Любовь Адидаса и Истерички

От лица Тани

Проснулась я ближе к обеду.

Сонно потянулась, перевернулась на другой бок и несколько секунд просто лежала под тёплым одеялом.

В квартире было тихо.

Даже непривычно.

Вчерашние гости, разговоры и смех остались где-то позади.

А сейчас меня волновал только один вопрос.

Есть ли что-нибудь поесть?

С тяжёлым вздохом я поднялась с кровати и направилась на кухню.

Открыла холодильник.

Потом шкафчики.

Потом снова холодильник.

Еды оказалось столько, будто я собиралась кормить целый подъезд.

Оливье.

Крабовый салат.

Курица.

Котлеты.

Мясо по-французски.

Даже кусок торта остался.

- Красота...

Пробормотала я.

И тут же нахмурилась.

Хлеба не было.

Вообще.

Ни кусочка.

- Ну замечательно.

Как говорится, хлеб всему голова.

Пришлось собираться.

Я надела свой синий спортивный костюм «Адидас».

Сверху накинула шубку.

А голову обмотала винно-красным народным платком.

Посмотрела в зеркало.

Сойдёт.

Взяла деньги и вышла из квартиры.

На улице было морозно.

Я сунула руки в карманы и уже собиралась идти к магазину, как вдруг нащупала что-то знакомое.

Пачка сигарет.

Тех самых.

С шоколадным запахом.

- А я про вас и забыла...

Усмехнулась я.

Достала одну сигарету.

Закурила.

Медленно выдохнула дым в морозный воздух.

И направилась к ларьку.

Через несколько минут я толкнула дверь и вошла внутрь.

И тут же застыла.

У кассы стоял Вова.

—Ёп твою блять.

Подумала Таня.

Он как раз расплачивался за покупку.

У меня внутри всё моментально перевернулось.

На секунду захотелось просто развернуться и выйти.

Тихо.

Незаметно.

Пока он меня не увидел.

Я даже сделала шаг назад.

Но судьба, как обычно, решила иначе.

- Танечка!

Громко воскликнула продавщица.

Я мысленно застонала.

Вот и всё.

План побега провалился.

Теперь уходить было бы совсем глупо.

Пришлось подойти к прилавку.

На лице появилась вежливая улыбка.

Будто ничего особенного не происходит.

Будто рядом вообще никого нет.

- Здравствуйте.

- И тебе здравствуй.

Обрадовалась продавщица.

- Давненько тебя не видно.

- Дел много было.

Ответила я.

- Что тебе?

- Одну буханку хлеба.

Я достала деньги.

- И пачку сигарет с шоколадом.

- Сейчас.

Женщина полезла за товаром.

А я упорно смотрела куда угодно.

На витрины.

На полки.

На кассу.

Только не в сторону Вовы.

Будто его здесь не существовало.

Будто это был самый обычный день.

Но ощущение чужого взгляда чувствовалось почти физически.

Вова смотрел на меня.

Не отрываясь.

Я это прекрасно понимала.

И от этого становилось ещё более неловко.

Продавщица положила хлеб на прилавок.

Следом сигареты.

- Держи.

- Спасибо.

Я быстро расплатилась.

Взяла покупки.

И уже собиралась уходить.

Но почему-то именно в этот момент поняла одну простую вещь.

Сделать вид, что мы незнакомы, уже не получится.

Слишком поздно.

Слишком много всего осталось между нами.

И от этой мысли внутри стало как-то тревожно.

Таня вылетела из ларька так быстро, будто за ней гнались.

Она крепко сжимала буханку хлеба и пакет с покупками, стараясь не думать ни о чём.

Не думать о том, кого только что увидела.

Не думать о прошлом.

Не думать о том, почему сердце вдруг забилось так сильно.

- Тань!

Голос за спиной заставил её резко остановиться.

Она зажмурилась.

Только не это.

Только не сейчас.

Шаги быстро приближались.

Через несколько секунд рядом оказался Вова.

В ларьке продавщица проводила их взглядом и хмыкнула:

- Во молодёжь даёт...

После чего скрылась в подсобке.

На улице было холодно.

