Вместе до победы

Учебный процесс набирал обороты. На уроке русской литературы внезапно прозвучала фамилия Павловой – её вызывали на КПП.

— Павлова, что ни день, то тебя на КПП вызывают, — фыркнул Труханов.

— А ты тут на вахте прописался уже? — хмыкнула Яна. — Когда учиться успеваешь?

— Успеваю, будь уверена, — самодовольно ответил он.

— Кто там ко мне?

— Папа римский.

— А точнее?

— Пассия Синицына.

Зайдя в зал ожидания Ксения сразу встала из кресла.

— Ну что, Ян, есть какие-то новости? — нетерпеливо спросила она. — Уже три дня прошло, а от тебя ничего не слышно...

— Да нечего говорить, — спокойно подала плечами Яна. — Не о чём тебе беспокоиться, как я и говорила. Илья и сам волнуется из-за ваших ссор, на дискотеках у столбца стоит, ни на одну из девушек не смотрит. Рассказывать и нечего.

Девушка выдохнула.

— Но почему же он тогда мириться не идёт?

— Отказа боится, я так думаю.

— Ладно, Ян, спасибо, — кивнула Ксюша. — В долгу я у тебя.

— За что в долгу? — хмыкнула Павлова.

— Ну как за что? Ты же время своё тратила, силы.

— И что? Это ладно если бы я реально что-то «прям такое» узнала, так что ничего ты мне не должна.

— Не неси чепухи. Звони в любое время, помогу чем, смогу, — наказала Ксения перед тем как уйти.

Кабинет информатики.

Сухомлин отвечал на вопросы по параграфу у доски, пока информатик «Курсор» внимательно его слушал. Остальные занимались за компьютерами.

— Молодец суворовец, садись, пять, — сказал информатик, опуская взгляд в журнал.

Сухой с видом победителя сел за компьютер.

— Ты что делаешь? — вдруг раздался шепот Перепечко.

— Сили ровно, придурок, а то запалит, — шикнул в ответ Макаров, глянув на Курсора.

Яна сидела за компьютером рядом с Максимом. Уловив разговор ей стало интересно, что там такого «незаконного» делал Макаров. Она перевела взгляд на его кран компьютера.

На экране большими буквами был текст: «Привет. Извини за молчание — сейчас проблемы с интернетом. Зато получились шикарные снимки. Кстати, мне кажется настал момент обменяться фотографиями.»

Ей стало очень интересно с кем это переписывался на уроке Максим. Но сейчас спрашивать она не стала.

— Ну что, теперь перейдем к алгоритмам, — то и дело говорил мужчина. — И об алгоритмах нам расскажет... нам расскажет, суворовец Леваков.

Андрей не медля вышел из-за стола, под пристальные взгляды класса и подошёл к доске.

— Термин алгоритм произошёл от фамилии узбекского математика девятого века Мухаммеда аль-Хорезми, — начал свой рассказ Леваков.

— Слышь, Макар, это что за алгоритм? — не отставал Стёпа. — Узбеки придумали?

— Марсиане, — кинул Максим, — Ты чего что ли не читал?

— А нафига? В прошлый раз вызывали. Во Лёва чешет.

— Печка, чешут свинью за ухом, — иронично кинул он. — А Лёва себе увал зарабатывает, понял?

— И последнее свойство алгоритма это масса, — продолжал ответ Андрей. — Это свойство обозначает, что один и тот же порядок действий, то есть один и тот же алгоритм может применяться для решений нескольких задач.

— У вас всё? — после минутного молчания Левакова спросил Курсор.

— Всё, — кивнул он.

— Ну что я могу сказать по поводу вашего ответа, — мужчина ровно сел за столом, крутя ручку в руках. — Неважно. Совсем неважно. Я бы даже сказал неудовлетворительно.

— Почему? Я же вроде всё рассказал? — напрягся Андрей.

— Формально, как бы да, вы ответили. Но суть вашего вопроса вы не понимаете. Вот вы называете алгоритм порядком действий. А ведь это не порядок действий, а последовательность.

— Ну, а какая разница?

— Большая, суворовец.

Яна подняла руку.

— Что Павлова? — перевёл на нее взгляд информатик.

Она поднялась из-за стола, вытянувшись в струну.

— Я не согласна с оценкой Левакова, — чётко донесла свою позицию девушка.

— И почему же?

— Потому что вы ему занизили оценку из-за обычной переформулировки мысли. Нам за это даже на литературе оценки не занижают, а у вас не столь важный предмет, из-за которого мы должны слово в слово заучивать параграфы.

— Павлова, а вы какие предметы собираетесь сдавать на третьем курсе? — Тон мужчины сразу собрался и стал строже.

— Не знаю ещё.

— Ну я вас сразу предупреждаю. Мой предмет вы сдавать однозначно не будете.

