Ты только живи
Я вышла прогуляться,решила вновь все обдумать. Дойдя до дома ребят,я остановилась.
Зайти? А может не надо? А может меня уже не ждут.
От моих мыслей меня вырвали ребята,которые выходили из дома,я быстро спряталась за
Ближайшее дерево и стала наблюдать.
Ребята смеялись, Бобби опять что о рассказывал,видимо шутил,а ребята сначала смотрели на него, а потом смеялись.
Приглядевшись я увидела Блейна,он стоял,курил. Вместе с Чейзом,они стояли подальше от ребят,что-то обсуждали,оглядывались,иногда у них прорывалась улыбка.
От которой становилось тепло,хотелось попасть к ним,но я не могла. Моя цель для ликвидации стоит прямо передо мной. Но я не могу сделать этого,я вижу только своего брата,но не как не цель.
На улице ребята простояли минут 10, а потом зашли,Блейн и чейз зашли позже. Пару раз их взгляд падал в мою сторону,но я успевала спрятаться.
Постояв немного у дома,я собиралась уже ходить,как вдруг из дома вышел Чейз и пошел в неизвестном направлении. Я последовала за ним,я старалась не выдать себя,я боялась за него,я не хотела убивать его.
Мы шли к тому самому мосту,где мы когда то с Блейном стояли и считали звезды.
Чейз встал на середине,смотрел в небо.
– Я знаю, ты рядом. Сестра.
Я хотела выбежать из укрытия,обнять его. Но я не могла...
Постояв еще немного он развернулся и собрался уходить. В конце леса его поджидала я.
Я решила его предупредить, а потом исчезнуть,
Сделать это так же,как в первый раз.
Я видела он шел,я резко вышла ему на встречу,он поднял свой взгляд,даже не удивился, он знал. Он знал что я здесь.
Я сняла капюшон.– Чейз твою мать,на тебя убийство заказали,ты что сделал?–я подошла как можно к нему ближе,я смотрела в глаза.
–калли, я знаю.–он ухмыльнулся, собрался что-то говорить, но я перебила его.
–отправили меня,не знаю почему. Уезжай от сюда,будь аккуратнее,я не смогу справиться с заданием,но это не значит что кто-то другой это не сделает.–я обняла Чейза,знаю ведь,вижу последний раз..–я люблю тебя Чейз,ты мне как старший брат,а теперь вот так вот выходит,что ты сделал, кому дорогу перешел идиот?..
–я...–я не дала ему договорить.я просто отстранилась,я начала шагать назад,я была в слезах.
– Чейз,будь аккуратнее. И ребятам передай,они все хорошие,вы стали мне как семья. А Блейн,Блейна я люблю,хоть сразу и не поняла. Пожалуйста,будь аккуратнее.–я отступала с каждым шагом,Чейз стоял на месте. Я развернулась и пошла быстрым шагом,а позже уже и бежала. Я ревела,слезы лили по моим щекам.
Я вбежала в дом,начала упаковывать вещи,которые толком и не разбирала.
Я сидела на диване со смятым листом Чейза,я ревела,ревела как никогда в жизни. Было плохо с мыслью что больше никогда не увижу ребят, Блейна и Чейза.
Я собиралась сделать это,я собиралась убить себя.
Я уже подставила пушку к голове,зажмурила глаза,и практически нажала на курок,как вдруг в дом вбежали.
Моя рука ослабла,была на уровне живота.
Я увидела Чейза и Блейна,обоих запаханных,бледных.будто бы смерть увидели.
Они хотели подойди,но я задела пальцем курок, и выстрелила себе в живот.
Я упала на колени. Выстрел прозвучал громче, чем я ожидала. Сначала был просто толчок — резкий, горячий, выбивший воздух из лёгких. А потом пришла боль. Растекающаяся, жгучая, заливающая всё внутри.
— КАЛЛИСТА! — крик Чейза разрезал воздух.
Пушка выпала из моей руки и покатилась по полу. Я попыталась поднять голову, но тело не слушалось. Перед глазами плыло. Я видела, как они бегут ко мне — оба, Чейз и Блейн. Бледные, перепуганные, с лицами, которые я не забуду, даже если выживу. Хотя нет. Я не хотела выживать.
— Нет-нет-нет, — бормотал Чейз, падая рядом на колени. Его руки прижались к моему животу, пытаясь остановить кровь. Горячую. Слишком много крови. — Блейн, звони! Вызывай скорую!
