Щит для недотроги

Однако ярость Драко не остановила парней. Слизеринцы, привыкшие к авторитету Флинта, просто оттолкнули Малфоя в сторону. Маркус пренебрежительно фыркнул на направленную палочку, и команда, полностью проигнорировав блондина, двинулась прямо к твоей лавке.

Они окружили тебя со всех сторон, нависая массивными тенями. В их голосах не было злости, скорее грубое, искреннее недоумение.

— Эй, ну ты чего? Т/И, хорош реветь, — нахмурился Флинт, протягивая к тебе свою огромную руку, чтобы коснуться твоего плеча. — Что случилось-то? Кто тебя обидел?

Вид его приближающейся ладони стал последней каплей. Ты зарыдала еще громче, до хрипа, судорожно вжимаясь в стену и пытаясь стать как можно меньше. Твой голос срывался на истошный, полный паники крик.

— Не трогайте меня! Уйдите! — захлебываясь слезами, кричала ты, зажмурив глаза, чтобы не видеть их лиц. — Вы все... вы все одинаковые! Убирайтесь! Вы все такие же, как он! Вам всем только это и нужно! Прекратите!

Парни удивленно переглянулись, уловив в твоей истерике страшный подтекст. Флинт медленно убрал руку, а Монтегю насупился. До них наконец дошло, что дело не в обычной девичьей капризности.

В раздевалке повисла тяжелая, зловещая тишина. Вся команда одновременно развернулась к Драко. Лицо Флинта потемнело от гнева, он сделал шаг к блондину и схватил его за грудки спортивной мантии, буквально приподнимая над полом.

— Малфой, а ну говори, — угрожающе процедил капитан, встряхнув его. — Что случилось там, в воздухе? Что ты с ней сделал, ублюдок?

Пьюси и Боул перекрыли Драко выход, злобно глядя на него. Слизеринцы могли быть жестокими к врагам, но доводить собственную охотницу до панического припадка прямо на поле считалось низостью даже для них.

Драко висел в хватке Флинта, бледный как мелок. Его наглость полностью испарилась. Он даже не пытался защищаться палочкой или угрожать своим отцом. Он смотрел то на парней, то на тебя — на то, как ты бьешься в истерике на лавке, закрывая уши руками. На его лице отразился неподдельный, глубокий стыд и страх за то, что он натворил.

— Я... я перегнул палку, — тихо, с трудом выдавил Драко, и его голос дрожал. — Я лапал ее. Она просила отпустить, а я... я не слушал. Флинт, отпусти, я виноват перед ней. Только не орите, вы пугаете её еще сильнее!

Флинт от ярости потемнел лицом. Услышав признание Драко, капитан с глухим рыком с силой швырнул блондина на грязный пол раздевалки. Малфой больно ударился спиной и глухо охнул. Маркус тут же тяжело навис над ним сверху, прижимая коленями его плечи к доскам, и высоко замахнулся огромным, тяжелым кулаком, готовый разбить парню лицо.

Драко даже не поднял руки для защиты. Он лишь зажмурился и хрипло, отчаянно выдохнул:

— Флинт, стой… Не надо при ней. Не здесь. Посмотри на нее, она и так напугана до смерти!

Маркус замер, тяжело дыша. Он перевел взгляд на лавку, где ты продолжала дрожать и плакать от каждого громкого звука, забившись в угол. Поняв, что драка прямо сейчас добьет твою и без того разрушенную психику, капитан грязно выругался. Он схватил Драко за шиворот, рывком поднял на ноги и, пинком распахнув дверь раздевалки, с силой вышвырнул блондина в коридор.

— Пошел вон отсюда, щенок! Чтоб духу твоего возле нее не было! Поговорим в гостиной! — рявкнул Флинт и с грохотом захлопнул тяжелую дубовую дверь, заперев ее на засов изнутри.

В раздевалке сразу стало тише. Парни переглянулись, их суровые лица смягчились. Они аккуратно, стараясь не делать резких движений, подошли к твоей лавке. Флинт первым медленно опустился на корточки прямо перед тобой, держа руки на виду, чтобы ты видела — в них нет опасности.

— Эй… Т/И, послушай меня, — заговорил Маркус непривычно тихим, спокойным голосом, совершенно не похожим на его обычный капитанский ор. — Всё, Малфоя нет. Мы его вышвырнули. Никто тебя больше не тронет.

— Мы не такие, слышишь? — неловко добавил Монтегю, переминаясь с ноги на ногу и виновато глядя на твой сжавшийся комок. — Мы слизеринцы, да, мы бываем придурками, но своих девчонок мы в обиду не даем. И лапать себя никто не заставит.

— Тише, мелкая, успокаивайся, — Пьюси осторожно протянул тебе чистый носовой платок, положив его на край лавочки, чтобы не напугать прикосновением. — Ты в полной безопасности. Мы всякое дерьмо творим, но не это. Малфой за это еще ответит перед всей командой, клянусь квиддичем.

Ты медленно отняла ладони от лица, сквозь пелену слез глядя на этих огромных, грозных парней, которые сейчас смотрели на тебя с искренней заботой, тревогой и уважением. Сердце все еще бешено колотилось, но паника в груди начала понемногу отступать, сменяясь чувством того, что ты больше не одна против наглого блондина.