куда прешь, рыжая?

🎵: лазить по стенам
🎵:kids ( current Joys )
🎵:He's My Man
🎵:знаешь ли ты
🎵:останусь
🎵: хочешь? ( земфира )

Там стоял Тимофей, тот самый, который спас мою жизнь в Москве. Мои глаза округлились, как пять копеек. Позади универсама я не поняла, кто это? Что он тут делает? Они, в принципе, не понимали и тихо промолвила Тимофею:
— Тимофей?.. — сказала я, тихо вспоминая, что была в тот момент 1987 года, ноябрь.
Тогда, в тот момент, я находилась в группировке, называли меня Рысью. Тогда я находилась в самой жестокой группировке, которая называлась «Чёрная Тьма». Тогда мне было всего лишь 17 лет, маленькая девочка, которая была как стекло.
Через месяц, когда я туда вступила, была стычка, и очень даже серьёзная и жестокая. Кто мог взять девчонку в группировку, думаете вы? Но меня взяли, драться я могла, и даже хорошо. В тот момент, когда я дралась с парнем из той группировки, он достал нож и хотел вонзить его в меня, но Тимофей был рядом, он добивал супера из той группировки. Он сразу среагировал и помог мне. Тогда, с того дня, мы дружили, и даже очень хорошо.

Когда я вспоминала, я уже стояла в объятиях Тимофея, и вот Вова сказал:
— Так что вообще происходит? — сказал он, не понимая, кто этот чушпан.
Я отстранилась от Тимофея и сказала Вове:
— Давайте до качалки дойдём, я вам всё расскажу подробно.
И тогда мы пошли. Когда мы дошли до качалки, там был... Кащей? Если не ошибаюсь. И вот Кащей сказал:
— Адидас, это что за чушпан и дама? — сказал Кощей, осматривая нас взглядом. И вот Вова сказал:
— Дама с нашей улицы, а про этого молодого человека сейчас будем узнавать, кто он и что он, — сказал Адидас ровно и чётко.
Тимофей сказал грубо и холодно:
— Эй, ты кого чушпаном назвал?! — прокричал он и пошёл на него, но я ухватилась за его запястье и сказала тихо:
— Спокойно, Мёртвый. — сказала я, держа его крепко за запястье, а он прошипел:
— Чего спокойно, Рысь? Это ты своих угомони.
Когда Тимофей назвал мою кличку, все на меня посмотрели, и я прошептала:
— Пошлите, всё расскажу.
Когда мы присели в каморку, где сидели только старшие, Кащей закрыл дверь, и вот Турбо сказал, мина была у него недовольная:
— Ну давай, Рыженькая, рассказывай нам, почему ты Рысь, кто это и что вообще происходило в вашей гребаной Москве, — сказал Турбо, смотря на меня.
Я вздохнула и начала свой рассказ:
— Я была в группировке в Москве, называлась она «Чёрная Тьма». Тогда Тимофей помог мне и спас меня от смерти, если так можно сказать. В этой группировке меня прозвали Рысью — резкая, хитрая и быстрая. А Тимофей был Мёртвым, он был супером в нашей группировке. А потом я просто пропала и уехала сюда, хотела начать жизнь с чистого листа, но не получилось, — закончила я свой рассказ и тихо выдохнула. Подняв глаза, я увидела, что все ребята были в шоке, кроме Тимофея и Кощея.
Шок на их лицах был почти осязаем. Турбо, обычно такой самоуверенный, теперь выглядел растерянным, его брови были нахмурены в недоумении. Даже Адидас, который до этого момента казался мне чужим и непонятным, смотрел на меня с каким-то новым интересом, словно увидел меня впервые. Только Тимофей и Кащей сохраняли невозмутимость, их взгляды были спокойны, но в глазах Тимофея я видела отблеск той давней стычки , а в глазах Кащея – что-то вроде понимания, словно он уже знал, что такое жизнь на грани.
-Так вот почему ты такая... резкая,– пробормотал Турбо, словно обращаясь к самому себе. Он покачал головой, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение. «Чёрная Тьма»... даже здесь, в нашем тихом городке, это название звучало как раскат грома. Я видела, как Вова, который всё это время стоял рядом, напрягся, его кулаки сжались. Он, видимо, не мог поверить, что эта хрупкая девушка, которую он знал как просто «даму с нашей улицы», прошла через такое.
-Значит, ты не просто так здесь появилась,– сказал Кащей, его голос был ровным, но в нем чувствовалась скрытая сила.
-Ты не просто сбежала от прошлого, ты его принесла с собой.Он посмотрел на Тимофея.
-А ты, Мёртвый, как всегда, находишь себе приключения на голову. Или, скорее, находишь тех, кто в них нуждается.
Тимофей лишь усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья.
-Я просто делаю то, что должен,– ответил он, его взгляд скользнул по мне, и я почувствовала, как тепло разливается по моему телу. Это было странное чувство – быть понятой, быть принятой, даже после всего, что произошло.
-Но почему именно сюда?– спросил Адидас, его голос был более мягким, чем раньше -Почему ты выбрала наш город, чтобы начать всё сначала?
Я посмотрела на него, потом на Тимофея, на всех этих парней, которые теперь смотрели на меня с таким вниманием.