— Да ради бога. На вашем уроке свет клином не сошелся.

— Суворовец, я вам сейчас два поставлю, — пригрозил он.

— Ставьте. Я из-за этого своё мнение не поменяю, — Яна отрезала резко и, не ожидая ответа, села обратно за стол.

В кабинете повисло напряжённое молчание.

— И потом, от кого произошел термин «алгоритм»? — снова переключился на Левакова Курсор.

— Я же сказал: от узбекского математика Мухаммеда аль-Хорезми, — с едва заметным раздражением переступал с ноги на ногу Андрей.

— А на самом деле его звали Мухáммад ибо Муса аль-Хорезми, — явно приделался к каждому слову информатик. — Что же вы коверкаете-то? Так что садитесь. Три.

— Как три? За что! — не выдержал Леваков.

— То есть тройка вам не нравится? Тогда два.

— Почему?

— Я уже сказал почему. Хотя бы из уважения к великому математику.

Андрей больше спорить не стал. Понял что это бесполезно и прошёл на своё место.

— Сергей Викторович, но он же в основном правильно ответил, — следом заступился Печка.

— Так, кто-то ещё хочет ответить? — Грозным тоном спросил Курсор, кинув взгляд на Перепечко. — Суворовец Перепечко кажется? Пожалуйста, к доске.

— Не, я это... я ничего, — сразу замялся Степа. — Я же это...

***

Урок закончился. Все поспешили из кабинета в коридор. Компания из семи человек расположились на лестнице в задумчивом виде.

— Слушай, чего он к тебе прицепился? — Синица стоял у стены, скрестив руки на груди.

— Да я откуда знаю, — буркнул Леваков, сидя на корточках у соседней стены.

— Не ну вы видели как информатик Лёву прессанул, — Макаров облокотился стеной об стену и сунул руки в карманы.

— Да, погонял он его конечно здорово, — вздохнул Сухой, стоя рядом на лестнице. — Вот ни понимаю, какая там разница «сумма» или «совокупность»?

— а главное просто ни за что, — шикнула Яна, меря шагами коридор.

— А может пойдём все к нему и скажем, что это полная фигня, — решительно выговорил Печка, сидя на ступеньке.

— Да, а что ты на уроке молчал, Печка? Яна вон вместе с Лёвой отдувалась. Тоже красавица, двойку схлопотала. Тоже видимо давно в нарядах не была.

— А я не молчал, я ну вот, типа это...

— Вот именно, что ты «Ну вот», «Типа как бы», «А он же», — фыркнул Максим.

— А ты типа бунтовал.

— Да хорош уже. Самое время друг с другом отношения выяснять, — поморщилась Павлова.

— А может быть Ноздрёву стуканём? — тогда предложил новую «гениальную» идею Стёпа.

— Да ладно, ребят, расслабьтесь, — заговорил Андрей. — До субботы ещё время есть, я что-нибудь придумаю.

— А вот и вся компания, — раздался знакомый сербский голос. — Странно конечно что воришка и доверчивая ещё тут.

Сырников и его друзья показались во всей красе. Яна раздражённо сжала кулаки при виде них.

— В смысле «воришка»? — скептически вскинула бровь Яна. Если она знала, что «доверчивая» это она, то кто этот «воришка» она и не представляла. — Ты про что?

— Как? Тебе что твои друзья не рассказали? — с театральным удивлением ахнул Алексей.

— Не сказали что? — Яна напрягалась. Она обвела суворовцев вопросительным взглядом, но все молчали, отведя взгляд в сторону.

— Что пока ты бегала по городу вся шайка твоих друзей колотили Синицына за украденный телефон у твоего братца Трофимовым.

Она охолодела и снова обвела друзей взглядом. Неужели это правда было и никто об этом даже не сказал.

— Что это значит? — насупилась Павлова. — Макс? Трофим?

— Да им просто стыдно признаться, — всё подливал впала в огонь Сырников. — Но может хоть теперь такие, как вы с Макаровым, приблатненные, с новыми телефонами, не будете их таскать в училище.

— Сырников, иди куда шёл, — выпалил Синицын.

— Да, пойдём мы. Оставлю вас наедине, вам же нужно это обсудить, — хмыкнул Леша и ушёл вместе со своими друзьями.

Яна всё стояла в замешательстве, ожидая что кто-нибудь ей всё же объяснит, что происходит.

— Объясните мне.

— Ян, объяснять нечего. Ситуация сложная была. Что было тогда, мы больше не поднимаем, — холодно ответил Максим, сторонясь подробностей.

— Нет уж расскажите. Либо я пойду вдогонку за Сырниковым, и буду узнавать у него.

***

— Вы серьезно? — изумлённо спросила Яна. — Не ожидала от тебя, Трофим.