Снег падал крупными хлопьями.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

- Значит, ты всё это время была здесь.

Первым заговорил Вова.

- А ты всё это время не мог оставить меня в покое.

Отрезала Таня.

- Я тебя искал.

- Не надо.

Она подняла руку.

- Даже не начинай.

- Таня...

- Нет.

Голос её стал жёстче.

- Не смей.

Вова нахмурился.

- Я просто хочу поговорить.

- А я не хочу.

- Хотя бы выслушай меня.

Таня невесело рассмеялась.

- Выслушать тебя?

Она посмотрела ему прямо в глаза.

- Серьёзно?

- Да.

- А ты меня тогда выслушал?

Вова замолчал.

- Когда я плакала?

- ...

- Когда я униженная ушла оттуда?

- Таня...

- Когда я собирала вещи и уезжала из города?

Каждый вопрос звучал всё громче предыдущего.

Вова отвёл взгляд.

- Я виноват.

- Да что ты говоришь.

Язвительно бросила она.

- Сам догадался?

- Я знаю, что виноват.

- Нет.

Таня покачала головой.

- Ты даже близко не понимаешь, насколько.

Вова шагнул ближе.

- Тогда объясни.

- Объяснить?

Она горько усмехнулась.

- Хорошо.

Объясню.

Её глаза блестели от слёз.

Но голос оставался твёрдым.

- После того вечера я не могла нормально спать.

Я не могла есть.

Я не могла смотреть людям в глаза.

Потому что чувствовала себя полной дурой.

Вова молчал.

- А знаешь, что самое смешное?

Продолжила она.

- Я ещё долго искала тебе оправдания.

Думала, что это случайность.

Что есть какое-то объяснение.

Что ты сейчас придёшь и всё объяснишь.

Но ты не пришёл.

Каждое слово било сильнее пощёчины.

- Таня...

- Замолчи!

Резко выкрикнула она.

Проходящая мимо женщина даже обернулась.

Но Таня уже не обращала внимания ни на кого.

- Ты не имеешь права произносить моё имя так, будто ничего не произошло!

Вова сжал челюсти.

- Я приехал не за этим.

- А зачем?

- Потому что не мог забыть тебя.

Таня замерла.

На секунду.

Только на одну секунду.

А потом её лицо стало ещё холоднее.

- Поздно.

- Я серьёзно.

- Поздно!

Повторила она громче.

- Понимаешь? Поздно!

По щекам покатились слёзы.

- Я собирала себя по кускам.

Сама.

Без тебя.

Без вашей качалки.

Без всех вас.

Она ткнула пальцем ему в грудь.

- И когда мне наконец стало легче, ты опять появился.

Вова смотрел на неё и ничего не говорил.

Будто понимал, что заслужил каждое слово.

- Что ты от меня хочешь?

Спросила Таня.

- Не знаю.

Честно ответил он.

- Хотел увидеть тебя.

- Увидел?

- Да.

- Тогда всё.

Она попыталась пройти мимо.

Но Вова осторожно взял её за локоть.

- Подожди.

Таня резко вырвала руку.

- Не трогай меня.

- Тань...

- Не трогай!

Слёзы уже текли свободно.

- Ты потерял это право!

И прежде чем он успел что-то ответить, её ладонь резко ударила его по щеке.

Звонкий хлопок разнёсся по двору.

Вова даже не шелохнулся.

Только медленно повернул голову обратно.

На щеке остался красный след.

Таня тяжело дышала.

Внутри всё дрожало.

От злости.

От боли.

От обиды.

- Ненавижу тебя.

Произнесла она дрожащим голосом.

Но сама понимала, что всё намного сложнее.

Именно поэтому было так больно.

Она резко отвернулась и быстрым шагом пошла к дому.

Потом почти побежала.

Не желая больше видеть его.

Не желая слышать его голос.

Не желая снова переживать всё это.

А Вова остался стоять посреди двора.

Один.

Под падающим снегом.

Не пытаясь догнать её.

Потому что впервые за долгое время понял одну простую вещь:

некоторые раны не исчезают только потому, что ты сказал «прости».