репетитор

Я уже пришла в себя.

Душ помог.

Холодная вода немного привела мысли в порядок, хотя голова всё ещё слегка ныла.

Я умылась, собрала волосы и переоделась.

И вот — время занятия.

Я сидела за столом в комнате для занятий, передо мной лежали тетрадь и ручка.

Я специально не смотрела на Хан уля.

Вообще.

Будто его здесь нет.

Но я чувствовала его взгляд.

Он буквально прожигал меня.

Я пыталась сосредоточиться на тетради, но это ощущение было слишком сильным.

Наконец я тихо сказала, не поднимая головы:

— я думаю... мне уже не нужна помощь в учебе.

Пауза.

Я сжала ручку в пальцах и добавила:

— пусть это будет последним занятием.

Я сказала это специально.

Потому что больше так не могла.

Эти взгляды.
Это напряжение.
Эта странная игра, в которой никто ничего не говорит прямо.

Я ждала.

Хотя сама не понимала, чего.

Но Хан уль ответил спокойно:

— ладно.

Я на секунду замерла.

— но сначала проверим тебя.

Я медленно кивнула.

Внутри что-то неприятно сжалось.

Он так легко согласился...

Значит ему правда всё равно.

Хан уль положил передо мной лист.

— решай.

Я посмотрела на задания.

И сразу нахмурилась.

Это было...

сложно.

Слишком сложно.

Мы этого даже не проходили.

Я подняла взгляд на лист ещё раз, пытаясь понять, не ошиблась ли.

Нет.

Это точно было выше того, что он мне объяснял.

Я почувствовала лёгкое раздражение.

Он что, специально?

Я начала решать.

Прошло несколько минут.

Я написала пару строк, потом остановилась.

Это было не просто сложно — это было почти невозможно без объяснения.

Я сжала ручку сильнее.

Хан уль сидел напротив. Спокойный. Наблюдающий.

Я наконец подняла на него взгляд.

— мы это не проходили.

Он спокойно ответил:

— думай.

— это нечестно.

— жизнь не справедлива.

Я сжала челюсть.

Пару секунд мы просто смотрели друг на друга.

Потом я снова опустила взгляд в тетрадь.

Но внутри всё уже кипело.

И дело было совсем не в заданиях.

Я несколько минут смотрела на лист.

Читала задание снова и снова, пыталась что-то посчитать, написать хоть какой-то ход решения... но всё упиралось в одно и то же.

Мы этого не проходили.

Я сжала ручку, потом медленно выдохнула и закрыла тетрадь.

— всё.

Я поднялась со стула.

— можешь считать, что я завалила.

Хан уль спокойно сказал:

— сядь.

Я посмотрела на него холодно.

— ты сам сказал, что это последнее занятие.

Пауза.

— я закончила.

Я развернулась и направилась к двери.

Но за спиной впервые прозвучал его голос чуть жёстче обычного:

— т/и.

Я остановилась.

Не повернулась.

— ты убегаешь не от задания.

Я медленно выдохнула.

Плечи напряглись.

— правда? — тихо сказала я.

Я всё-таки обернулась и посмотрела на него.

— а от чего тогда?

Хан уль несколько секунд молчал, просто смотрел на меня.

Потом сказал:

— от меня.

У меня внутри всё неприятно сжалось.

Я усмехнулась, но это вышло натянуто.

— серьёзно?

Я скрестила руки на груди.

— ты слишком много о себе думаешь.

Хан уль медленно поднялся со стула.

— тогда почему ты уходишь?

Я сразу ответила:

— потому что ты сам сказал, что это последнее занятие.

Он сделал шаг ко мне.

— я сказал, что проверю тебя.

Я закатила глаза.

— вот именно.

— а ты даже не попробовала.

Я сжала челюсть.

— попробовала.

— нет.

Тишина снова стала тяжёлой.

Он смотрел прямо на меня.

И вдруг спокойно добавил:

— ты сдаёшься быстрее, чем думаешь.

Это задело.

Сильно.

Я резко шагнула обратно к столу, схватила тетрадь и с силой положила её перед собой.

— отлично.

Я снова села.

— смотри внимательно.

Я взяла ручку.

— сейчас я не убегу.

Я снова уставилась в тетрадь.

Попробовала начать сначала.

Написала формулу.
Зачеркнула.

Попробовала другой вариант.
Опять не сходилось.

Я тихо выдохнула через нос, провела рукой по волосам и снова посмотрела на задание.

Минуты шли.

Ручка всё чаще просто зависала над листом.

Я пыталась думать, вспоминать хоть что-то похожее из того, что мы проходили, но всё равно упиралась в тупик.

Стерла написанное.
Снова начала.
Снова остановилась.

С каждой секундой раздражение только росло.

И всё это время я чувствовала его взгляд.

Постоянно.

Как будто он вообще не отводил глаз.

Я резко подняла голову.

— сколько можно на меня пялиться?

Он спокойно смотрел на меня.

— ты мне так мешаешь.

Пауза.

Хан уль даже не моргнул.

— правда?

Я раздражённо бросила ручку на стол.

— да.

Он чуть наклонил голову, продолжая смотреть на меня так же спокойно.

— странно.

— что странно? — резко спросила я.

— когда ты на меня смотришь, я же не мешаю тебе думать.

Я на секунду замолчала.

Потом фыркнула.

— я на тебя не смотрю.

Он спокойно ответил:

— врёшь.

Я закатила глаза, снова схватила ручку и уткнулась в тетрадь.

— господи...

Но через пару секунд снова подняла взгляд.

