щенячий взгляд и острый язык

Я выбежал следом за Эммой, но её нигде не было. Ни одного намёка на неё и её душу. Просто пустота. Прекрасно.

Я увидел Киру, которая выходила из ресторана, но подходить к ней не было никакого желания. Я, честно, до сих пор не понимаю, как они помирились.

Трубку официантка не брала. Шли бесконечные гудки, которые заставляли сходить с ума. Не хотелось оставлять всё так, брошенным. Будто мне всё равно.

Но мне, чёрт возьми, не всё равно. На неё, на её эмоции, на её друзей, таких как Том. Я долгое время сопротивлялся, но сейчас смирился. Теперь моей главной задачей было показать все свои чувства Эмме.

Я пытался до неё достучаться два дня. Звонил и писал. В ответ – только игнор и тишина. Она читала мои сообщения с просьбой поговорить, но не отвечала. Походу, ей правда не нравится ситуация, в которой она оказалась. И мне тоже.

Я не думал, что всё пойдёт именно так.

Были мысли снова ворваться к ней домой, но это могло усугубить ситуацию. В прошлый раз ей эта идея не особо понравилась. Но что ещё делать? Идти в ресторан на публику? Чтобы мне влетело ото всех сразу? Честно, мне было плевать на всех, кроме одной.

Куда я, блять, влип?

Когда менеджер сказал, что мы с Холли должны пойти именно в ресторан, где она работает, я сразу начал его отговаривать, чуть ли не умолять, чтобы нас отправили в другой. Но у него уже были свои планы на нас.

Если прошлая ситуация завирусилась так быстро именно там, то и новая должна. Он был прав, и это самое бесячее. Неужели нельзя было найти компромисс? Я пытался, но меня не слушали.

Да и контракт я подписал не по своей воле. Отказать отцу я не могу, а он настоял на подписи. Ведь так будет лучше.

Конечно.

Так будет лучше только для них всех, но не для меня. Я хороший актёр, я смогу сыграть влюблённого. Но играть чувствами других – моё самое нелюбимое занятие.

––––––

Я ехал на утреннюю тренировку. Они были каждый день. Из-за такого графика часто происходят выгорание и апатия. Но сейчас это значило, что я буду наедине со своими мыслями несколько часов. Смогу всё обдумать, решить, что делать дальше с Эммой, как ей всё понятно объяснить.

Все мысли были об одной. О том, как она проводит дни, о чём думает, забила ли она или так же переживает.

Машина сама свернула в её двор. Хотя мне было вовсе не по пути. Вообще.

Она, скорее всего, уже в универе. Тогда зачем я тут? Буду сидеть и ждать, когда она вернётся домой? Возможно, я был даже не против. Даже если она решит сегодня переночевать у подруги. Я готов ждать её вечность.

Подъезд открылся, и из него выскочила та самая официантка. По её виду было понятно, что она очень торопилась: волосы растрёпаны, одежда помята. Она даже не заметила мою машину, стоящую напротив, но, увы, упускать возможность я не хотел.

Через секунду я уже бежал по бордюру, чтобы догнать её. Машина так и осталась стоять посреди дороги.

Девушка услышала мои шаги и обернулась, сразу же остановившись.

Она была в шоке и даже напугана. Мне стало стыдно.

– Эмма, послушай.

– Ты прикалываешься?! – Беннет закричала, но её голос звучал хрипло, будто она всю ночь проплакала. А может, так и было? От этой мысли стало ужасно стыдно.

Хотелось просто обнять её и не отпускать.

– Холли мне не девушка!

Тишина.

Эмма смотрела на меня так, словно увидела что-то уж слишком противное: чей-то плевок или ещё хуже. Я понимал её. Звучало неправдоподобно. Даже грубо.

Хотелось самому сдаться, просто упасть и пролежать остаток дня.

– У меня пара, – как ни в чём не бывало, она пошла дальше.

И вот опять старая рутина: я её бешу – она меня.

– Давай я довезу?

– Отвали, Уолтон, – она продолжила идти, не оборачиваясь. Я шёл за ней как на поводке.

Она не поверила моим словам. Я даже не сомневался.

Вот теперь как? Как ей доказать правду? Принести распечатанный листок?

– Эмма, я переживаю, – я остановился на полуслове, не в силах договорить. Ноги тоже замерли на месте.

И она тоже остановилась.

Девушка медленно обернулась. Она смотрела вопросительно. Ждала продолжения. Но я не мог. Просто не хватало сил договорить.

