Игра в овертайме

Ганс

«Игра в овертайме для каждого»

-Вставай! Поднимай свою здоровую задницу! Ну! Ганс!

Сон прервался, сменившись темнотой закрытых век. Голову пронзила ноющая боль в районе висков и затылка. Гадство. Я не ощущал себя так с утра уже несколько лет, что за черт?

Неохотно я приоткрыл один глаз. Золотого цвета потолочные плинтуса, декоративный куст травы на белоснежной тумбе и большая женская грудь на весь размер картины со всеми анатомическими прилагающими. Я точно провёл ночь в одной из гостевых комнат Бампсона. Интересно, а матушку он тоже оставляет спать с такими артами? Хотя, при всем уважении, сейчас мне абсолютно наплевать на мисс Блейк. Куда больше мне интересно, что я вообще забыл тут и почему во рту отдает вкусом дерьма.

В сознании тут же стали всплывать отрывки вчерашнего вечера.

Осознание того, что мистер Бартон приходится Грейс отцом ударило по мне с силой бульдозера. Ещё никогда я не был так близок, чтобы сорваться с цепи спокойствия и не растерзать эмоциональной бурей этого заносчивого старика. Нет, Бартон ещё в самом расцвете сил, но другого слова я подобрать для него не могу. В голову лезут только синонимы к ублюдку, а я при всей своей неприязни к нему, не могу так отозваться о бывшем тренере. Все-таки это он учил меня правильно держать клюшку в руках и бить в девятку через матовый батон.

Превышая допустимую скорость на дорогах города, я гнал к дому Бампсона, чтобы оставить его машину и прыгнуть на свой «Сузуки». Бам ещё не спал и я вывалил на него порцию отборного дерьма, в котором оказался. Здоровяк залпом осушил жестянку с пивом, а мне сделал подгон щедрости в виде стакана яблочного сока. Вот после этого волшебного джуса череда воспоминаний прерывается. Видать, эта козлиная задница, которую я зову другом подлил мне виски. Это объясняет почему у меня так неприятно пульсирует в висках. Святое дерьмо. Я не пил уже пару-тройку лет.

-Ганс!

Точно, рядом со мной же стоит моя дорогая сестра, а я уж и забыл о ней.

-Доброе утро, Молли. – Протянул я стоном, переворачиваясь на другой бок и пытаясь игнорировать смертоносную сухость во рту.

-Ты издеваешься?! Вставай сказала!

Я резко распахнул глаза, когда кулак моей сестры въехал мне в плечо с силой гребаного супергероя. Пришлось даже выставить вперёд руку, чтобы избавить себя от падения с кровати.

-Да что, мать его, случилось?! – Спросил я, поворачиваясь в пол оборота так, чтобы увидеть её лицо.

Лучше бы я этого не делал, ей богу. Понятия не имею, что у неё стряслось, но вид у неё такой, будто она пробежала пятикилометровый марафон: грудь активно поднимается от сбитого дыхания, прядки волос выбились из небрежного пучка обрамляя раскрасневшееся лицо, а в руках она держит большую декоративную подушку. Даю сто баксов, что она сгорает от желания врезать мне.

Поёрзав в постели, я уселся на твёрдом матрасе. Лучи солнца нашли мои глаза, согревая и нервируя ещё больше своим ярким светом. Игнорируя боль в теле, я выпрямил руку пытаясь скрыться от них.

-Я просила тебя не светить свои отношения на весь мир?

-А-эм, нет?

Глаза начали блуждать по комнате в поисках бутылки воды, недопитого стаканчика с колой. Ну, черт возьми, хотя бы лейки для полива.

В этот момент Молли сконфужено сдула с лица волосы.

-Ну, может и не просила, но ты мог сам догадаться об этом! – Размах подушки и в ту же секунду она прилетает мне по ногам, - Начало сезона, самое время для сплетен, а ты! – Снова взмах подушки и теперь удар приходиться по плечу. Тело не до конца пробудилось от похмелья, поэтому руки некоординированно поднялась в знаке капитуляции.

-Что я?

-А ты во всю зажимаешься у всех на виду! Да ещё и с моей лучшей подругой! Ты хоть подумал во что это выльется для Грейс?!

По больной голове полетели удары подушкой и у меня не осталось даже миллисекунды, чтобы обдумать слова Молли. Мысли формировались и тут же их выбивала разъяренная гиена в обличие моей сестры.

