Глава 31: Стены тишины
Медпункт оказался спасением - там было тихо, пахло спиртом и аптечной пылью. Школьная медсестра, женщина с усталыми глазами, сразу поняла, что перед ней не просто школьная ссора. Она усадила Алёну на кушетку, и та вцепилась в край простыни так, что костяшки пальцев побелели.
Артур стоял у окна, скрестив руки на груди. Он специально держался на максимально возможном расстоянии, чтобы не провоцировать новую атаку, но его взгляд не отрывался от неё.
Медсестра осторожно закатила штанину Алёны, и Артур невольно сжал кулаки: колено выглядело ужасно - багровый кровоподтек расплывался по коже, а при малейшем касании Алёна судорожно вдыхала воздух.
- Сильное ушибленное растяжение, - констатировала медсестра, быстро обрабатывая рану. - Нужно наложить тугую повязку и покой. Никаких нагрузок.
Она перевела взгляд на лицо Алёны. Девушка сидела с остекленевшим взором. Внезапно её дыхание стало рваным, прерывистым. Алёна начала раскачиваться, а её руки, которые медсестра пыталась осмотреть, начали конвульсивно сжиматься. Это была не просто боль. Это был накат панической атаки, вызванной глубоким подсознательным страхом.
- Алёна, смотри на меня, - медсестра строго, но мягко перехватила её руки. - Ты в безопасности. Медпункт - это закрытое пространство. Здесь никого нет, кроме нас.
Алёна не слышала. Она начала задыхаться, хватая ртом воздух, будто он превратился в густой кисель. Травма, нанесенная Марком, сломала что-то внутри неё: теперь любое мужское движение в её поле зрения казалось ей смертельной угрозой.
- Уйдите... - прохрипела она, её голос сорвался. - Не подходите...
- Артур, отойди к самой двери, - скомандовала медсестра, не отпуская рук Алёны. - У неё классическая паническая атака на фоне болевого шока и посттравматического стресса. Она боится любого мужского присутствия.
Артур послушно отступил в самый дальний угол, чувствуя себя беспомощным.
Через десять минут Алёна была истощена до предела. Она медленно поднялась с кушетки, опираясь на стену. Ей нужно было выйти отсюда, почувствовать хотя бы иллюзию свободы. Она сделала один нетвердый шаг, и колено, лишенное опоры, предательски подогнулось. Она начала заваливаться в сторону, прямо на Артура, который инстинктивно дернулся вперед.
Его руки в доли секунды оказались на её талии, подхватывая, чтобы она не разбилась об пол.
Эффект был мгновенным и страшным.
Алёна не просто отпрянула - она издала пронзительный, животный крик, от которого у Артура внутри всё похолодело. Это был крик человека, который ожидает удара. Она начала вырываться с безумной силой, молотя руками воздух, её глаза были расширены до предела, в них не было узнавания - только ледяной ужас перед «мужчиной», который её держит.
- НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ! - завизжала она так, что задрожали стекла в окнах. - ОТОЙДИ, МАРК! НЕ УБИВАЙ МЕНЯ!
Артур отпрянул, подняв руки вверх, словно его только что ударили ножом. Он стоял, бледный, как полотно, глядя, как Алёна вжимается в стену, сползая по ней вниз, закрывая голову руками и дрожа всем телом.
- Это я, Алёна... - прошептал он, но его голос утонул в её рыданиях.
Алёна больше не видела Артура. В её голове он был Марком. Каждый мужчина в этом мире стал для неё воплощением боли.
В этот момент дверь медпункта приоткрылась. В коридоре, в глубокой тени, стоял Марк. Он видел всё. Он видел, как она в ужасе кричала, как её трясло, и как Артур был вынужден отступить, сломленный её реакцией. На лице Марка не было ни ярости, ни насмешки. Только холодная, расчетливая пустота. Он понял: он достиг своего. Он превратил её в свою вечную тень, которая будет бояться каждого шороха.
Он развернулся и ушел, даже не издав звука. Он знал, что теперь ему не нужно касаться её. Она сама разрушит себя изнутри.