Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 16. То, что не исчезает
наконец наступило затишье.
Не идеальное.
Но честное.
Аня стала мягче.
Осторожнее в словах.
Чаще писала первой.
И Кира впервые за долгое время позволила себе выдохнуть.
Они снова начали гулять.
Без напряжения.
Без скрытых упрёков в каждом взгляде.
Иногда просто сидели вместе и молчали, и это молчание снова стало тёплым.
Как раньше.
Почти.
— Я скучала по этому, — сказала однажды Аня, когда они шли по вечерней улице.
Кира посмотрела на неё.
— По чему?
Аня чуть улыбнулась.
— По нам нормальным.
Кира кивнула.
И решила не думать слишком глубоко.
Но потом снова появилась Оля.
Сначала Кира даже не сразу заметила.
Просто Аня стала чаще отвечать «я с Олей».
Потом появились короткие упоминания:
— Оля подвезла.
— Оля помогла.
— Мы с Олей зашли после работы.
И каждый раз это звучало всё привычнее.
Слишком привычно.
Кира не устраивала сцен.
Сначала.
Она просто слушала.
Смотрела.
Сравнивала.
И молчала.
Но внутри становилось тяжелее.
С каждым днём.
Аня всё так же писала ей «люблю».
Встречалась.
Обнимала.
Смеялась рядом.
Но между этими моментами всё чаще вставало имя другой.
И Кира начала замечать детали.
Как Аня оживляется, когда приходит сообщение от Оли.
Как задерживает взгляд на телефоне чуть дольше.
Как улыбается не так, как раньше улыбалась Кире одной.
Однажды вечером Кира не выдержала.
— Ты всё ещё думаешь о ней? — спросила она тихо.
Аня сразу подняла взгляд.
— О ком?
— Об Оле.
Аня вздохнула.
— Кира…
— Просто ответь.
Пауза.
Длинная.
Тяжёлая.
— Нет, — сказала Аня наконец.
Но прозвучало это слишком быстро.
Слишком защищающе.
Кира кивнула.
Но не поверила.
И всё же пыталась держаться.
Пока одна ночь не сломала остатки спокойствия.
Они снова начали выяснять отношения поздно вечером.
Переписка быстро превратилась в разговор на повышенных тонах.
Потом — в звонок.
— Я не понимаю, что ты от меня хочешь, — голос Ани дрожал от усталости. — Я же с тобой.
— Ты физически со мной, — тихо ответила Кира. — Но мыслями ты всё время где-то ещё.
Пауза.
— Это не так, — резко сказала Аня.
— Тогда почему ты постоянно с ней?
И в этот момент в трубке повисла тишина.
Не обычная.
А та, в которой что-то ломается.
— Потому что она меня понимает, — тихо сказала Аня.
Кира замерла.
— Что?
Аня выдохнула.
Будто больше не могла держать это внутри.
— Я с ней была ближе, чем с кем-либо до тебя, — сказала она уже тише. — И я думала, что это прошло… но, кажется, нет.
Кира не сразу поняла смысл.
Слова складывались медленно.
Тяжело.
— Ты сейчас о чём говоришь? — голос Киры стал почти шёпотом.
Аня долго молчала.
— Я всё ещё… люблю её, — наконец сказала она.
Тишина.
Настолько сильная, что даже дыхание стало слышнее.
Кира закрыла глаза.
И на секунду мир будто перестал быть реальным.
— И ты мне это говоришь сейчас? — тихо спросила она.
Аня не ответила сразу.
— Я сама не знала до конца, — сказала она. — Я пыталась это игнорировать. Правда. Но это есть.
Кира молчала.
Не потому что нечего было сказать.
А потому что слишком много всего одновременно рушилось внутри.
— Тогда зачем ты со мной? — наконец спросила она.
Аня долго молчала.
Слишком долго.
— Потому что с тобой… тоже по-своему правильно, — тихо сказала она.
И это «по-своему» прозвучало как самое болезненное слово за всю их историю.
Кира опустилась на край кровати, не отключая звонок.
— Я не хочу быть “по-своему”, Аня, — сказала она спокойно. — Я хочу быть полностью.
Аня молчала.
И впервые не нашла ответа.
Эта ночь разделила их на «до» и «после».
Не сразу.
Но уже окончательно внутри.
И Кира поняла:
иногда человек может любить не одного.
Но жить с этим — могут не все.
Комментарии