Одержимый

Марта

До дома я добралась без особых приключений.

Ну, если не считать того, что дождь решил окончательно добить мой и без того отвратительный день.

Промокла я буквально за считанные минуты. Причём настолько, что одежда прилипла к телу, волосы превратились в мокрые рыжие пряди, а вода стекала по спине тонкими холодными струйками, заставляя вздрагивать от каждого шага.

Ещё немного - и можно было бы смело утверждать, что я искупалась, не снимая одежды.

Я шла по обочине, стараясь прикрыть голову руками, хотя это совершенно не помогало. Вода барабанила по плечам, ресницы слипались, а кроссовки неприятно хлюпали при каждом шаге.

С моим тотальным невезением удивительно было уже само то, что мне вообще повезло поймать попутку.

Хотя... поймать - громко сказано.

Я даже руку толком не успела поднять.

Семейная пара, ехавшая мимо, сама притормозила возле меня. За рулём сидел мужчина лет пятидесяти, рядом - его жена. Оба выглядели совершенно обычно и, к моему огромному облегчению, абсолютно адекватными.

Не было ни настороженных взглядов, ни странных вопросов, ни попыток рассмотреть меня с ног до головы. Просто два человека, которым стало жалко промокшую девушку посреди ночной дороги.

Стекло со стороны пассажира опустилось.

- Девушка, вам куда? - спросила женщина.

Я назвала адрес, мысленно уже готовясь услышать, что им не по пути. Но женщина лишь кивнула.

- Садитесь, подвезём.

Я даже не стала изображать гордость и независимость.

- Спасибо. Огромное спасибо.

Я быстро открыла заднюю дверь и забралась внутрь, стараясь не залить водой всё сиденье.

Пожалуй, впервые за сегодняшний день судьба решила надо мной не издеваться.

Я закрыла дверь и на несколько секунд просто замерла, прижавшись спиной к сиденью.

Тепло. Сухо. Безопасно. Ну... почти.

Пока машина ехала, супруги несколько раз пытались завести со мной разговор.

- Сильно промокли, - заметил мужчина, бросив на меня взгляд в зеркало заднего вида.

- Есть немного, - выдавила я, кутаясь в собственные руки.

- Дождь внезапно начался, - добавила женщина.

- Да.

Я отвечала коротко, надеясь, что этого будет достаточно.

Не хотелось рассказывать незнакомым людям, откуда я взялась посреди ночи, промокшая до нитки и выглядящая так, будто только что сбежала с места преступления.

Да и что я могла сказать?

«Здравствуйте, я сама села в машину к мужчине с невероятно красивыми синими глазами, он привёз меня к какому-то криминальному боссу, где меня хотят заставить отвечать за долги моего бывшего, а потом я каким-то чудом ушла и в довесок попала под дождь»?

Нет уж.

Пусть лучше думают, что у меня просто очень странная ночь. Хотя, если честно, это было бы ещё самое безобидное объяснение.

Я отвернулась к окну.

За стеклом размазывались огни города. Жёлтые фонари превращались в длинные расплывчатые полосы, а капли дождя медленно стекали вниз, словно кто-то специально проводил по стеклу прозрачными пальцами.

Я смотрела на них и пыталась убедить себя, что всё действительно закончилось.

Что я больше не увижу Германа.=Не услышу его тяжёлого, холодного голоса. Не почувствую пальцы Адама на своей шее. Не увижу эти невозможные синие глаза.

Но стоило мне вспомнить его, как внутри неприятно сжалось.

Я тут же отвернулась от окна.

Не хочу.

Просто не хочу сейчас об этом думать.

Когда машина наконец остановилась возле моего дома, я почувствовала такое облегчение, что едва не расплакалась.

- Вот здесь, - тихо сказала я.

Мужчина припарковался у самого подъезда.

- Тут?

- Да.

Он заглушил двигатель и обернулся ко мне.

- Тогда бегите домой, а то простынете.

Я благодарно улыбнулась.

- Спасибо вам. Правда.

- Не за что, - махнула рукой женщина. - Берегите себя.

От этих простых слов в груди почему-то стало ещё тяжелее. Я кивнула, открыла дверь и вышла из машины.

Дождь к этому моменту немного ослаб, но капли всё ещё холодно касались лица.

Я захлопнула дверь и несколько секунд стояла возле подъезда, глядя вслед удаляющемуся автомобилю.

Красные огни задних фонарей постепенно становились всё меньше, пока наконец не скрылись за поворотом.

Только тогда я позволила себе наконец выдохнуть.

Дом. Милый дом.

Тишина двора, успокаивала.

