Одержимый

Адам

Неделю назад. Момент первой встречи.

За полчаса до того, как в меня влетела перепуганная рыжая девчонка, я стоял посреди чужой квартиры и думал только об одном: как же меня заебал этот вечер.

Витёк продолжал прессовать какого-то придурка по имени Денис, Лёха лениво ковырял ножом обивку старого дивана, а я уже мысленно был дома. В горячем душе, в тишине, без чужого нытья и вони от крови.

Ненавижу подобную возню.

Когда человек не может сразу понять, что лучше говорить правду. Когда тянет время, придумывает жалкие отговорки, клянётся, матерью, Богом - кем угодно, лишь бы от него отстали.

Квартира провоняла потом, кровью и дешёвым освежителем воздуха с запахом цитруса. Телевизор в углу тихо бубнил какую-то ерунду, создавая ещё более мерзкое ощущение бытовухи.

Будто это не выбивание долга, а обычный семейный вечер, где муж с женой поругались из-за денег.

- Адам, он опять пургу гонит, - раздражённо бросил Витёк, встряхнув Дениса за ворот растянутой футболки. - Говорит, денег нет.

Парень сидел на коленях возле дивана, тяжело дыша. Лицо уже превратилось в кровавое месиво: разбитая губа, рассечённая бровь, синяк под глазом, который к утру станет почти чёрным.

Я молча достал сигареты, привычно похлопал себя по карманам и только потом понял, что телефон остался в машине.

Твою мать.

Провёл ладонью по лицу, чувствуя, как раздражение медленно поднимается где-то под рёбрами, и коротко бросил:

- Ща вернусь.

-Куда? - нахмурился Лёха, перестав ковырять диван.

- Телефон забыл.

Он хмыкнул, но ничего не ответил. Витёк снова наклонился к Денису, продолжая что-то шипеть ему прямо в лицо.

Я вышел из квартиры, захлопнув за собой дверь, и медленно направился к лестнице.

В подъезде было тихо.

Только лампа под потолком мерзко мигала через раз, заливая облупленные стены тусклым жёлтым светом. Где-то этажом ниже хлопнула дверь, потом послышался детский плач, но почти сразу стих.

Обычный старый дом. Обычная чужая жизнь, в которую мы влезли грязными ботинками.

Спускаясь вниз, я уже думал о том, чтобы закончить всё быстрее и свалить. Настроение и без того было паршивым, а Денис, судя по всему, собирался тянуть время до последнего.

На улице ударил холодный ветер.

После недавнего дождя асфальт блестел под редкими фонарями, а лужи отражали мутный свет окон. Я сунул руки в карманы пальто и направился к машине, припаркованной не далеко от подъезда.

Чёрный внедорожник поблёскивал от влаги. Телефон действительно валялся на пассажирском сиденье.

- Идиот, - буркнул себе под нос, открывая дверь.

В этот момент сзади раздался быстрый стук каблуков.

Я едва успел обернуться, когда в меня буквально влетело что-то маленькое и тёплое.

Точнее - кто-то.

Девушка.

Она ударилась об меня с такой силой, что едва не рухнула назад, но я автоматически схватил её за талию, удерживая.

- Аккуратнее, дамочка, - машинально хмыкнул я.

И только потом нормально посмотрел на неё. Рыжая. Кудрявые волосы растрепались от ветра и бега, несколько прядей прилипли к мокрым щекам. Лицо было бледным, губы дрожали, а в огромных карих глазах плескался такой ужас.

Она тяжело дышала, будто воздух не доходил до лёгких.

Тонкие пальцы вцепились в мой рукав почти инстинктивно, словно я был единственным, за что она могла сейчас удержаться. Потом она резко вскинула голову и замерла.

Смотрела на меня так, будто пыталась понять, опасен я или нет.

Забавная реакция. Потому что правильный ответ был простым: очень.

Мой взгляд скользнул ниже. Дрожащие руки. Кровь на рукаве светлой кофты. Размазанная тушь под глазами. На запястье красный след, будто её недавно слишком сильно держали.

- Как тебя зовут, белочка? - спросил я, сам не понимая, зачем вообще это делаю.

Она открыла рот, но ответить не успела. Хлопнула подъездная дверь.

Девчонка вздрогнула всем телом. Не просто дёрнулась от неожиданности - её буквально пробило страхом, как током. Как пугливого зверька, который уже знает, что за ним охотятся.

- Простите... - выдохнула она дрожащим голосом.

А потом резко отшатнулась от меня, вырвав рукав из пальцев, и быстрым шагом пошла прочь. Через пару секунд она почти сорвалась на бег, не оглядываясь.

Я медленно проводил её взглядом. Тонкая фигурка. Каблуки звонко стучат по мокрому асфальту. Плечи напряжены так, будто она ждёт удара в спину каждую секунду. Интересно.