— Не ожидала она, — шикнул Трофимов. — Ну прости что не оправдал твои ожидания! Мне в отличие от тебя есть ещё что терять. Я не хочу чтоб меня выгнали из училища.

— Трофим, заткнись, — отрезал Макаров.

Яна на минуту замолчала, будто переваривая сказанное.

— Да нет, пусть уж договаривает, — едко хмыкнула девушка. — Да мне нечего терять, я этого не скрываю.

Выпалила Павлова, а после ушла прочь.

Кабинет Этики и эстетики.

Полина Сергеевна задерживалась на урок после звонка, потому в кабинете свободно разговаривали между собой суворовцы.

Наконец дверь открылась и в кабинет зашла Полина Сергеевна, явно с хорошим настроением. Суворовцы встали, как по команде, приветствуя учителя.

— Товарищ преподаватель, третий взвод к уроку эстетики готов. Отсутствующих нет, — прочеканил Макаров.

— Очень хорошо, — кивнула Альховская. — Садитесь.

Все опустились на свои места за столом, но Полина Сергеевна так и стояла на том же месте, будто собираясь, что-то сказать.

— Так, у меня есть для вас приятная новость, — наконец заговорила она. — На этой неделе у нас появился шанс закрепить русскую классику конца девятнадцатого века на практике. В частности речь идёт о Петре Ильиче Чайковском.

— Ну вот, говорила приятная новость, — фыркнул Сухой, обернувшись на Трофимова.

— В этом месяце у нас будет поход в театр и вот у меня в руках билеты, — продолжила Альховская, демонстративно показав билеты.

— Есть билеты на балет, на трамвай билетов нет, — проголосил крылатую фразу Трофимов из песни «Билет на балет».

По взводу прошёл смех.

— Да, Трофимов, — но Полина Сергеевна вовсе не возмутилась. — Вы совершенно правы. Именно на балет, потому что оперу вам пока слушать рановато. И нам всем невероятно повезло, потому что в нашем городе три дня гостролит театр «Балет Москвы». Билетов уже нигде нет.

— Полина Сергеевна, а что за балет? — с умным видом спросил Макаров, будто его это и в правду интересует.

— Это один из лучших русских балетов Петра Ильича Чайковского «Лебединое озеро».

Все печально замычали.

— А что вы так вздыхаете, Сухомлин? Вы уже видели этот балет?

— Никак нет, — Сухой сразу вскочил из-за парты. — Я не сторонник такого искусства, вон, лучше у Павловой спросите, у неё в жилах культурное времяпровождение, — невзначай пошутил он.

— Яна, это правда? Вы ходите в театр? — Полина Сергеевна перевела слегка изумленный взгляд на девушку.

Яна бросила досадный взгляд на Илью, а после следом встала из-за стола.

— Ходила раньше, — кратко ответила она.

— Правда? И какие же произведения вам больше всего понравились?

— Ну мне понравились «Ромео и Джульетта», «Сотворение мира», «Бахчисарайский фонтан», — пожала плечами Павлова.

— Очень хорошо, садись, — с улыбкой кивнула Альховская, после чего Яна села на место. — Балет Петра Ильича Чайковского «Лебединое озеро» — это визитная карточка русского балета. Это история об бесконечной любви и верности, о предательстве и искупление. Главный герой балета юный принц Зигфрид — сын богатых родителей. Он ведёт лёгкий и беззаботный образ жизни: развлекается с друзьями, но в один момент беззаботной жизни приходит конец. Родители хотят, чтоб принц сделал выбор. Выбрал себе спутницу на всю жизнь.

Весь взвод притих, внимательно слушая.

— Принц не готов к такому повороту в своей жизни, он не знает чего он хочет. И в отчаянии бежит на старое болото. И там на болоте он видит лебедей, которые превращаются в прекрасных девушек. В одной из них он встречает идеал, о котором он всегда мечтал — это принцесса Одетта.

— Во что одета? — прервал своим вопросом глубокую задумчивую тишину Перепечко.

По взводу прошёл смешок.

— Так зовут принцессу, — ни чуть не возмутилась Альховская. — Одетта.

— Это не интересно, — протянул Сухой. — Вот если бы она была б Раздетта.

— Тогда бы и парень по другому назывался, — подхватил Трофимов.

— Печка, блин, что ты влез вообще? — шикнул Максим. — Заткнитесь все. Продолжайте, Полина Сергеевна.

Это было странно и не похоже на него. Неужели Яна и вправду пропустила что-то очень важное за неделю отсутствия? И Макаров молчал как партизан...

Вечер. Казарма.

Казарме стоял шум. Разговоры, смех были слышны из коридора. Яна вошла в казарму. Суворовцы столпились в круг и хохотали с чего-то.

— Что тут у вас? — Павлова протиснулась в этот узкий круг, чтоб наконец узнать с чего хохочут остальные.

