виндетой, вы могли бы увлечься настоящим расследованием».

— «Мы с твоим отцом закопали топор войны. И тебе советую».

— «Я не закапываю топоры. Я их затачиваю». — Уэнсдей отошла от Шерифа. Во флюгер вошла Аляска. Она бросила взгляд на Аддамс, но прошла за стойку. Положила несколько долларов и холодным тоном заказала напиток.

— «Американо».  — его приготовили. Быстро. Она взяла напиток и хотела выйти. Но Аддамс взяла ее за руку.

— «Аляска. Знаешь где это?» — она показала ей рисунок.

— «Не понимаю. С рисованием у тебя не очень. Обратись к Торпу». — Рэйган вырвала свою руку из хватки Аддамс и вышла из флюгера.

                                             ***