Глава 19
Он добавил :
- Вы с ним?.. Он тебя поругал? - с искренней тревогой в голосе переспрашивает Лукас, чуть подаваясь вперёд, но вовремя останавливая себя, чтобы сохранить дистанцию. Его глаза взволнованно бегают по моему лицу, он явно всю ночь переживал, что из-за него у меня дома начались проблемы с отцом.
Я удивлённо приподнимаю брови:
- Нет, папа вообще ничего мне не сказал. Он пришёл очень спокойный. А о чём вы говорили?
Лукас виновато трёт шею и неловко улыбается своей припухшей губой:
- Да мы толком и не поговорили, он просто подошёл ко мне, когда парковался. Спросил, чего я там один сижу в темноте. А я ответил, что мне просто скучно, вот и катался.
Он на секунду заминается, его щёки слегка розовеют, и он тихо, почти шёпотом, добавляет:
- Твой отец... он на самом деле очень крутой. Он посмотрел на меня, на мои ссадины, а потом сказал, чтобы я не торчал на улице, а приходил к вам сегодня вечером на этот ваш ужин... Ну, на ифтар.
Моё сердце мгновенно делает знакомый кульбит. Папа сам пригласил его?! Прямо к нам домой?
- Но... я отказался, - вздыхает Лукас, опустив взгляд на свои кроссовки. - Я испугался, что это будет неправильно. Ну, после того как я случайно схватил тебя за руку... Я подумал, что если приду, тебе станет неловко, или твои традиции этого не позволяют. Не хотел усложнять тебе жизнь, Лейла. Поэтому сказал ему «спасибо, но нет».
Я застываю на месте, глядя на этого упрямого и невероятно чуткого парня. Он отказался от приглашения моего строгого отца, которое было так трудно заслужить, только ради того, чтобы защитить мой покой и мои правила.
Дверь кабинета открывается, и в класс быстрыми шагами заходит наша классная руководительница. Она стучит ладонью по столу, призывая всех к порядку. Шум утихает, и мы с Лукасом вынуждены прервать наш разговор и повернуться к доске.
- Дети, минутку внимания! - громко объявляет она, окинув всех строгим взглядом. - Вы уже выпускники. До конца года осталось совсем немного, и нам нужно срочно начинать готовиться к Последнему звонку. Самая важная часть праздника - это традиционный школьный вальс. На следующей перемене мы распределимся по парам и начнем первые репетиции в актовом зале.
У меня внутри всё просто сжимается от ужаса. Танец? Вальс? С парнем, лицом к лицу, держась за руки на глазах у всей школы? Моя вера и традиции строго запрещают подобные танцы и прикосновения с чужими мужчинами.
Я не выдерживаю, робко поднимаю руку и тихо, но отчетливо спрашиваю:-А можно я не буду участвовать?
Хлоя на задней парте тут же ядовито усмехается, а Иза демонстративно вздыхает. Классная руководительница строго смотрит на меня поверх очков и качает головой:
- Нет, Лейла, нельзя. В вальсе участвуют абсолютно все, без исключения. Это официальная часть школьной программы, и отказ не принимается.
Я тяжело вздыхаю и опускаю голову, чувствуя, как на душе становится невыносимо тоскливо. Опять трудности. Мало того, что идет священный месяц Рамадан и я держу пост, так теперь меня еще и принуждают нарушить правила моей религии ради школьного праздника. Я чувствую на себе пристальный взгляд Лукаса. Он сидит совсем рядом, хмурится и о чем-то очень напряженно думает, переводя взгляд то на учительницу, то на меня.
Урок тянется невыносимо медленно, но как только звенит звонок, классная руководительница строем ведет нас в просторный актовый зал. Парни и девчонки выстраиваются в две шеренги. Иза крутится вовсю. Она пытается встать поближе к Лукасу, бросая на меня победоносные взгляды. Но классная руководительница быстро остужает её пыл. Она начинает громко называть фамилии, и когда очередь доходит до нас, командует:
- Лукас и Лейла, вставайте в пару!
У Изы от недовольства буквально перекашивается лицо. Она злобно скрещивает руки на груди и громко фыркает на весь зал. Хлоя что-то раздраженно шепчет ей в ответ. Но мне уже всё равно.
Главное - меня не поставили с кем-то чужим, кто стал бы распускать руки или смеяться над моим хиджабом. С Лукасом мне гораздо спокойнее. И пускай прикасаться к парню всё равно нельзя, я знаю, что он сделает всё максимально аккуратно.
Мадам включает на магнитофоне красивую, медленную мелодию вальса. Весь зал тут же приходит в движение: пары неловко топчутся, наступают друг другу на ноги, а Иза кружится с каким-то парнем, не сводя с нас злого, ревнивого взгляда. Мы же с Лукасом так и остаемся сидеть на стульях у стены, просто наблюдая за остальными.
Классная руководительница пару раз строго смотрит в нашу сторону, но Лукас лишь уверенно качает головой, без слов давая ей понять, чтобы нас пока не трогали.
Он видит, как сильно я сжимаю пальцами край своей кофты от одной мысли о танцах на глазах у всей школы.
Внутри меня идет напряженная борьба. Моя вера, традиции - всё это важно для меня, но я смотрю на Лукаса, на его разбитую губу, вспоминаю его вчерашнюю защиту...
И я принимаю решение. Я буду танцевать с ним. Но не здесь. Не в этой толпе. Я наклоняюсь к нему и тихо, чтобы слышал только он, шепчу:
- Давай не здесь... в другом месте.
Лукас удивленно приподнимает брови, но на его лице тут же появляется понимающая, бережная улыбка. Он молча кивает. Мы дожидаемся, пока мадам отвлечется на Хлою и Пьера, незаметно поднимаемся со стульев и тихо выскальзываем из актового зала через боковую дверь. Мы быстро идем по пустому, залитому весенним солнцем школьному коридору и находим укромное место - старый, тихий тупик возле библиотеки, где в это время никогда никого нет. Из актового зала до нас едва уловимо доносятся тихие, глухие отголоски мелодии вальса. Мы встаем друг напротив друга. Лукас не говорит ни слова, не пытается ничего объяснять. Он просто медленно поднимает руки и замирает ладонями и корпусом в паре сантиметров от моих рукавов и талии. Он вообще не касается меня. Я мгновенно понимаю его безмолвный план, и мое сердце делает бешеный кульбит от его чуткости. Любой, кто случайно заглянул бы сюда, подумал бы, что мы танцуем как все, и только приглядевшись, понял бы, что между нашими руками - лишь воздух. Чтобы хоть как-то справиться со смущением от нашей близости в этом пустом коридоре, я ловлю ритм далекой музыки и тихо спрашиваю:
- Лукас... А сколько вообще времени осталось до этого Последнего звонка? Сколько нам так репетировать?
Лукас тепло улыбается, бережно и плавно ведя меня в этом бесконтактном танце под тихие звуки из коридора. Его добрые глаза задорно блестят.
- Через месяц, в мае, - тихо отвечает он, идеально подстраиваясь под мои шаги.
- Так что у нас впереди целый месяц.
Мы медленно и плавно кружимся в нашем собственном, тайном месте, бережно удерживая это невидимое расстояние между ладонями.
tiktok : @madinak.0