– Я тоже. Но тебе будто вовсе всё равно на меня.

– Нет!

– А что тогда? Какая причина твоего такого хамского отношения ко мне? Твои качели мне зачем? Уолтон, если ты не можешь разобраться в том, как вести себя, то отстань от меня. Смысл этой беготни, если всё будет повторяться снова и снова?

Её голос дрожал. Она говорила так быстро, что было понятно – копила это долго в себе.

Я не перебивал её. Слушал и обдумывал каждое слово.

Вот теперь я точно знаю, что происходит у неё в голове и о чём она думает.

Мне было ужасно стыдно. Я сам начал думать, как мог так поступить. Начал вспоминать все дни. Когда я не писал – был занят до такой степени, что не знал, где лежит телефон. А когда писал, отвлекался от работы и тренировок.

Но ей-то откуда это знать?

И меня это явно не оправдывает.

– Ты права. Я вёл и веду себя как идиот. И, прошу, поверь, я не игнорировал тебя специально.

Официантка смотрела мне в глаза, будто искала в них ответ, которого не могла услышать от меня.

– Знаешь, что самое обидное?

Я молчал, но смотрел на неё со всей нежностью, которую она называла «щенячьим взглядом».

– Каждый раз, когда мне начинало казаться, что я хотя бы немного тебя понимаю, ты делал что-нибудь подобное. – Её голос звучал тише, без злости. – То появляешься. То исчезаешь. То ведёшь себя так, будто я тебе важна. То будто вообще нет.

Я хотел объясниться, хотя даже не знал как. Но она и не давала мне времени подумать.

– Я не могу постоянно гадать, что у тебя в голове.

Повисла тишина. Шум проезжающих машин вдруг стал слишком громким, давящим на уши.

– Я не могу нормально объяснять, что чувствую, – эти слова вырвались сами, без задней мысли. Без попыток звучать правильно.

Прозвучало глупо и смешно.

– Ты даже не пробовал.

Я замер. Потому что это было именно то, чего я избегал больше всего. Сказать вслух то, что уже давно сидело внутри.

– Я пытался держаться подальше.

Она нахмурилась и всем своим видом показывала, что не понимает. Что у неё куча вопросов.

– Потому что рядом с тобой всё становится намного сложнее. Любая мелочь становится проблемой.

Эмма ничего не ответила. Может быть, ей показалось это грубым, но я говорил со всей нежностью.

– Когда я пропал, я поначалу пытался тебе написать, но меня вечно отвлекали. И в какой-то момент я подумал, что так будет проще.

– Кому?

– Мне.

Она медленно кивнула. Будто именно этого ответа и ждала. Теперь она не злилась, а выслушивала.

– И помогло?

– Нет. Эмма, я думаю о тебе постоянно. Ни дня, ни часа не проходит без того, чтобы я не подумал о тебе.

Официантка зажмурилась. Сначала до меня не доходило, что происходит. Но когда слеза покатилась по её щеке, я уже был не в силах стоять на месте.

Я подошёл к ней и аккуратно притянул к себе, чтобы обнять. Беннет не сопротивлялась.

Я прижал её к груди. Она не рыдала и не ныла. Просто стояла, а её руки обвили меня за талию.

– Я ненавижу тебя так же сильно, как и люблю тебя, Джейвон Уолтон.

Я перестал дышать. Наверное, всего на секунду, но я и вправду замер.

Её слова всё ещё звенели в голове.

Эмма тут же опустила голову. Я это почувствовал, будто сама испугалась того, что сказала.

– Чёрт... – шёпотом произнесла она.

Я неожиданно усмехнулся. Само вышло, хотя момент был неподходящим.

– Что смешного?

Моя ладонь всё ещё лежала у неё на спине.

– Просто я два месяца пытался это понять.

Эмма подняла на меня глаза.

Я наклонился чуть ближе.

– Оказывается, нужно было просто довести тебя до нервного срыва.

– Идиот.

– Знаю. – Улыбка сама растянулась на моём лице.

Девушка вышла из моих объятий и ткнула кулаком мне в плечо. Я поймал её руку и переплёл наши пальцы.

На этот раз она не вырвалась.

И почему-то именно это значило для меня больше, чем любые признания.

—-
решила написать в другом оформлении.
честно, я думала над тем, чтобы это глава была последней. но думаю написать ещё пару.
а вы как считаете на этот счет?
продолжать писать или начать новую историю про Эша с сюжетом, а не сплошной романтикой?