Глава 26
Прошло два дня.
За это время атмосфера в доме стала напряжённой, почти осязаемой — словно воздух сгустился, и каждый вздох давался тяжелее предыдущего. Лена старалась вести себя как обычно: готовила завтраки, убирала, отвечала на вопросы Эдуарда короткими «да» и «нет». Но внутри неё бушевала буря: фото не выходило из головы, а доверие к Эдуарду рассыпалось на глазах.
Эдуард и правда начал вести себя странно. Сначала Лена не придала этому значения — мало ли, может, на работе проблемы, — но детали складывались в тревожную картину:
Он стал часто уходить «прогуляться» после ужина, хотя раньше предпочитал проводить вечера дома. Возвращался через час‑полтора, говорил, что «дышал свежим воздухом», но телефон при этом держал экраном вниз, а иногда и вовсе оставлял в другой комнате.
Его телефон теперь всегда был рядом: на кухне, в ванной, даже в спальне он клал его рядом с подушкой. Раньше он так не делал.
Когда Лена случайно заходила в комнату, где он сидел в телефоне, Эдуард тут же блокировал экран или переворачивал устройство. Один раз она заметила, как он быстро закрыл какой‑то чат — слишком поспешно, чтобы это выглядело случайным.
Он стал рассеянным: забывал мелочи, которые раньше помнил (её любимый сорт чая, дату годовщины их первой встречи), и в то же время проявлял неожиданную заботу — то приносил цветы без повода, то предлагал сделать массаж. Это выглядело не искренним порывом, а попыткой что‑то загладить.
Разговоры стали поверхностными. Эдуард избегал тем, которые могли привести к откровенности, и всё чаще ссылался на усталость.
Лена наблюдала за этим, молча анализируя каждое действие. Сомнения сменились горькой уверенностью: фото было реальным, а поведение Эдуарда лишь подтверждало худшие предположения. Она больше не могла притворяться, что всё в порядке.
Решение уехать
Окончательно Лена решилась, когда случайно услышала, как Эдуард тихо разговаривает по телефону в коридоре — приглушённым голосом, почти шёпотом. Фразы доносились обрывками: «не сейчас… я сам разберусь… дай мне время». Он замолчал, едва услышал её шаги, и поспешно закончил разговор.
В тот вечер Лена долго сидела на кухне, глядя в окно. Решение созрело окончательно: она уедет. Не станет устраивать сцен, выяснять отношения или требовать объяснений. Ей нужно защитить себя и будущего ребёнка — а значит, действовать быстро и незаметно.
Звонок «своему человеку»
Перед отъездом Лена позвонила Максиму — старому другу, который работал в сфере кибербезопасности. Она доверяла ему безоговорочно.
— Макс, мне нужна твоя помощь, — сказала она тихо, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Срочно. Нужно стереть все цифровые следы: переписки, фото, историю поиска. И сделать так, чтобы Эдуард не смог отследить мой телефон или карты.
Максим не стал задавать лишних вопросов — он знал Лену давно и понимал, когда слова излишни.
— Дай мне два часа, — ответил он. — Всё сделаю. И ещё: если понадобится помощь с переездом или чем‑то ещё — звони в любое время. Я помогу.
Лена почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы — но это были слёзы облегчения. Впервые за последние дни она ощутила, что не одна.
На следующий день Лена уехала. Оставила короткую записку на кухонном столе: «Я знаю. Больше не ищи меня». Собрав самое необходимое и убедившись, что все цифровые следы стёрты, она вышла из квартиры, не оглядываясь. Впереди была неизвестность, но впервые за долгое время Лена почувствовала, что делает правильный выбор.