— Пам, так тут твой поклонник объявился, — гоготал Сухомлин. В его руках была обычная зелёная тетрадка на двенадцать листов.

— В смысле? — вскинула бровь та.

Она выдернула тетрадь из рук парня и сама начала листать. На каждой из страниц был стих. Почти в каждом стихе фигурировалось её имя. Она узнала эти стихи. Некоторые стихи на первых страницах она уже видела в открытках, которые она находила в тумбочке. Но она уже дня три не получала открытки со стихами. А это видимо был готовый черновик, стихи в котором всегда были на готовые для выписки.

— Колись, кто там твой Пушкин? — хмыкнул Синицын.

— Не знаю, — пожала плечами Яна, не отрывая взгляд от содержания тетради.

В казарму зашёл Трофимов.

— Трофим, ну где тебя носит? — сразу взвыл Сухой. — У нас тут такое.

— Какое? — скептически повёл бровью Трофим.

В ответ Максим лишь кивнул в сторону тетради в руках девушки. Максим больше не смеялся, лицо его стало каменным, пока все остальных стояли с веселыми ухмылками.

Саша выдернул тетрадь из рук Яны и сам пробежался по строчкам.

— Павлова, у тебя что бойфренд появился? — с саркастичной ухмылкой прокомментировал Трофимов.

— Как появится я тебе первым обязательно сообщу, — кинула светловолосая. — Дай сюда.

Она забрала тетрадь из его рук, а после вышла из казармы.

***

Яна бродила по коридорам, обдумывая, кто бы мог писать ей стихи в таком количестве. Теперь она точно не могла узнать кто это был. Оказывается за неделю отсутствия ребята показали на что способны, теперь Павлова и не представляла кто мог писать их. Мог каждый из них.

Проходя мимо умывальника она услышала громкие шорохи и шипение. Яна нахмурилась и заглянула внутрь.

— Вы что делаете! — шикнула девушка.

Возле умывальников сцепившись дрались Макаров и Трофимов. Яна полезла из разнимать, расталкивая обоих в разные стороны.

— Вы совсем что-ли?! Что вы сцепились.

— Ничего, — выпалил Макаров, отдёргивая задранные рукава рубашки.

— А если бы вас кто-то из офицеров увидел? — отрезала Павлова. — Приводите в порядок себя. Живо.

И вышла хлопнув дверью.

— Только попробуй ей об этом что-то ляпнуть, — кинул Максим, включая кран умывальника.

— Мне по твоему заняться не чем? — с призрением кинул Саша, следом открывая кран соседней раковины.

***

Взвод собрали на посторонние. Все стояли вытянувшись в струны и смотрели куда-то сквозь. Василюк ходил туда-сюда, сложив руки за спиной, а после наконец остановился.

— Макаров, Трофимов, два шага вперёд, — приказал Пал Палыч.

Парни не медля шагнули вперёд.

Майор молчал. Он оглядел обоих парней. У Максима была рассечена бровь, а у Саши был разбит нос.

— Где в это раз упали? — иронизировал мужчина.

— Дверь открывалось, ну и вот, — без труда придумал Макаров.

— А тебя Макаров, бабушка в автобусе локтем задела?

— Почему бабушка?..

— А я не знаю! — отрезал Василюк. — Что вы опять не поделили?

Повисло молчание.

— Макаров, — на выдохе строго сказал он.

— Я.

— Я снимаю тебя со звания Вице-сержанта взвода, — как приговор прозвучал Пал Палыч.

Яна перевела взгляд на Максима. На его лице не отражалось абсолютно ничего. Тишина начинала давить на голову.

— Павлова, — снова заговорил майор.

— Я, — она сделала шаг вперёд вытягиваясь в струну ещё сильнее.

— Назначаю вас заместителем взвода на место Макарова, — приказал Василюк. — Надеюсь в этот раз я не ошибусь в выборе.

Ноги стали ватными. Так показательно назначить её на место Максима? Это было очень грубо.

— Но... товарищ майор, я не справлюсь этой должностью, — собравшись ровным голосом ответила Яна.

— Ничего не хочу слышать, — отрезал он. — Разойдись.

И ушел вон по коридору.

Яна стояла, будто вросла в пол.

— Максим, я... — хотела было что-нибудь сказать девушка, но Макаров её перебил.

— Всё нормально, — на его лице была мелкая улыбка. Он мягко сжал её плечо, а после не дожидаясь ответа пошёл следом за всем взводом. — Поздравляю.

Яна чувствовала себя ужасно. Будто отобрала что-то важное, то что совсем не принадлежит ей.

— Поздравляю, — кинул Трофимов, перед тем как скрыться следом.

Продолжение следует...
Рада комментариям, звёздочкам.
Тгк: Lummpp