— можно ты хотя бы перестанешь так смотреть?

Он несколько секунд молчал.

Потом неожиданно встал.

Я автоматически напряглась, наблюдая, как он обходит стол и подходит ближе.

Он остановился рядом.

Наклонился чуть вперёд и посмотрел на тетрадь.

— ты начала неправильно.

Я сразу нахмурилась.

— тогда почему ты молчал?

Он спокойно взял ручку из моих пальцев.

— потому что ты решила, что справишься без помощи.

И начал что-то писать в моей тетради.

А я сидела рядом, всё ещё злая...

и всё равно слишком остро чувствовала, насколько он близко.

Он положил ручку на стол.

— т/и.

Я подняла на него взгляд.

— если ты хочешь закончить занятия — заканчивай.

Пауза.

— но перестань делать вид, что это единственная причина.

Я холодно усмехнулась.

— а какая ещё?

Он смотрел прямо на меня.

— ты сама знаешь.

Я отвела взгляд в сторону тетради, будто снова собиралась решать задание.

— нет.

Я тихо добавила:

— не знаю.

Несколько секунд он просто молчал.

А потом спокойно сказал:

— знаешь.

Я резко подняла на него взгляд.

— нет.

Я сжала ручку сильнее.

— я просто не хочу больше этих занятий. Всё.

Пауза.

Он всё ещё смотрел на меня так, будто видел гораздо больше, чем я говорю.

— это из-за того, что ты сказала вчера?

Я нахмурилась.

— я вчера много чего могла сказать.

Он чуть наклонил голову.

— на балконе.

У меня внутри что-то неприятно дёрнулось.

Балкон я помнила.

Мы стояли там.
Он не выпускал меня.
Я злилась.

И...

Я резко отвела взгляд.

— если ты про то, что я сказала, что ты мне нравишься...

Я пожала плечами, будто это вообще не имело значения.

— я это и так уже сказала.

— и?

Он спокойно спросил.

Я фыркнула.

— и ничего.

Пауза.

Я снова уткнулась в тетрадь, хотя уже даже не пыталась решать задание.

— это не значит, что я должна продолжать сидеть здесь и делать вид, что всё нормально.

Он тихо спросил:

— а что именно не нормально?

Я подняла на него взгляд.

— ты.

Пауза.

Я добавила уже тише:

— и я.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга.

Потом я снова отвела взгляд и тихо сказала:

— поэтому я и хочу закончить занятия. это проще.

Я смотрела на него несколько секунд.

Потом резко отодвинула тетрадь.

— мне вообще это всё надоело.

Я встала со стула.

— эти задания, эти занятия, эта... — я раздражённо махнула рукой в сторону стола. — эта вся херня.

Он смотрел на меня так же спокойно.

И это только сильнее бесило.

— я сказала, что хочу закончить, — продолжила я. — значит закончим.

Хан уль медленно наклонился.

— не скрывай от себя, что причина не в заданиях.

Я усмехнулась.

— да?

— да.

— тогда в чём? — резко спросила я.

Он смотрел прямо на меня.

— ты знаешь.

— нет! — я почти повысила голос.

— не знаю!

Пауза.

Он встал.

И теперь мы стояли друг напротив друга.

— ты злишься не на задания, — спокойно сказал он.

— а на себя.

— господи, ты всегда такой умный?

Он ничего не ответил.

— ты вообще слышишь себя? — продолжила я. — я просто не хочу больше сидеть здесь!

— это не правда.

— да откуда тебе знать?!

Я шагнула ближе, даже не заметив этого.

— ты думаешь, что знаешь меня?

Он спокойно выдержал мой взгляд.

— достаточно.

— да ни черта ты не знаешь!

Голос уже сорвался почти на крик.

— ты думаешь, что можешь просто сидеть со своим спокойным лицом и разбирать меня по кускам?

Он тихо сказал:

— я не разбираю.

— тогда что ты делаешь?!

Пауза.

— жду, когда ты перестанешь врать.

Это ударило сильнее, чем я ожидала.

Я замолчала.

На секунду.

Потом тихо выдохнула и отвела взгляд.

Чёрт.

Самое раздражающее было то, что...

часть меня понимала, что он прав.

И именно это бесило больше всего.

Я снова посмотрела на него.

Но теперь голос стал тише.

— тебе вообще зачем это всё?

Он ответил так же спокойно:

— потому что тебе не всё равно.

Я усмехнулась.

— серьёзно?

Он сделал шаг ближе.

— серьёзно.

Теперь расстояние между нами стало совсем маленьким.

Я вдруг остро почувствовала, насколько он близко.

И это сбило меня с мысли.

— ты... — начала я, но запнулась.

Он смотрел прямо мне в глаза.

Спокойно.

Без насмешки.

Без злости.

Просто внимательно.

— если бы тебе было всё равно, — тихо сказал он, — ты бы давно ушла.

Я хотела ответить.

Правда хотела.

Но слова почему-то не находились.

Потому что...

он снова оказался прав.

Я тихо выдохнула.

— бесишь.

Он едва заметно усмехнулся.

Я опустила взгляд на секунду, потом снова посмотрела на него.

— ладно.

Пауза.

— я... попробую ещё раз.

Я уже собиралась развернуться к столу.

Но мы стояли слишком близко.

И на секунду никто из нас не двинулся.

Тишина между нами стала странной.

Тяжёлой.

Я вдруг поймала себя на том, что снова смотрю на его губы.

И быстро отвела взгляд.

— если ты опять будешь на меня пялиться... — пробормотала я.

Он тихо ответил:

— буду.