Тонкие стены.

В кафе было шумно, но не слишком — ровно настолько, чтобы разговоры за соседними столами сливались в фон, а их компания всё равно ощущалась отдельно.

Юна сразу выбрала место и, не раздумывая, села так, как ей было удобно — напротив Т/и и Сокджин. Чонгук сел рядом с Юной, лениво отодвинув стул, будто это вообще не его инициатива, но и не проблема.

Получилась странная схема: Юна и Чонгук напротив Т/и и Сокджина. Т/и это заметила сразу и закатила глаза, но ничего не сказала.

— Так удобнее общаться, — радостно заявила Юна, будто объяснила гениальную идею.

— Удобнее кому, — пробормотала Т/и себе под нос.

Сокджин это услышал, но просто слегка усмехнулся, не вмешиваясь. Чонгук тоже усмехнулся — коротко, почти лениво, как будто ему уже заранее всё здесь понятно.

Юна начала говорить первой, быстро переключаясь между темами, смеясь, задавая вопросы всем подряд. Сокджин отвечал спокойно, ровно, без лишних эмоций. Иногда переводил взгляд на Т/и, но не задерживал его.

Т/и почти не участвовала, только изредка бросала короткие ответы, больше наблюдая. И именно в этот момент началось то, что никто из троих не озвучил вслух.

Под столом. Сначала — лёгкое касание.

Чонгук чуть задел её ногу носком ботинка, будто случайно.

Т/и даже не посмотрела сразу. Подождала пару секунд, потом медленно, без резких движений, вернула удар обратно — точно в ту же точку.

Чонгук не дёрнулся. Только на долю секунды поднял взгляд на неё. Она в ответ сделала вид, что слушает Юну, и чуть приподняла уголок губ — язвительно, почти незаметно.

Он ответил тем же выражением. Спокойным. Слишком уверенным.

И снова — лёгкое движение ногой.

На этот раз чуть сильнее.

Т/и слегка прищурилась, наклонилась вперёд, как будто поправляет салфетку, и снова ударила его по голени под столом — уже осознанно.

Чонгук тихо выдохнул носом, как будто это его даже развеселило, и не остался в долгу — его нога снова вернулась, но уже с чёткой, уверенной силой, без "случайностей".

Их разговор шёл полностью отдельно от остальных.

Без слов.

Только паузы между движениями.

Иногда они одновременно делали вид, что ничего не происходит, и именно в эти моменты их лица становились почти одинаковыми — спокойные, чуть раздражённые, с той самой тонкой, опасной усмешкой, которую никто кроме них не считал нормальной.

Юна что-то рассказывала, смеялась, наклонялась к Чонгуку, задавала вопросы.

Сокджин слушал, иногда переводил взгляд с одного на другого, всё чаще задерживаясь на том, как они сидят слишком спокойно для людей, которые явно ведут какую-то свою войну.

Чонгук снова задел её ногу.

Т/и ответила сразу, без паузы.

Чуть сильнее, чем раньше.

Он не отреагировал внешне, только чуть опустил взгляд вниз и медленно посмотрел на неё.

Она в ответ спокойно отпила напиток, даже не моргнув.

Секунда тишины между ними была почти незаметной, но плотной, как натянутая резинка.

Сокджин наконец тихо усмехнулся, глядя в стол.

— Вы всегда так общаетесь? — спокойно спросил он, не поднимая голоса.

Т/и даже не повернулась.

— Нет.

Чонгук ответил одновременно:

— Да.

А под столом их война просто продолжалась дальше — ровная, молчаливая, с одинаково язвительными полуулыбками и слишком уверенными движениями, которые никто за столом не озвучивал вслух.