20. Surprise.
***
Ксавье стоял позади Аддамс, с зонтиком. Та встала, посмотрев на него.
— «Иду за монстром».
— «Ты его видела? Он здесь? Ты что, умереть захотела?»
— «А что ты здесь делаешь?»
— «Услышал, что ты пойдешь искать приходской дом. Похоже, я успел вовремя».
— «Я кое что узнала. Монстр человек, он оставил следы лап, а потом ног».
— «Покажи». — сказал шатен, но когда Уэнсдей повернула голову, чтобы показать, следы уже размыло дождем.
— «Дождь все смыл. Я их видела». — сказала та, повернувшись к Ксавье.
— «Стараюсь сразу не отметать».
— «Как благородно».
— «Возможно ты права, насчет Роуэна».
— «Почему ты изменил мнение?»
— «Я написал ему, предложил встретиться на каникулах и покататься на сноубордах как в прошлом году. На этот раз он ответил, но сказал что не сможет».
— «Только вы не катались на сноубордах».
— «Я надеялся списать все на странность, не хотелось думать о плохом». — они шли под зонтиком вдвоем.
— «Скрывать сложнее, чем убивать».
— «Уэнсдей, скажи мне правду. Зачем ты пошла в старый приходской дом». — остановился парень.
— «Чтобы узнать больше о Крэкстоуне. Понять, как он со всем этим связан».
— «Решила вызвать там видение? Да?»
— «С чего ты взял?»
— «Догадался. Когда они начались?»
— «Год назад». — пара пошла дальше. — «Это как трогать оголенный провод. Обычно мне это нравится».
— «Но видения неконтролируемые, тебе страшно. Мой папа провидец».
— «Винсент Торп. Мой брат его обожает. Так часто смотрел его выступления, что я удивляюсь, как глаза не вытекли».
— «В общем, я жил с великим медиумом, и он бы сразу сказал, что видениям нельзя доверять. В них только часть картины».
— «Я видела Джозефа Крэкстоуна так же четко, как тебя сейчас. Он закрыл изгоев в приходском доме и сжег заживо».
— «Да, он садист. Но это был четыреста лет назад, какая разница?»
— «Разница есть. Ты видел рисунок. Крэкстоун стоит на площадке».
— «Ты придумал что-то, и подкрепляя это видениями, в которых видишь то, что хочешь».
— «Решил разъяснить по мужски?»
— «Просто мой папа, эксперт, сказал бы, что эта способность основана не на логике, а на эмоциях. Будем честны. Эмоции не твоя сильная сторона»
— «Думаю, что Роуэн был прав. Произойдет что-то ужасное, но я разберусь в первую очередь с монстром. Кем бы он не был». — Аддамс ушла. Пошла к памятнику Крэкстоуна. Волосы высохли. Сейчас ей предстояло сыграть на виолончели, Вещь подготовил все, подготовил все так, что памятник Крэкстоуна будет обожжен огнем. И она отомстит ему.
Мэр и Лариса Уимс начали свою речь. Аддамс была готова играть, ученики сидели на своих местах.
— «Я счастлив открыть церемонию, посвященную истории Джерико и нашему отцу основателю Джозефу Крэкстоуну. Он верил, что если мы будем открыты и сердцем и разумом, наш город достигнет высот. И сейчас все вместе жители города и наши друзья из академии Невермор, мы возвели монумент в честь этого великого человека! Пусть дух Джозефа Крэкстоуна будет запечатлен навеки!» — после речи Уэнсдей начала играть на виолончели, другие ребята начали тоже играть на других инструментах.
В это время Вещь взял спичку и зажег ее об асфальт, кинув на провод, который задымился и загорелся, поступая прямиком к памятнику Крэкстоуна.
Огонь поступил туда, резко разгоревшись. Все начали убегать, кричать и паниковать, но Аддамс продолжила играть, пока все убегают. Мелодия сменилась, а ее лицо приобрело заметную ухмылку.
Уэнсдей не одна осталась. Аляска, оставшись на сидениях одна, смотрела на горящий памятник Джозефу, переводя свой взгляд на Уэнсдей, которая безумно красиво играет. Лицо оставалось холодным, но она была тоже довольна.
Уимс, убежав, выглядывала на Аддамс, которая сидит с довольной ухмылкой, играя на виолончели, радуясь тому, что сделала.
Статуя плавилась, а вокруг нее остались только Уэнсдей и Аляска.
Уэнсдей сидела в кабинете у Уимс, смотря на то, как женщина ходит туда сюда.
— «Это был кошмар! Мэр в ярости!» — ругалась та. — «Я потеряла счет звонкам и письмам от горожан, выпускников и родителей, они требуют ответов, я тоже!»
— «Я бы провела дознание, вот только не взяла с собой дыбу».
— «Мисс Аддамс, вы ходите по очень.. тонкому льду!»
— «Клянусь душой своего скорпиона. Мои руки чисты».
— «У меня нет доказательств, но я знаю вас! От вас одни проблемы!»
— «К чему Джерико день просвещения? Вы знаете, что Джозеф Крэкстоун на самом деле сделал с изгоями?»
— «Знаю. Кое что».
— «Тогда зачем вы это скрываете? Кто не помнит своей истории, обречен ее повторять».
— «В этом вся разница. Вы видите обреченность, а я возможность. Это наш шанс исправить ошибки! И начать отношения с цивиллами с чистого листа».
— «За четыре века ничего не изменилось. Они нас ненавидят. Только теперь прикрываются улыбками. Если вы не хотите бороться за правду..» — черноволосой не дали договорить.
— «Думаешь, я не хочу правды? Конечно хочу. Но мир не черно белый, в нем есть оттенки серого!»
— «Не для меня. Либо об истории скажем мы, либо они. Компромисс тут невозможен».
— «Ты утомительна».
— «Знаю».
— «Доброй ночи, мисс Аддамс. Не забывай, что я очень выносливая».
***