-Я думала, что здесь будет спокойно, – сказала я, мой голос дрогнул.- Я думала, что смогу забыть всё, что было. Но прошлое всегда находит тебя, не так ли? Я сделала глубокий вдох.
-я хотела просто жить обычной жизнью, но, видимо, это не для меня.
Турбо кивнул.
-Обычная жизнь – это не для всех. Некоторые из нас рождены для другого.-Он посмотрел на меня с новой оценкой и добавил -Ты сильная, рыженькая. Сильнее, чем ты думаешь.
В этот момент я почувствовала, как что-то внутри меня изменилось. Страх, который я так долго носила в себе, начал отступать. Я больше не была той маленькой девочкой, которая боялась ножа в руке врага. Я была Рысью, и я была здесь, среди людей, которые, возможно, понимали меня лучше, чем кто-либо другой. И я знала, что моя история только начинается.
кощей сказал смотря на меня
-знаю таких, в москве с ним встречался обговаривал все - сказал кащей с улыбкой и добавил - а ты..
-саша - сказала я смотря на кощея
кощей сказал с улыбкой
-мне рассказывал о тебе главный ваш в москве, говорил хорошая ты, не подводишь никогда, тогда приятно познакомится, рысь) - сказал кощей и протянул мне руку, я пожала его руку
кащей повернул голову к мертвому и произнес
-не обессудь, брат, не знал - сказал кощей и мертвый сказал
- все бывает, кощей. - сказал тимофей и вот вава сказал уже спокойно
-так ладно, кто сегодня пойдет в дк на дискач?
все согласились, ну а кащей туда не ходил, говорил старый уже, когда мы вышли с качалки, турбо сказал мне на ухо с улыбкой
- пойдешь со мной на дискач? - сказал он смотря мне в глаза и я ответила
- пойду, кудрявый. - сказала я смотря на него и турбо добавил
-тогда в 7 зайду за тобой, рыженькая) - сказал он и подмигнул мне и пошел прочь, все разошлись, мы с тимофеем пошли ко мне и я сказала
-так ты чего приехал то ко мне? я же с вадимом живу, он узнает кто ты такой, сожрет меня заживо. - сказала я с улыбкой смотря на тимофея и вот тимофей тихо сказал

включайте сейчас ( секунду назад!)

-его нет, саш. - перед мной будто мир рухнул, слезы вышли на глаза, руки затряслись и я тихо промолвила
-что?..ты врешь..-сказала я тихо беря тимофия за плечи что бы не упасть, тимофей сразу взял меня за руки и сказал
-саш, его убили..понимаешь? убили его. - сказал он
я не могла дышать. Мир вокруг меня стал серым, звуки приглушились, остался только пульсирующий в ушах крик: "Убили... убили...". Вадим. Мой Вадим. Как? Кто? Почему? Вопросы роились в голове, но ответов не было, только ледяной ужас, сковавший тело. Тимофей держал меня, его руки были крепкими, но я чувствовала, как дрожит он сам. Его слова, сказанные так спокойно, теперь звучали как приговор.
-Убили его. – повторил он, и я почувствовала, как силы покидают меня. Я опустилась на пол, не в силах больше стоять. Слезы текли по щекам, смешиваясь с потом, который выступил на лбу. Я не понимала. Это не могло быть правдой. Вадим был сильным, он всегда выходил сухим из воды. Кто мог его тронуть? И зачем?
-Саш, держись, – прошептал Тимофей, пытаясь поднять меня. Я не реагировала. В голове проносились обрывки воспоминаний: его смех, его руки, его глаза. Все это теперь было лишь призраком, тенью прошлого.
-кто это сделал?– наконец выдавила я из себя, голос был хриплым и чужим.
Тимофей помолчал, его взгляд был полон боли и какой-то обреченности.
-Мы выясняем. Но это... это было не случайно. Это было спланировано.

Спланировано. Это слово ударило как новый удар. Значит, кто-то целенаправленно хотел его смерти. Но кто? И почему? Я не знала, кому верить, кому доверять. Москва, Кощей, Турбо... все эти люди, которых я знала, казались теперь частью какой-то темной игры, в которой Вадим стал жертвой.