Зажимаюсь? Грейс? Ну да, вчера мы целовались. Там даже секс был, но откуда Молли-то узнала об этом? Пираньи-журналисты уже не следят за каждым моим шагом после статьи от того парня из кустов. Внимание к моей персоне либо до игры, либо во время матча, либо возле арены, когда я иду к «Сузуки».

-Ты можешь нормально объяснить в чём проблема? – Спросил я, выхватывая подушку из рук сестры на очередном ударе. – Я не понимаю о чём ты.

-Не понимаешь? – Изумленно спросила Молл, прищуривая глаза. – Хорошо, я объясню.

Воспользовавшись моментом пока сестра залезла в свой телефон, начав что-то активно в нём писать, я подмял подушку под локти и запустил пальцы в волосы.

-Вот!

Перед глазами тут же возник экран телефона. Мне пришлось отодвинуть голову назад, чтобы сфокусировать взгляд на тексте, что написан там.

«Новоиспеченный нападающий Майями Пантерз-Ганс Хагген уже освоился в позабытом им родном городе и даже завёл себе серую мышку»

Я почувствовал, как у меня дрогнули губы искривляясь в обратном от улыбки направлении, когда я прочёл заголовок. Дрожащим пальцем я смахнул статью перед собой вверх. Глаза побежали по тексту, прищуриваясь сильнее от каждого прочитанного слова.

«Нет, наши дорогие, мы не говорим о ручном зверьке из зоомагазина. Мы имеем ввиду новую девушку хоккеиста, а именно Грейс Бартон. Пара была замечена ночью, бесцеремонно наслаждающаяся друг другом прямо на улицах нашего прекрасного города. Что же... Поздравим Ганса с началом отношений или посочувствуем его хромающему вкусу на особ женского пола?»

Внизу к статье было прикреплено два фото. На первом снимке Грейс сидит на моем «Сузуки», и мы целуемся, а вот второе фото явно было сделано давно. С него Грейс смотрит на меня изумрудными глазами через стекло очков с красной оправой, светлые волосы аккуратно сплетены в две косички лежащие на её плечах, на щеках отчётливо видна россыпь веснушек, а зубы обнажает широкая улыбка.

Руки, лежавшие на подушке, сжали её края. Мне хотелось разорвать её представляя, что это тело автора, писавшего эту статью. Больно прикусив губу, я пустился в поток мыслей, терзавших моё сознание. Глаза опустились к натянутым карманам джинсов, но знакомого очертания круглой пачки конфет я в них не заметил.

-Теперь понимаешь, что я имела ввиду? – Бросила Молли, блокируя телефон и отправляя его в карман джинсового сарафана. – На-ка, ты же сейчас их ищешь? – Сестра кинула на подушку передо мной знакомую пачку «рондо» с арбузом, и я жадно закинул в рот несколько кругляшек.

Я не привык действовать на эмоциях-это полное дерьмо не сулящее ничего хорошего. Есть проблема, а значит нужно её разгребать, а не сидеть, сложа руки коря судьбу и проклиная то не знаю что.

-Да, теперь понимаю, - Отправив назад мельтешащие перед глазами волосы, я отбросил подушку и поднялся с дивана. Широким шагом я двинулся к шкафу. Мне нужна была футболка, а у Бама точно что-то припасено в каждом из шкафов. – Ты ей звонила? Как она? – Поинтересовался я, бегая глазами по полкам шкафа и потуже зажимая ремень на поясе. -Это же желтая пресса, конченные дураки, пишущие разный бред, черт возьми...

-Да, я созванивалась с Грейс около часа назад. Ревет, что ещё ей делать?

-Час назад и ты разбудила меня только сейчас? – Вспыхнул я, ныряя в ворот какой-то чёрной футболки.

-Ай-яй, кто проснулся? Ганс! Я тебя будила сорок минут! И, кстати, это статья не жёлтой прессы. Источником так-то «прохоккей» является.

-Прошки? – Я высунулся из-за двери шкафа, сводя брови на переносице. – Они же никогда не писали чуши, что за бред? Хотя, подожди, может это и хорошо.

-Что хорошего, Ганс?! Вечером вылет в Нью и желательно бы разобраться со всем, но это как будто бы невозможно.

