Стеснительность под строгим запретом 2

На следующее утро Большой зал Хогвартса гудел, как потревоженный улей. Ты шла на завтрак между Фредом и Джорджем, всё еще немного смущенная после вчерашних поцелуев у камина, но страх перед Амбридж окончательно исчез. Близнецы крепко держали тебя за руки, вселяя абсолютную уверенность.

Как только вы переступили порог зала, твой взгляд сразу упал на преподавательский стол. Долорес Амбридж уже сидела на своем месте. Однако ее фирменный идеальный вид был безнадежно испорчен.

Близнецы сдержали слово: они отложили масштабный взрыв, но их «маленькая, безопасная пакость» сработала безупречно. Любимая розовая кофточка Амбридж за ночь подверглась какому-то хитрому гриффиндорскому заклятию. Прямо сейчас вещь жила своей собственной жизнью: воротник кофточки то и дело плотно затягивался на шее инквизиторши, заставляя её смешно хрипеть, а длинные рукава сами по себе завязывались в узлы за её спиной, лишая возможности нормально взять чашку с чаем.

— Кхе-кхе! — в очередной раз попыталась привлечь внимание Амбридж, но в эту же секунду рукав её кофточки резко дернулся вверх и с размаху влепил ей приличную пощечину по её собственной жабьей щеке.

По всему Большому залу прокатился оглушительный взрыв хохота. Студенты покатывались со смеху, даже строгий профессор Снейп поспешно прикрыл рот кубком, пряча усмешку. Амбридж сидела пунцовая от злости, яростно пытаясь усмирить взбесившуюся одежду, которая теперь крутила ей дули прямо перед носом профессора Макгонагалл.

Вы втроем уселись за стол Гриффиндора. Ты изо всех сил прикусила губу, чтобы не рассмеяться во весь голос, а твои щеки порозовели от удовольствия. Фред и Джордж, сидевшие по бокам от тебя, невозмутимо накладывали в свои тарелки яичницу, будто вообще не понимали, из-за чего весь шум.

— Какая досадная неприятность с гардеробом, — с самым невинным видом протянул Джордж, аккуратно под столом сжимая твою ладонь. — Кажется, Министерство магии совсем не следит за качеством трикотажа.

— Полностью согласен, — хмыкнул Фред, незаметно целуя тебя в висок под прикрытием шума. — Зато справедливость восторжествовала, Т/И. Щека за щеку. И заметь — нас никто не поймает, ведь мы весь вечер мирно сидели в гостиной под присмотром старосты Грейнджер.

Ты перевела взгляд на Гермиону. Та сидела чуть дальше, строго качала правой рукой, делая вид, что осуждает парней, но в её глазах плясали веселые искорки, и она тайно подмигнула тебе. Ты прижалась плечом к Фреду, чувствуя, как Джордж нежно перебирает твои пальцы. Пятый курс только начался, но рядом со своими бунтарями ты точно знала: вы справитесь с любой несправедливостью.

Тяжелая дубовая дверь класса Защиты от темных искусств со скрипом закрылась, и в помещении воцарилась удушливая, напряженная тишина. Ты шла на этот урок с замиранием сердца. Из-за твоей застенчивости мысль о том, что придется сидеть под прицелом озлобленного взгляда Долорес Амбридж вместе со всем своим пятым курсом, пугала до дрожи в коленях.

Рон и Гермиона сразу заняли места впереди, а Гарри сел чуть поодаль, мрачно глядя перед собой. Фред и Джордж, хоть и учились на седьмом курсе, умудрились зайти в класс вместе с вами — то ли под предлогом «передать учебные материалы старосте Рону», то ли просто нагло проигнорировав правила. Они бесцеремонно протиснулись за самую последнюю парту в углу класса и усадили тебя прямо между собой на широкую деревянную скамью, надежно спрятав от чужих глаз за своими высокими фигурами. Гарри обернулся и понимающе кивнул вам, а Гермиона с первого ряда бросила на близнецов строгий, но благодарный взгляд за то, что они не оставили тебя одну.

Амбридж уже сидела за учительским столом. Её взбесившаяся кофточка наконец-то успокоилась, но лицо новой профессорши было землисто-серым от ярости. Когда её взгляд наткнулся на вашу троицу, её губы перекосились в ядовитой ухмылке.

— Палочки убрать, — приторно, но с явной угрозой пропищала Амбридж, поднимаясь с места. — На моих уроках магия вам не понадобится. Откройте учебники на первой странице и приступайте к чтению. Никаких разговоров.

Ты испуганно сглотнула и потянулась к сумке, чувствуя, как внутри всё сжимается от её тяжелого взгляда. Но стоило тебе положить руки на колени под партой, как их тут же перехватили.

Фред мягко, но крепко взял твою левую ладонь, переплетая свои длинные пальцы с твоими. Джордж накрыл своей теплой широкой ладонью твою правую руку, медленно и успокаивающе поглаживая большим пальцем твое запястье. Их надежное, родное тепло мгновенно разлилось по твоему телу, прогоняя остатки страха. Твои щеки тут же обдал нежный, едва заметный румянец.

Амбридж медленно пошла по рядам, шурша своей уродливой юбкой. Она намеренно остановилась прямо возле вашей парты, наклоняясь так близко, что ты почувствовала приторный запах её духов.

— Надеюсь, мисс Т/И, — вкрадчиво прошептала она, глядя на тебя сверху вниз, — сегодня вы будете вести себя благоразумно? В этой школе не любят глупых птиц, которые слишком громко поют. И ваших... старших защитников это тоже касается.

Ты опустила голову, боясь выдать свое волнение, и сильнее сжала руки парней под партой. Рон на первой парте аж вытянулся в струнку, готовый вскочить, а Гермиона резко обернулась, сжав кулаки.

Но близнецы среагировали мгновенно. Фред, даже не глядя на Амбридж, лениво перелистнул страницу учебника со звучным шуршанием, а Джордж громко, отчетливо зевнул на весь класс, прервав её угрожающую речь.

— Профессор, мы так увлечены теорией, что буквально засыпаем от восторга, — с невозмутимой, дерзкой улыбкой произнес Джордж, прямо глядя инквизиторше в глаза.

— Да, министерская программа просто поражает воображение, — поддакнул Фред, ни на миллиметр не отпуская твою ладонь под столом и слегка сжимая её, показывая, что ты под защитой. — Можно нам читать чуть быстрее, а то мы боимся пропустить самое интересное?

Лицо Амбридж перекосило от злости, но сделать она ничего не могла — парни формально ничего не нарушили. Она брезгливо фыркнула и зашагала дальше к парте Гарри. Ты тихонько выдохнула, пряча счастливую улыбку в воротник свитера и чувствуя, как пальцы Фреда и Джорджа продолжают нежно баюкать твои руки под партой до самого конца урока.