Через несколько секунд из подъезда вылетели Витёк и Лёха.

У Лёхи был разбит нос - кровь уже успела размазаться по губам и подбородку. Витёк заметно прихрамывал, зло матерясь себе под нос.

Я перевёл взгляд с одного на другого.

- Вы чего, блять, такие красивые?

- Адам, бабу не видел? - резко бросил Витёк, оглядывая двор.

Я вопросительно приподнял бровь.

Лёха зло сплюнул кровь на асфальт и приложил ладонь к переносице.

- Сука рыжая нас видела, - процедил он. - Нос мне разбила, Витьку каблуком прописала...

Несколько секунд я молча смотрел на них.

А потом медленно выдохнул сквозь зубы.

- Блять...

И это было самое приличное из того, что крутилось сейчас у меня в голове.

Потому что эта ненормальная только что буквально была у меня в руках. Маленькая. Дрожащая. Перепуганная до смерти. А я даже не понял сразу, кто именно передо мной стоит.

Идиот.

Я раздражённо выкинул сигарету под ноги и растёр окурок носком ботинка.

Потом молча поднял руку и указал пальцем в сторону, куда ушла рыжая.

- Она туда пошла, - спокойно сказал я, кивнув в сторону. - Далеко не должна была уйти. Через арку, скорее всего.

Витёк тут же рванул с места первым.

- Убью суку, - прорычал он сквозь зубы.

Лёха двинулся следом, продолжая зажимать разбитый нос.

***

Я вернулся в квартиру минут через десять.

Серый охранял, нашего косячника, а Витёк с Лёхой всё ещё шарились где-то по дворам, изображая поиски, хотя я уже заранее знал - не найдут.

Белочка оказалась сообразительнее, чем выглядела.

Она не побежала по освещённой дороге, не стала ловить такси у подъезда и не свернула к остановке. Скорее всего, ушла через дворы, спряталась в каком-нибудь подъезде или забилась в первый попавшийся круглосуточный магазин.

Правильно сделала.

В квартире по-прежнему воняло кровью, дешёвым освежителем воздуха и страхом.

Особенно страхом.

Едва я переступил порог, должник дёрнулся так, будто увидел саму смерть.

Сидел возле дивана, согнувшись, одной рукой держась за рёбра. На полу валялась опрокинутая табуретка, а рядом - разбитая кружка. Значит, девчонка и правда не просто выбежала. Она дралась.

Жалкое зрелище.

- Пожалуйста... не надо... - прохрипел Денис.

И вот это меня всегда раздражало.

Сначала люди берут чужие деньги, строят из себя королей жизни, а потом начинают скулить, когда приходит время отвечать.

Хотя убивать его я не собирался.

По крайней мере сегодня.

Я молча прошёл в комнату и сел в кресло напротив.

Денис сразу напрягся ещё сильнее.

- Бабу твою как звать?

Он резко вскинул голову.

- Она тут ни при чём! - почти выкрикнул он.

Я медленно перевёл на него взгляд.

- Ты, блять, глухой? - спокойно спросил я. - Звать как?

Он сглотнул.

- М-м-Марта...

Марта.

Имя ей подходило.

Я невольно вспомнил рыжие кудри, огромные испуганные глаза и то, как она дрожала в моих руках.

Красивая.

- Красивая, - произнёс я скорее себе, чем ему.

Денис побледнел ещё сильнее.

В его глазах появилось то, чего не было даже тогда, когда Витёк бил его по лицу.

Не страх за себя. За неё.

Я поднялся с кресла. И этот идиот тут же дёрнулся, прикрывая лицо руками.

Фу.

Ненавижу такое.

Я даже бить его больше не хотел.

Присел перед ним на корточки и спокойно посмотрел в глаза.

- Слушай внимательно. У тебя неделя.

Он тяжело дышал, глядя на меня как загнанная псина.

- Бабки ищи, - продолжил я тихо. - Где хочешь. Как хочешь. Мне похер.

- Я найду, клянусь... - затараторил он. - Я всё верну. Я продам машину, я займу....

Я усмехнулся.

Слышал это уже раз сто.

- Не найдёшь, - перебил его и чуть склонился ближе. - Девку твою заберу.

Он застыл.

На секунду даже перестал дышать.

А потом в его глазах появился страх - животный, настоящий.

Вот теперь дошло.

Я поднялся на ноги и направился к выходу.

Уже у двери остановился, обернулся через плечо и спокойно добавил:

- И поверь, Денис, это будет сильно хуже, чем если бы Босс приказал тебя закопать.

За спиной повисла тишина.

Только телевизор продолжал тихо бубнить какую-то бессмысленную передачу.

А у меня перед глазами почему-то снова стояла рыжая девчонка, исчезающая в темноте двора.

Марта.

Белочка.