Не обращая внимание на реплику сестры я захватил из шкафа свежие носки. Сев на край кровати я положил одну ногу на другую начав их менять, попутно выбирая номер из своих контактов в телефоне.

-Ей звонишь? – Кивнула Молл на лежащий рядом со мной телефон.

Не успел я ответить сестре, как в трубке раздался знакомый женский голос. Убрав громкую связь, я прижал телефон плечом к уху, продолжая стягивать носок с правой ноги.

-Привет, Микаэлла. Ну да, в общем-то из-за неё. Ага. Да. Я понял. Придурок, этому ублюдку лучше не попадаться мне на глаза. Так, а... А, всё, понял. Замечательно, Микки. С меня всё, что попросишь. Хах, ну победу не обещаю, но огромный букет пионов и коробку конфет гарантирую. И слушай, скинь мне пожалуйста имя отправителя фоток. Всё, договорились, до встречи. – Отвечал я в трубку своей подруге Микаэлле в то время, как Молли уже заинтересованно присела рядом со мной, подперев кулаком голову.

Микки-это главный директор редакции «Прохоккей» и по совместительству моя давняя подруга, которая в мои лучшие годы строчила про меня ненавистные статьи пока однажды я не помог ей отбиться от её бывшего. Душевный разговор, вечер в окружении ряда шотов, и мы стали вполне неплохими друзьями.

Она поведала мне историю о том, как новоиспеченный сотрудник редакции каким-то образом пробрался в кабинет главного редактора и опубликовал эту дурацкую статью про нас с Грейс. Сотрудника уже уволили, не дав доработать испытательный срок и выставили штраф, но мне от этого, честно говоря, не легче. Дай одной паршивой статье вылиться в интернет, как слетятся другие редакции и подхватят новость. Ну, корень проблемы уже устранен-это немного облегчает ситуацию.

-Статья пропала с сайта, - Молли изумленно смотрела в экран своего телефона. – Ганс, как? Ты знаешь кого-то в «прошке»?

К этому моменту я уже обулся в свои нью белансы.

-Ага, его директора. – Спешно ответил я, подхватывая с тумбы ключи от «Сузуки» и пряча телефон в задний карман. Взгляд зацепился за висевшую на стене клубную кепку, и я без раздумий надел её козырьком назад.

-Но каким образом? Давно? А я почему не знала?

-Давай потом, Молл, вот не время сейчас, правда.

Сестра следовала за мной по винтовой лестнице ведущей на первый этаж.

-Куда ты сейчас?

-К Грейс.

Я бросил взгляд на наручные часы. Без двадцати девять, самое время для утреннего визита.

Стоп

-А ты какого чёрта тут делаешь в такую рань? – Я остановился и обернулся на Молли так резко, что та налетела на мою грудь и мне пришлось схватиться за перилла, чтобы мы не полетели вниз. – Точнее, что ты делаешь в такое время в доме Бампсона?

-Я... Я вообще-то приехала рано утром, чтобы обсудить с ним план публикаций в аккаунт на время выезда в Нью-Йорк. – Молли пошатнулась, восстанавливая равновесие и скрестила руки на груди. Черт и вот как мне узнать, что она не лжет? Под ней даже детектор лжи задымится от неопределенности.

-Тебе не кажется, что капитану команды плевать со статуи свободы на то, что публикуется в соц сетях клуба?

-Бампсон вообще-то печётся о репутации каждого игрока и ему важно, чтобы все были задействованы в медийной жизни.

Я прищурился, глядя в темно-карие глаза сестры. Наша общая особенность.

-Ай, будем считать поверил.

Я уже собирался толкнуть входную дверь, как в пол оборота посмотрел на сестру.

-Ты же будешь заезжать к маме?

-Конечно, - Только я открыл рот, как Молл продолжила: - Я передам, что ты её любишь и куплю от тебя букет, не волнуйся и спокойно со всем разбирайся.

-Спасибо.

***

Оставив «Сузуки» за машиной Бартона, я не мог отделаться от странного чувства внутри. С одной стороны, я очень хотел встретиться с Грейс и сказать, что эта статья-полная чушь, а того, кто её написал я отделаю так, что понадобится челюстно-лицевой хирург, чтобы личико снова напоминало человеческое. С другой стороны в доме сейчас мистер Бартон, а ещё утром в мои планы не входило портить себе день любуясь его физиономией. Делать этого я не собирался как минимум до прилета из Нью-Йорка.

