глава 6. поцелуй истинной любви
утро было ужасным, голова ужасно гудела, настолько, что аж уши закладывало. я пыталась встать, но не получилось, я увидела таблетку со стаканом воды на столе, быстро выпив, я легла обратно, спустя некоторое время у меня все же получилось встать, боль немного утихла, я направилась у выходу, каждый шаг давался мне нелегко. я решила пойти к отцу, рассказать все, что произошло, медленно дойдя до кабинета, я зашла в него.
—разрешите?
Матвеев— Катя? ты как тут?
— щас все расскажу
Матвеев— господи, что с тобой?
— да я же говорю, щас расскажу
я села на кресло рядом и рассказала все.
Матвеев— как ты так умудрялась так?
—я сама не знаю, скорее всего из-за стресса
Матвеев— так, значит лежишь у нас тут под присмотром Марианны Владимировны, потом, ты же собиралась уезжать?
— да
Матвеев— ты никуда не поедешь, по крайней мере ближайшее время, а то мало ли что-то еще случится
— пап, ты же знаешь почему я уезжаю
Матвеев— знаю, но сейчас тебе нельзя никуда ехать
— хорошо, я пойду
Матвеев— иди, тебе сейчас нужно больше лежать
когда я шла обратно, я встретила весь 3 взвод, они сидели и обсуждали что-то, сидя на своих кроватях, я хотела остаться незамеченной, но меня заметили, точнее заметил-Перепечко. я приложила палец к губам, прося его молчать, но это же Перепечко, он быстро похлопал по плечу Синицина, тот посмотрел на меня, быстро что-то сказав, все направили свои взгляды на меня и быстро вскочив, побежали ко мне. меня чуть ли не повалили на пол, из-за такой нагрузки моя голова жутка загудела, я начала ныть от боли, все тут же отошли.
Перепечко— Екатерина Леонидовна, а что с вами в итоге?
— так, один раз для всех повторяю, я теперь не Екатерина Леонидовна, просто Катя, со мной все хорошо, с головой только некоторые проблемы есть, а так все хорошо
Синицин— мы за вас очень рады, особенно Сухой
Сухомлин— заткнись
мы с ребятами еще много разговаривали, обо всем, о том, что у них произошло за эти дни, ребята много шутили, смеялись, в этот момент я понимала, насколько эти ребята стали мне родными.
— ребят, я пойду, а то Марианна Владимировна искать будет
Макаров— вы к нам заходите еще, мы вас всегда рады видеть
— хорошо, хорошо, вы тоже заходите
дойдя до кабинета медсестры, я увидела Марианну Владимировну, она сидела за столом и разбирала бумаги, я подошла к ней, села рядом и начала наблюдать за ее действиями.
— Марианна Владимировна, а сколько мне еще нужно быть здесь?
МВ— день-два, после домой и первые месяц-два никаких тяжелых нагрузок
—хорошо, спасибо
МВ— я тебе таблетку на тумбочке оставила, выпей и ложись, тебе нужно больше отдыхать
— так точно!— я начала смеяться, Марианна Владимировна подхватила мой смех
МВ— кстати, давай лучше на ты, все-таки уже давно знакомы
— давай
мы еще немного поговорили, я выпила таблетку и легла, почти сразу провалившись в сон. снилась мне всякая пурга несусветная, мол я уехала и забыла всех, но когда проснулась, откинула эти мысли, рядом сидела моя любимая пятерка.
— вы как тут? почему не на уроках?
Синицин— Кать, так время же уже..
— всмысле? сколько время?
Перепечко— полчетвертого
— ну нечего себе, а вы что-то хотели, чего пришли то?
Сухомлин— а должна быть какая-то веская причина?
— ну не просто же посмотреть пришли
Трофимов— ну почему же? на такую красоту грех лишнюю секунды не посмотреть
— так, Трофимов, ты щас получишь
Макаров— и не только от Кати, а еще и от Сухого
кабинет залился смехом, было видно, что Илья был зол на Трофимого, но и смущен из-за слов, так же как и я, мне не особо хотелось поднимать тему наших отношений с Ильей. мы сидели, смеялись, но тут зашла Марианна и разогнала все это стадо, это она их так назвала, с чего все начали смеяться. все ушли, кроме Ильи, он остался, Марианна ничего не сказала, только вышла.
Сухомлин— ты собираешься уезжать?
— пока что нет, ближайшие месяца два я буду здесь, а потом посмотрим
Сухомлин— ты только хорошо подумай, чтобы не жалела потом
— хорошо, я тебя поняла
Сухомлин— ну я пойду, а то потеряют меня
—иди
мы встали, он обнял меня, я была очень счастлива, что рядом со мной мой любимый, он рядом. мы бы стояли еще всю вечность, но время поджимало, мы уже собирались «отлипнуть» друг от друга, стояли мы слишком близко друг к другу, настолько близка, что мы чувствовали дыхание другого на своем лице. прошло всего пару секунд, как его губы накрыли мои, я не отталкивала, наоборот ответила, наши губы «танцевали в вальсе», а души слово сплетались в узел, поцелуй был лишь связующим звеном в этом сплетении, он казался опьяняющим, его губы казались приторными, словно ешь сладкую вату и она липнет к губам, поцелуй не был настойчивым или грубым, скорее наоборот нежным и возвышающим ввысь.
— и что это было?
Сухомлин— как что? поцелуй истинной любви— он улыбнулся во все зубы, а после быстро, поцеловав меня в щеку, убежал
— ну Илья, ну вот как так можно, поцеловал и убежал
я легла обратно на мою временную кровать и начала думать. я приняла решение, я никуда не уеду, я не смогу без него. отбросив все мысли, я легла спать и почти сразу провалилась в сон. проснулась я довольно рано, по крайней мере сильно раньше чем вчера. настроение у меня было прекрасное, голова почти не болела, Марианна сказала, что завтра она отпустит меня домой. за этот день ничего не произошло, все было также как вчера. на следующий день меня отпустили, когда я уже собиралась уходить, ко мне подошел Сухомлин
Сухомлин— Кать, а ты что в субботу делаешь?
— ну вообще с родственниками надо встретиться
Сухомлин— сильно волновались?
— да нет, поздравлять будут
Сухомлин— с чем?
— так у меня ж день рождения, ой, я же не рассказывала
Сухомлин— правда? ну тогда жди подарок
— да не стоит, мне ничего не надо
Сухомлин— это даже не обсуждается, как день рождения и без подарка, ладно, иди домой, тебе отдыхать надо, да и у меня уроки щас начнутся
— ну пока тогда
Сухомлин— пока
я еще пару секунд смотрела в его голубые глаза, он посмотрел по сторонам, быстро поцеловав меня в щеку, ушел.
Pov: у парней
Сухомлин— Трофим, слушай, ты же не занят?
Трофимов— нет, а что?
Сухомлин— можешь стих написать, пожалуйста
Трофимов— ну не знаю, мне еще химии и геометрию делать надо
Сухомлин— я уже все сделал, дам тебе я твою химию и геометрию, перед отбоем
Трофимов— ладно, кому хоть и по какому поводу?
Сухомлин— Кате, у нее день рождения в субботу
Трофимов— опа, а почему она не рассказывала?
Сухомлин— сказала, что забыла
Трофимов— ладно, перед отбоем отдам
Сухомлин— спасибо, Трофим, век твоей доброты не забуду!
Трофимов— ой все, иди давай
____________________________
сегодня глава чуть меньше чем обычно, щас постараюсь написать еще одну главу, но не обещаю, что выпущу именно сегодня, смотря на сколько сил и фантазии хватит