Bitter Sweet

Солнечные лучи пробивались сквозь плотные шторы пентхауса, мягко ложась на край огромной кровати. Феликс заворочался, медленно открывая глаза. Голова была тяжелой, а в груди с самого пробуждения поселилось какое-то странное, липкое чувство тревоги.
Первым делом он потянулся к тумбочке и схватил телефон. Экран светился от десятка исходящих вызовов.
«Абонент временно недоступен или находится вне зоны действия сети...» — в очередной раз повторил холодный автоответчик.
— Ну почему ты не берешь трубку... — прошептал Феликс, закусывая губу. Паника медленно подступала к горлу. Он ведь ушел вчера после ссоры. Вдруг парень разозлился еще сильнее? Вдруг он решит бросить его?
Дверь в спальню тихо приоткрылась. На пороге стоял Хёнджин. На нем уже не было того строгого пиджака — только мягкий домашний кардиган, который делал его домашним и уютным. В руках он держал небольшую тарелку.
Увидев взволнованное лицо Ликса и зажатый в его дрожащих пальцах телефон, Хёнджин сразу всё понял. Внутри мафиози не дрогнул ни один мускул. Он прекрасно знал, почему тот абонент больше никогда не ответит.
— Эй, солнце, ты чего так подорвался? — Хёнджин мягко улыбнулся и прошел в комнату, садясь на край постели.
— Хёни... он не берет трубку, — Феликс поднял на друга полные слез глаза. — Я звоню уже час. Он никогда так долго не игнорировал меня. Вдруг с ним что-то случилось? Или он так сильно на меня обиделся?
Хёнджин ласково перехватил его запястье — то самое, на котором под рукавом худи скрывался синяк, — и осторожно забрал телефон из рук Феликса, откладывая его в сторону.
— Посмотри на меня, Ликси, — Хёнджин заставил Феликса встретиться с ним взглядом. Его голос звучал невероятно мягко, убаюкивающе, как самое надежное укрытие. — Перестань паниковать. Наверняка он просто занят или отсыпается после тяжелого дня. Ты же знаешь, у него много дел. Не накручивай себя.
— Ты думаешь? — тихо спросил Феликс, шмыгая носом.
— Я уверен, — Хёнджин потянулся рукой к его лицу и большим пальцем аккуратно смахнул готовую сорваться слезинку. Каждый раз, когда он касался Феликса, его собственное сердце делало кульбит, но сейчас важнее было вернуть парню покой. — Ты проснулся совсем недавно, у тебя пустой желудок, вот тебе и лезут в голову плохие мысли. Тебе нужно поесть.
Хёнджин взял с тарелки банан, аккуратно очистил его наполовину, чтобы Феликсу было удобно, и протянул ему.
— На, держи. Твои любимые. Нужно восстановить силы, а то ты бледный как призрак.
Феликс послушно взял угощение. Ласковый тон Хёнджина и его абсолютное спокойствие подействовали как сильное успокоительное. Тревога, еще минуту назад сжимавшая горло, начала медленно отступать. Рядом с Хёнджином всегда было так — тепло, безопасно и тихо.
— Спасибо, Хёни... — Феликс откусил кусочек, чувствуя, как к нему действительно возвращаются силы. — Что бы я без тебя делал. Ты всегда знаешь, как меня успокоить.
— Я просто всегда рядом, Ликси, — ответил Хёнджин, не сводя с него влюбленного, полного нежности взгляда.
Он смотрел, как Феликс ест, как расслабляются его плечи, и чувствовал мрачное, но глубокое удовлетворение. Телефон Феликса больше никогда не зазвонит от этого имени. Кошмар закончился. Теперь Хёнджин сделает всё, чтобы эти глаза больше никогда не плакали от страха.