любовь -боль

Глава 5. Первые признания

Следующие несколько дней Вики жила словно в полусне. Каждый раз, закрывая глаза, она видела мягкий взгляд Кима, слышала его чуть хрипловатый голос, чувствовала лёгкое прикосновение его губ. Всё вокруг будто стало ярче, насыщеннее — даже привычные школьные коридоры, даже скучные уроки казались теперь не такими унылыми.

На большой перемене Лена, как всегда, подлетела к ней с горящими глазами:
— Ну? Рассказывай! Что было после того, как вы ушли с озера?

Вики улыбнулась, невольно опустив взгляд:
— Мы просто поговорили. Долго. И… он изменился, Лен. Правда изменился.

— Да ладно! — подруга скептически подняла бровь. — Тот самый Ким, который…

— Тот самый, — перебила Вики. — Но он извинился. Искренне. И он… он совсем другой, когда не притворяется.

Лена внимательно посмотрела на неё и вдруг расплылась в широкой улыбке:
— О, я поняла. Ты в него влюбилась.

Вики почувствовала, как щёки заливает румянец:
— Я… не знаю. Но мне с ним хорошо. По-настоящему хорошо.

***

Тем временем Ким сидел на старой автобусной остановке — том самом месте, где когда‑то размышлял о своих поступках. В руках он вертел тот самый плетёный браслет, который теперь стал для него символом перемен.

«Она верит в меня», — думал он. — «По-настоящему верит. И это… это заставляет хотеть быть лучше».

После уроков, когда Вики вышла из школы, Ким уже ждал её у калитки. На этот раз он не прятал взгляд, не пытался казаться небрежным — просто стоял и улыбался, и в этой улыбке не было ни капли прежней бравады, только искренняя радость.

— Привет, — сказал он, делая шаг навстречу. — Может, прогуляемся?

— С удовольствием, — Вики улыбнулась в ответ.

Они пошли по знакомой дороге к озеру, но на этот раз путь казался короче — то ли потому, что они оживлённо болтали, то ли потому, что время рядом друг с другом летело незаметно.

— Знаешь, — вдруг сказал Ким, — я всё думаю о том вечере. О том, что ты сказала про «настоящего меня». Это… это было важно. Никто раньше так не смотрел на меня.

Вики остановилась и повернулась к нему:
— Потому что никто не пытался заглянуть глубже. А ты… ты хороший, Ким. Просто раньше ты сам в это не верил.

Он на мгновение замер, потом осторожно взял её за руку:
— Спасибо. За то, что увидела. И за то, что не боишься быть рядом.

Они продолжили путь, теперь уже не отпуская рук. Когда впереди показалось озеро, Ким вдруг остановился:
— Подожди здесь.

Он быстро скрылся в лесу и через пару минут вернулся с охапкой полевых цветов — ромашек, колокольчиков и каких‑то нежных сиреневых соцветий. Неумело, но трогательно он протянул их Вики:
— Это тебе. Просто потому что… потому что ты есть.

Вики приняла букет, чувствуя, как к горлу подступает комок:
— Он прекрасен. Спасибо.

Они спустились к воде и сели на старый пень у берега. Ким осторожно обнял Вики за плечи, и она прижалась к нему, чувствуя тепло его тела и ровное биение сердца.

— Мне кажется, — тихо сказал он, — что я никогда раньше не был по‑настоящему счастлив. А сейчас… сейчас я понимаю, что такое настоящее счастье. Это когда можешь быть собой. И когда рядом тот, кто принимает тебя таким, какой ты есть.

Вики подняла голову и посмотрела ему в глаза:
— И я чувствую то же самое.

Ким слегка наклонился и мягко коснулся губами её лба, потом — виска, а затем их губы встретились в более глубоком, уверенном поцелуе. В нём было всё: и благодарность, и нежность, и робкое обещание будущего.

Они отстранились, но не разорвали объятий. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в золотисто‑розовые тона, а на душе у обоих было так светло и спокойно, как никогда прежде.

— Останемся здесь ещё ненадолго? — прошептал Ким.

— Конечно, — ответила Вики, уютно устраиваясь в его объятиях. — На сколько угодно.

Они сидели так долго, слушая, как шепчутся камыши, как плещутся у берега рыбки, как перекликаются в лесу птицы. И в этот момент оба понимали: что бы ни случилось дальше, они больше не те, кем были раньше. Они нашли друг в друге что‑то важное — то, что меняет жизнь навсегда.