Но Блейн уже был на коленях с другой стороны. Он не звонил. Он смотрел на меня. В его глазах — то, чего я никогда раньше не видела. Страх. Настоящий, животный, голый страх.
— Зачем, — выдохнул он. Не спросил. Просто выдохнул. — Зачем, Каллиста...
Я хотела ответить. Хотела сказать, что так лучше. Что я не могла убить Чейза, не могла вернуться, не могла больше быть оружием. Что я устала. Что я люблю его. Но из горла вырвался только влажный, булькающий звук.
— Не смей, — голос Чейза дрожал. Он давил на рану, но кровь всё равно текла сквозь его пальцы. — Не смей умирать, слышишь? Ты моя сестра! Я ждал тебя восемь месяцев! Ты не имеешь права!
— Я... не цель... — прошептала я. Слова давались с трудом. — Ты... не цель...
— Я знаю, — его голос сорвался на всхлип. — Я знаю, дура ты такая. Я знаю про заказ. Знал с самого начала.
Я моргнула. В ушах шумело. Боль становилась какой-то далёкой, будто не моей.
— Что?..
— Блейн, — Чейз посмотрел на него через меня. — Скажи ей. Она должна знать. Сейчас.
Блейн сжал мою холодную ладонь. Его рука дрожала.
— Заказ был мой, — сказал он тихо. — Я заказал Чейза. Не для того, чтобы его убили. Для того, чтобы тебя отправили сюда.
Я смотрела на него и не понимала. Мысли путались. Кровь уходила слишком быстро.
— Ты... что?
— Восемь месяцев, Каллиста, — он наклонился ближе. Глаза у него были красные. — Восемь месяцев я искал способ вытащить тебя. Твой главный перекрыл всё. Ты была в закрытом секторе, он держал тебя как страховку. Единственный способ заставить его выпустить тебя — дать ему цель. Дать ему задание, с которым никто, кроме тебя, не справится. И дать тебе шанс увидеть нас. Увидеть Чейза. Увидеть меня. Понять, что тебя ждут.
— Ты... использовал Чейза... как наживку?
— Я согласился, — быстро сказал Чейз. — Я сам согласился, Калли. Блейн пришёл ко мне через месяц после твоего исчезновения. Всё рассказал. Про вас. Про организацию. Про то, что тебя держат в клетке. Я сказал: делай что хочешь, но верни мою сестру.
— Мы ждали, когда ты созреешь, — продолжил Блейн. — Когда ты перестанешь быть их инструментом. Когда ты выберешь себя. Нас. Мы думали, у тебя есть месяц. Мы не знали, что ты решишь...
Он осёкся. Посмотрел на лужу крови подо мной.
— Я не могла убить его, — прошептала я. — Я не могла... и вернуться не могла... а так... вы свободны...
— Ты дура, — голос Блейна сломался окончательно. — Ты полная дура, Каллиста. Какая свобода без тебя?
Чейз уже рыдал в голос, не скрываясь. Его руки всё ещё прижимали рану, хотя толку уже было мало.
— Скорая едет, — сказал он сквозь слёзы. — Пожалуйста, сестрёнка, продержись. Ты сильная. Ты всегда была сильнее всех.
Я смотрела на них — на брата, который ждал меня восемь месяцев и согласился стать мишенью, лишь бы вернуть меня. На мужчину, который любил меня и придумал этот безумный план, потому что другого выхода не было. На людей, которые стали моей семьёй. Которых я чуть не бросила.
И вдруг мне захотелось жить.
Сильно. До жадности. До скрежета зубов.
— Блейн, — я сжала его руку из последних сил. — Если я выживу... обещай...
— Всё что угодно.
— Мы уедем. Все вместе, с ребятами. Куда-нибудь далеко. И ты больше никогда не будешь заказывать моего брата.
Он засмеялся сквозь слёзы. Коротко, сдавленно, но это был смех.
— Обещаю. Только живи.
Вдалеке завыла сирена. Ближе. Ещё ближе.
Чейз наклонился к моему уху и зашептал — то самое, что шептал в каждом письме:
— Возвращайся скорее. Мы тебя ждём. Всегда ждём.
Я закрыла глаза. Но на этот раз — не для того, чтобы уйти.
А для того, чтобы вернуться.