возвращение
Лето промелькнуло, как одно мгновение, растворившись в аромате дыма из камина и сухой листве, что шуршала под ногами в саду. Т/и стояла посреди своей комнаты в доме Снейпа, разглядывая раскрытый чемодан, куда ровными стопками ложились мантии и учебники. На кровати, среди вороха черного кружева и бархата, свернулся клубком маленький черный котенок - бесшумный, словно тень, с глазами цвета расплавленного янтаря. Он смотрел на хозяйку с ленивым превосходством, изредка вздрагивая кончиком хвоста.
Т/и поправила выбившийся локон, бросив взгляд в высокое трюмо. За эти три месяца она изменилась. Исчезла угловатая неловкость подростка, уступив место осанке и уверенности. Тонкие пальцы с аккуратным маникюром ловко застегнули браслет, а от духов, которые она купила в Косом переулке, пахло горьковатым ирисом и сандалом. Она стала выглядеть так, словно весь мир принадлежал ей.
Отец, Северус Снейп, прошел мимо открытой двери с чашкой в руке. Он не сказал ни слова, лишь мельком взглянул на дочь долгим, читающим взглядом. Т/и знала: он одобряет. Снейпы не тратят слов на похвалу.
- Не забудь клетку для кота, - бросил он на ходу, и звук его шагов стих в коридоре.
Т/и фыркнула, подхватила котенка и поцеловала его в черную бархатистую макушку. Она скучала по Хогвартсу. По мерцающему залу Слизерина, по тайным ходам и тишине библиотеки. Но только не по нему. Не по Драко.
Это лето стало водоразделом. Раньше она краснела от его колкостей, сжимала кулаки под партой, мечтая стереть с его бледного аристократического лица эту вечную ухмылку. Но теперь Т/и улыбнулась своему отражению. Она выросла. И все игры остались в прошлом.
Прибытие в Хогвартс было оглушительным. Когти котенка впились в её плечо, когда она ступила на каменный пол вокзала, пропитанный паром и шумом. Она вошла в Большой зал с высоко поднятой головой, и взгляды многих скрестились на ней. Кто-то шептался, кто-то застывал с вилкой на полпути. Т/и была не просто старостой - теперь она была той, с кем следовало считаться.
Драко Малфой сидел за слизеринским столом. Увидев её, он на мгновение замер, а затем его губы привычно скривились.
- Я смотрю, мода на ежей наконец-то сошла на нет, - процедил он, окидывая её взглядом. - Неужели грязная кровь научилась прихорашиваться?
Котенок на её плече зашипел. Тишина накрыла угол стола. Пэнси Паркинсон сдавленно хихикнула, но тут же умолкла.
Т/и не села. Она медленно подошла к Драко, уперев руки в стол, и наклонилась так близко, что он почувствовал запах ириса.
- Знаешь, Драко, - её голос был тих, но резал, как клинок, - я поняла одну вещь. Чистота крови решает ровно то, насколько заносчивым вырастает неудачник. А вот то, насколько долго он потом сможет стоять, решаю я.
Она выпрямилась, перевела взгляд на Пэнси - та побледнела - и, не оборачиваясь, села на своё место. По столу пробежал ропот.
Вечером, в гостиной Слизерина, когда изумрудные отсветы камина плясали на лицах, Драко нашёл её. Он стоял в дверях, и Т/и показалось, что в его взгляде мелькнуло что-то странное - не раздражение, даже не злость. Скорее, любопытство загонщика, который нашёл, наконец, достойного противника.
- Сегодня тебе повезло, - бросил он, но в голосе не было прежней стали. - Но в Хогвартсе бывают и тёмные коридоры.
Т/и подняла котенка выше, погладила его, чувствуя, как от зверька исходит сухое тепло.
- Я их люблю, - ответила она тихо. - Темнота скрывает только трусов.
Драко не нашёлся с ответом. Он просто развернулся и ушёл, а котенок в руках Т/и довольно замурлыкал. Этот год обещал быть интересным. Она чувствовала это каждой клеткой, каждым взбитым локоном и отточенным ноготком. Хогвартс ждал свою новую королеву.