Плевать

Я занес кулак над входной дверью и постучал. Минуту я перекатывался с пяток на носки глубоко глотая воздух, пока дверь не распахнулась. Как только это произошло я отступил назад. Мне в щеку прилетел твёрдый кулак Бартона, а из глубины дома послышался взвизг Грейс.

-Сопляк! – Не унимался Бартон, надвигаясь на меня. Смахивая тыльной стороной ладони кровь, сочащуюся из разбитой губы, я не отступал. – Она единственное, что у меня есть, а ты! Ты снова все изгадил! – Вспыхнул Бартон и вновь занёс покрасневший кулак для удара.

Я сжал его в своей ладони, когда тот был на пол пути к моему лицу.

-Снова? Вам следует следить за своим языком. – Прошипел я, сдерживая кулак Бартона. Силы у него всё ещё было достаточно, чтобы тягаться со мной.

Из дверного проёма выбежала Грейс, хватая отца за свободную руку.

-Остановись! Хватит, папа! Прекрати!

-Не лезь! – Бартон расслабил руку и сделал резкий выпад назад, запустив пальцы в редкую шевелюру на голове. – Зачем? Ну, вот почему тебе не сиделось в своём Лос-Анджелесе? Жопу сжало место капитана? Зачем ты вернулся сюда?!

-При всем уважении, это не ваше дело, ясно? – Отгрызнулся я, потирая раскрасневшуюся ладонь. Языком я провел по уголку губы, чтобы убрать кровь.

-Уважении? – Руки свободно упали вдоль тела Бартона. – О каком уважении идёт речь, Хагген, а? Ты спер у меня тогда клюшку и не признался, а я всего-то хотел честности! Я не терплю крыс в коллективе, а ты солгал! Твою мать, у тебя был талант, и я говорил тебе об этом! Да я бы сам купил тебе новую клюшку, нужно было всего-то сказать грёбаную правду! – Заорал Бартон так, что капли слюны видимо полетели в стороны. – А ТЫ! ПРОСТО! СОВРАЛ! – Его указательный палец нарисовал полу-дуги в воздухе.

-Я говорил вам это тогда и скажу это сейчас-я вам не лгу. Клюшку мне вынесла девочка...

-А на следующий день, после того как я тебя вышвырнул из школы ты вернул клюшку этой девочке обратно. Мою клюшку какой-то девочке обратно, да? Я читал твое смс об этом. Так, где она? Где? Я не вижу, Ганс!

Грейс все это время стоящая в двух шагах от нас кинула взгляд на отца, потом широко распахнутыми глазами посмотрела на меня. Словно рассчитав что-то она бросилась в дом.

-Всё, Ганс, хватит! Давай закроем эту тему раз и навсегда. Ты её взял и...

-Я её не брал. – Упрямо повторил я сквозь зубы.

Мы посмотрели друг на друга прищуренными глазами, пока нас не отвлек голос Грейс.

-Пап... Ганс... - Она виновато держала глаза опущенными в землю, - Я не знаю о чем вы говорите, но... вот... - Попятившись она достала из-за спины клюшку.

Дыхание замерло. Грудь сдавило от множества чувств: ностальгия, боль, обида, радость. Я не знал какому чувству отдаться, да и что вообще нужно чувствовать в этот момент. Я медленно перевел взгляд с этой треклятой клюшки на Грейс.

Я предпринял попытку что-то сказать, но слова застряли в горле. Я почувствовал, как больно стало мышцам лица. Губы сжались так, что мне пришлось их прикусить.

-Я не ошибся, - Каждое слово давалось мне с трудом, преодолевая нарастающую боль в горле от подступающих слёз, -Это была ты тогда, много лет назад. И твоя фраза, в первую ночь, когда я подвёз тебя...

-Славное случилось приключение все-таки... - Тихо проговорила Грейс, глядя на меня стеклянными глазами, но так, что я услышал.

Мистер Бартон смотрел то на меня, то на Грейс исподлобья. Он тоже все понял. Понял, что многие годы зря считал меня лжецом. Мы молча стояли не в силах сказать ни слова. Понимая то, что Санрайз играет в овертайме с каждым из нас. Давая дополнительное время на прощение, понимание и любовь.