Вынужденный брак, настоящая любовь / Пэйтон

Дома меня ждал сюрприз. Мою комнату - ту, где я пряталась последние дни - переставили. Кровать исчезла, на её месте стоял письменный стол и какие-то коробки.

Я замерла в дверях.

-Где моя кровать?

Пэйтон стоял позади, слишком близко. Я чувствовала его дыхание на своей шее.

П: Твоя кровать теперь в нашей спальне.

Я резко развернулась. В груди всё кипело.

Нет. Я спать с тобой не буду.

П: Будешь. Ты моя жена.

-На бумаге.

Он шагнул вперёд, а я назад и упёрлась в дверной косяк.

П: И в жизни тоже, - сказал он тихо, почти ласково. - Привыкай, Т/И.

Он взял меня за руку и повёл в свою спальню — огромную, тёмную, с кроватью, на которой могло поместиться четыре человека. Посередине лежали две подушки и новое одеяло.

П: Можешь лечь с краю, - усмехнулся Пэйтон. - Я не кусаюсь. Если не попросишь.

-Пошёл ты.

Он лишь усмехнулся и ушёл в душ, оставив меня одну в его комнате.

Я переоделась , умылась и легла на самый край, отвернулась к стене и закрыла глаза. Сердце колотилось где-то в горле.

Вечер тянулся медленно. Пэйтон вышел из душа с полотенцем на бёдрах, переоделся в штаны и футболку, лёг рядом. Я чувствовала его тепло через одеяло. Слышала дыхание.

П: Т/И.

Я молчала, делая вид, что сплю.

П: Я знаю, что ты не спишь.

Я сжалась. Потому что он повернулся ко мне, и его рука легла мне на талию.

-Отпусти.

П: Не хочу.

Его пальцы скользнули под край футболки, коснулись голой кожи. Я дёрнулась, но он прижал меня крепче.

-Прекрати, Пэйтон. Я серьёзно.

П: И я серьёзно. Ты теперь моя.

Он потянул меня за бедро, разворачивая к себе. Я упёрлась ладонями ему в грудь, пытаясь оттолкнуть. Он был сильнее. Намного сильнее.

-Нет, - повторила я, и голос дрогнул.

П: Перестань, - его голос стал ниже. - Я хочу тебя. Ты хочешь меня. Даже после всего.

-Я не хочу!

Я забилась. Ударила его по рукам, по груди, один раз заехала по скуле. Он перехватил мои запястья и прижал их над головой одной рукой.

П: Хватит.

Я смотрела ему в глаза. В них горело что-то тёмное, дикое. И я испугалась. Настоящий, липкий, до дрожи страх. Он начал целовать меня в шею и лизать её.

-Пожалуйста, - прошептала я.- Пожалуйста, не надо.

Слеза скатилась по щеке. Потом ещё одна. Пэйтон замер. Я кажется даже видела, как что-то щёлкает у него в голове. Как пламя в глазах гаснет, сменяясь чем-то другим - растерянностью, злостью на себя и непониманием.

Он отпустил мои руки, но все еще лежал на мне. Я же лежала и тряслась.

-Уходи, - сказала я дрожащим голосом. - Уйди из комнаты. Пожалуйста.

Он сидел молча и долго. Потом встал, надел толстовку и вышел, даже не взглянув на меня. Дверь закрылась. Я осталась одна в его огромной постели. Кусала губы, чтобы не разреветься в голос, но слёзы всё равно текли.

Через полчаса в дверь постучали. Тихо.

П: Т/И, - голос Пэйтона был хриплым и каким-то... разбитым. - Я... прости.

Я молчала.

П: Я больше так не буду. Я дурак. Просто... - он замолчал, потом добавил совсем тихо: - Ты не представляешь как я тебя хочу. Но я больше не прикоснусь, пока ты сама не захочешь.

Я всхлипнула.

П: Спи. Я на диване внизу. Спокойной ночи.

Я слышала его шаги по лестнице. А потом - тишину.

Сквозь слёзы я не могла понять, почему мне стало его жалко. После всего. После угроз, после драки, после сегодняшнего.

Искра, наверное.

Самая дурацкая искра на свете.