2 глава
Конфликт за припасы и первый бунт
С момента аварии прошло около шести часов по внутренним ощущениям, но на экранах смартфонов по-прежнему горело 08:23. Жестокая реальность начала доходить до пассажиров. Паника переросла в звериный инстинкт выживания. Политик Пак Бо Гом, быстро сообразив, что его статус здесь ничего не значит, решил взять власть силой. Он собрал вокруг себя испуганную толпу из обычных пассажиров и заблокировал последний вагон, где находился служебный отсек с запасами питьевой воды и сухих пайков на случай ЧП.
— Этот поезд — собственность государства, а я представляю закон! — кричал Пак Бо Гом, прячась за спинами троих рослых мужчин. — Припасы будут распределяться строго под моим контролем! Обычным рабочим и бездельникам — урезанный паёк!
— Ты что несешь, урод?! Там люди раненые, им вода нужна! — Ли Ноу в ярости двинулся на толпу, сжимая кулаки, но Бан Чан удержал его за плечо.
— Стой. Стычка только всё испортит, — сквозь зубы процедил машинист.
В этот момент вперед вышла Дженни. Высокие каблуки туфель она уже сменила на удобные кроссовки, которые Чанбин силой отобрал у какого-то паникующего подростка. На её лице больше не было истерики — только холодный, злой расчет.
— Господин Пак, вы идиот, — ледяным тоном произнесла Дженни, подойдя к баррикаде из сумок. — Вы делите крошки, когда нужно думать о масштабе. Чанбин, забери воду.
Телохранитель шагнул вперед. Один из людей политика попытался замахнуться на него обломком поручня, но Чанбин молниеносным и точным ударом в челюсть уложил его на пол. Остальные бунтовщики в ужасе попятились. Детектив Ли Бён Хон, наблюдавший за этим со стороны, хмуро выплюнул окурок не зажженной сигареты:
— Анархия заказывали? Получите. Если мы не найдем выход до того, как погаснут аварийные аккумуляторы, мы сожрем друг друга без всяких монстров.
Пока на платформе делили власть, Хёнджин молча закинул на плечо рюкзак и двинулся вглубь темного тоннеля, откуда они приехали. Он хотел найти выход вдоль путей. Хан, держа в руках ноутбук с подключенным портативным сканером частот, трусливо, но упрямо засеменил за ним.
— Эй, Хёнджин, притормози! — шептал Хан, испуганно оглядываясь на рельсы. — Тут темно, как в могиле. И мой сканер... он сходит с ума. Он ловит сигналы, которых быть не может. Радиоволны из 1990-х годов!
Хёнджин не отвечал. Он упорно шел вперед, освещая путь тусклым фонариком. На шпалах то и дело попадались странные вещи: брошенные детские игрушки, старые советские газеты и ржавые монеты.Они шли без остановки около сорока минут. Тоннель казался бесконечным, пока впереди наконец-то не забрезжил знакомый серый туман.
— Смотри! Выход! Другая станция! — обрадовался Хан и побежал вперед.Но стоило им выскочить на свет, как у Хана подкосились ноги. Они оказались на той же самой заброшенной платформе. Справа стоял их разбитый состав, слева Дженни о чем-то спорила с Бан Чаном, а у вагона сидели испуганные Лиса и Розэ.
— Мы... мы шли строго по прямой, — заикаясь, произнес Хан, глядя на экран ноутбука. — Геометрия пространства нарушена. Рельсы зациклены. Это гребаная лента Мёбиуса! Отсюда невозможно уйти пешком!
Сынмин, сидевший под вагоном и пытавшийся прозвонить проводку состава, поднял голову и мрачно добавил:
— Дело не только в пространстве. Физика здесь мертва. Я разобрал генератор поезда. В нем нет топлива. Вообще. Но аварийные лампы внутри вагонов продолжают гореть. Это место питается чем-то другим.
В первом вагоне Джису устроила импровизированный медпункт. Она обрабатывала раны пассажиров, пострадавших при жестком торможении. Розэ сидела рядом, обняв колени. Её обостренный слух продолжал улавливать странные вещи: ей казалось, что стены станции... тихо дышат. Словно они внутри огромного живого организма.
— Джису... — тихо позвала Розэ, бледнея. — Послушай меня. Раны парня, которого Чанбин ударил пару минут назад...
Джису повернулась к лежащему на сиденье мужчине. Его разбитая губа и глубокая царапина на щеке, из которой только что текла кровь, прямо на глазах стягивались новой, розовой кожей. Без швов, без антисептиков. За считанные секунды кровь свернулась и превратилась в сухую шелуху. Студентка-медик дрожащими руками взяла иглу и слегка уколола свой собственный палец. Выступила капля крови. Джису включила секундомер на телефоне. Спустя три секунды порез полностью исчез, не оставив даже следа.
— Это невозможно... — прошептала Джису, её глаза округлились от ужаса. — Клетки регенерируют с неестественной скоростью. Биологические часы организма остановлены. Мы не чувствуем голода, у нас не сохнет во рту. Ребята... мы физически не меняемся. Время замерло не только на часах. Оно замерло внутри нас. Мы... мы больше не совсем живые.
Аварийный свет в тоннеле внезапно моргнул и окончательно погас. Станцию поглотила плотная, осязаемая тьма. Туман стал настолько густым, что вытянутая рука исчезала в нем.
— Все в вагоны! Живо! — закричал Бан Чан, выхватывая железный лом.
Ли Ноу и детектив Ли Бён Хон начали загонять людей внутрь поезда. Но паника уже захлестнула толпу. Политик Пак Бо Гом, решив, что в вагоне его зажмут, бросился бежать по платформе в сторону заколоченных лестниц.
— Наверх! Там должен быть выход! Вы все сдохнете здесь! — истерично орал он.
— Стой, придурок! Назад! — рявкнул Ли Бён Хон, но было поздно.
Из темноты путей раздался жуткий, утробный звук — помесь скрежета ржавого железа и человеческого хрипа. Это был Смотритель. Огромная, бесформенная тень со свистом пронеслась над перроном. Пак Бо Гом замер на ступенях лестницы. Лучи фонариков выхватили из темноты ужасающую картину: позади политика выросла колоссальная антропоморфная сущность, сотканная из черного дыма и обломков старых рельсов. Вместо лица у твари мерцал гигантский, разбитый фонарь поезда, излучающий болезненный желтый свет.
— Пожалуйста... Я заплачу... У меня власть... — завел свою привычную шарманку политик, полностью парализованный страхом.
Существо издало пронзительный гудок, от которого у Розэ из ушей пошла кровь, и гигантские когти из кованого железа сомкнулись на теле Пак Бо Гома. Секунда — и его с диким криком утащило в непроглядную тьму тоннеля.Двери вагона с грохотом захлопнулись. Оставшиеся в живых айдолы прижались к стеклам, тяжело дыша в кромешной темноте. Смотритель забрал первую жертву — того, кто поддался эгоизму и панике. В углу вагона школьник I.N забился под сиденье, закрывая рот руками, чтобы не закричать от ужаса. Прямо перед его лицом, с той стороны разбитого окна, в тумане витал призрак девушки в старой форме (Шин Е Ын). Она смотрела на него своими черными пустыми глазницами и беззвучно шевелила губами:
«Ты не оплатил проезд, Чонин... Твой билет недействителен».
___________________
(1008 слов)
Интересно, что дальше будет с Чонином и остальными ребятами?