-Я должна знать, – прошептала я, поднимая голову. В глазах Тимофея я увидела отражение своей собственной решимостью
Тимофей кивнул, его лицо было серьезным. -Я помогу тебе, Саш. Мы вместе разберемся.
В этот момент, стоя посреди улицы, опустошенная горем, я почувствовала, как внутри меня зарождается что-то новое. Не только боль и страх, но и ярость. Ярость, которая будет гореть, пока я не найду виновных. И тогда я вспомнила про Турбо. Он обещал зайти за мной в семь. Сейчас было только пять. Время, которого у меня, казалось, больше не было

Словно в другой мир попала.
Перед глазами были воспоминания, как я бегала от Вадима со смехом, а он бежал за мной. Тогда мне было 10 лет, а ему — 15.
Как мы ходили в магазин и покупали вкусняшки... Всё это пропадёт?.. Я потеряла своего брата? Свою кровь...

Мы дошли до моего дома. Как-то я там оказалась, и Тимофей снимал с меня ботинки, шубу. Разум был затуманен.
Прошло, наверное, два часа. Я лежала на кровати и просто пялилась в одну точку. Я не понимала: почему?.. Кто?.. За что?.. Всё было непонятно. Тимофей всё время сидел со мной. И вот, в семь часов вечера, пришёл Валера за мной, но ему открыл Тимофей и сказал:
— Она никуда не пойдёт, — сказал он, смотря на него. Глаза у него были грустные.
Валера сразу сказал:
— В смысле не пойдёт? Чё стряслось у вас уже? — сказал Валера грубо и холодно.
— Желтый умер, — сказал Тимофей.
Не успел Тимофей оглянуться, как Валера зашёл в квартиру, снял кроссовки и пошёл в комнату. Там уже лежала Саша. Валера сразу подскочил, обнимая её и говоря:

— Саша, Сашенька... — сказал он тихо.
И услышал, как я заревела во всё горло ему в плечо. Руки моментально вцепились в Валеру. Так мы просидели до часу ночи, может быть... Я уже молчала и просто нюхала его запах. Тимофей уснул в моей комнате, устал после дороги, думаю. И тихо произнесла:
— Я не верю... — сказала я тихо и посмотрела Валере в глаза, и сказала:
— Валер... останься со мной, пожалуйста...
Валера же сразу кивнул, уложил меня на кровать и сказал:
— Я щас покурить мигом схожу и приду, хорошо, рыженькая? — сказал он тихо.
Я произнесла:
— Хорошо...
Курить мне совсем не хотелось, меня тошнило до ужаса. Валера пришёл через две минуты и лёг ко мне. Я лежала у стенки и сказала тихо Валере:
— Прости, что вечер тебе испортила...
Валера ответил:
— Всё хорошо, рыженькая, спи, — сказал он тихо.
Во сне я почувствовала его горячую и тяжёлую руку. И тогда я до конца уснула.

Сон был тяжёлым и беспокойным, словно внутри меня боролись свет и тьма. Воспоминания о Вадиме, о нашем детстве, о том, как всё было просто и беззаботно, смешивались с горечью настоящего. Я чувствовала, как сердце сжимается от боли и утраты, но в то же время рядом с Валерой было тепло, словно он пытался согреть меня своим присутствием, своей тишиной.

Время словно остановилось. Я не знала, сколько прошло часов, но внутри меня что-то начало меняться — тихая надежда, едва заметная, как проблеск рассвета. Может, это была сила дружбы, может, просто желание жить дальше, несмотря ни на что. Я повернулась к Валере, и его лицо в полумраке казалось таким близким и родным. Он не говорил, не задавал вопросов, просто был рядом — и этого было достаточно.

В голове крутились мысли: как теперь жить без Вадима? Как принять эту пустоту, которая осталась после него? Но вместе с тем я понимала, что нельзя позволить себе сломаться. Он бы не хотел, чтобы мы погрязли в горе. Он бы хотел, чтобы мы помнили его с улыбкой, чтобы продолжали идти вперёд, несмотря ни на что.

Я закрыла глаза и попыталась представить, как мы снова вместе — смеёмся, бежим, покупаем вкусняшки в магазине. Эти образы были как лекарство, как маленький островок света в океане тьмы. И я решила — ради Вадима, ради себя, ради всех, кто любит и ждёт меня — я должна найти силы жить дальше.

Валера крепче прижал меня к себе, и я почувствовала, как его дыхание постепенно успокаивается. В этот момент я поняла, что не одна. Что даже в самые тяжёлые минуты рядом есть те, кто готов поддержать, кто не даст упасть. И это было важно. Очень важно.

Пусть завтра будет трудно, пусть впереди ещё много слёз и вопросов без ответов, но сегодня — сегодня я просто позволю себе быть слабой, быть человеком, который любит и страдает. А завтра — завтра я начну собирать себя по кусочкам и идти дальше. Потому что жизнь продолжается, и я должна жить. Для Вадима. Для себя. Для всех нас.

как вам глава ребята?) сегодня много слез
подписывайтесь на мой тт! llherati