Никто не собирается требовать с меня триста тысяч долларов. Я надеюсь.

Я быстро оглядела двор, освещённый редкими фонарями.

Пусто.

Ни людей. Ни подозрительных силуэтов. Ни машин с тонированными стёклами.

Я даже задержала взгляд на припаркованных автомобилях, пытаясь убедиться, что из какого-нибудь салона на меня никто не смотрит своими ледяными синими глазами.

Никого.

Я подняла голову к окнам своей квартиры.

Тёмные стёкла смотрели на меня совершенно безмолвно.

И впервые за весь этот кошмар мне захотелось поверить, что всё закончилось.

Что эта безумная ночь осталась позади.

Как же сильно я ошибалась.

***

После горячего душа я заварила себе чашку ромашкового чая.

Мне хотелось смыть с себя этот безумный день целиком.

Страх. Тяжёлый взгляд Германа. И, конечно же, руку Адама на своей шее.

Я долго стояла под горячими струями, пока кожа не покраснела, а мышцы наконец немного расслабились. Но сколько бы воды ни лилось на меня, ощущение чужих пальцев всё равно никак не хотело исчезать.

Я несколько раз провела ладонью по шее, словно могла стереть воспоминание физически.

Не помогло.

Поэтому я заставила себя выйти из душа, переоделась в сухую пижаму и забралась в постель.

Чай я выпила почти залпом, даже не почувствовав его вкуса.

Слишком сильно хотелось спать.

Едва моя голова коснулась подушки, как сознание провалилось в темноту.

В какой-то момент я почувствовала прикосновение. Горячие пальцы медленно коснулись моей шеи.

Я вздрогнула, но почему-то не открыла глаза.

От этого прикосновения по телу пробежала дрожь.

Затем я почувствовала горячее дыхание совсем рядом с губами. Настолько близко, что я ощущала тепло каждого выдоха.

И услышала низкий, бархатный мужской голос.

Он что-то тихо говорил мне, почти шептал, лаская слух интонацией.

Я не могла разобрать слов. Но прекрасно чувствовала его рядом.

Сильная рука обвила мою талию и тесно прижала к мужскому телу. Так близко, что я ощущала под ладонью каждую твёрдую мышцу.

Сердце забилось быстрее.

Я хотела отстраниться. Действительно хотела. Но почему-то не могла. Будто тело перестало меня слушаться.

Его пальцы снова скользнули по моей шее. Медленно. Почти невесомо.

Я попыталась открыть глаза, но веки будто стали тяжёлыми.

А голос звучал всё ближе.

Ещё немного... И я наконец смогла разобрать знакомую хрипотцу.

Адам.

Я резко распахнула глаза.

Несколько секунд просто смотрела в потолок, совершенно не понимая, где нахожусь.

Никого. Конечно, никого. Только моя спальня. Смятая простыня. Подушка, сбившаяся куда-то в сторону. И ранний утренний свет, пробивающийся сквозь узкую щель между шторами.

Я часто заморгала, пытаясь окончательно прийти в себя.

Сколько я проспала? Часа четыре? Может, даже меньше.

Я тяжело задышала.

Сердце громыхало в груди так, будто собиралось пробить рёбра и выскочить наружу.

Я машинально прижала ладонь к груди, пытаясь успокоить бешеный ритм.

А тело...

Тело мелко дрожало.

Я подтянула одеяло выше, почти до подбородка, но меня продолжало знобить.

Только теперь я поняла, что мне жарко. Очень жарко. Странно жарко.

Я коснулась лба ладонью и нахмурилась.

Кожа была горячей.

- Да что со мной...

Голос прозвучал хрипло и непривычно тихо.

Я попыталась приподняться на локтях, но тут же почувствовала неприятную слабость.

Голова была тяжёлой. В висках неприятно пульсировало. А тело словно стало чужим - ватным, слабым и одновременно охваченным жаром.

Я снова опустилась на подушку и закрыла глаза.

Всего на секунду.

Но стоило векам сомкнуться, как перед внутренним взглядом тут же всплыли синие глаза.

Я мгновенно открыла их снова.

Нет. Нет, нет и ещё раз нет.

Я уставилась в потолок, чувствуя, как щёки предательски вспыхнули.

Мне приснился Адам.

Чёрт.

И почему именно он? Почему после всего, что произошло этой ночью, мой мозг решил подсунуть мне именно его?

Я нервно сглотнула и снова провела ладонью по горячему лбу.

Кажется, я заболеваю.

И это было даже хорошо.

Потому что гораздо страшнее было другое. Я слишком отчётливо помнила этот сон. И то, как приятно звучал его голос.