11 глава
После уроков ты встретилась с Седриком
Привет. Ты занята сегодня вечером? - Спросил Седрик
Привет. Ну... Я после уроков должна зайти к Снейпу. А что? - Спросила ты с интересом
Я хотел тебя пригласить погулять на улицах Хогсмида - Сказал Седрик
Давай тогда встретимся в 17.00 около главного зала. Не думаю что Снейп меня задержит надолго. - Улыбнувшись сказала ты
Хорошо - Седрик что то заметил и похоже понял что это - ой, ладно давай, увидимся. - Обнявши тебя он ушел за угол.
Седрик зашел за угол и его начали расспрашивать твои друзья которые случайно увидели что ты разговаривала с Седриком.
(Ребят, я решила попробовать новый стиль)
Драко (прислоняясь к стене, скрестив руки):
— Ну что, Диггори, признавайся: о чём это ты так мило ворковал с Т/И? Она улыбнулась тебе — и ты уже мнишь себя победителем?
Седрик (спокойно, но с намёком на раздражение):
— Мы просто говорили о квиддиче, Малфой. Ничего такого.
Блейз (усмехаясь):
— О квиддиче? И поэтому она назвала твой запах «летним садом и солнечным светом»? Звучит, как признание в любви, дружище.
Тео (тихо, но веско):
— Она описала его запах как что‑то светлое и чистое. Это говорит о доверии.
Спор Драко, Тома, Блейза, Седрика и Тео только набирал обороты, когда из‑за поворота показались Гарри и Рон. Они остановились, удивлённо переглянулись и подошли ближе.
Рон (недоумённо):
— Эй, что тут за собрание? И почему без нас?
Гарри (оглядывая компанию):
— Вы что, опять какие‑то слизеринские интриги затеяли?
Драко (презрительно):
— Уизли, не лезь не в своё дело. Мы тут обсуждаем вещи, до которых тебе ещё расти и расти.
Рон (вспыхивая):
— Да что ты знаешь, Малфой! Мы с Гарри тоже имеем право голоса — Т/И наша подруга!
Седрик (примиряюще):
— Спокойнее, ребята. Мы просто… рассуждали, кто из нас больше нравится Т/И.
Гарри (удивлённо приподнимая брови):
— Серьёзно? И вы решили это обсудить без неё?
Блейз (усмехаясь):
— А ты думаешь, она бы согласилась участвовать в таком обсуждении?
Тео (тихо):
— Суть не в том, чтобы заставить её выбрать. Суть в том, чтобы понять, кого она выберет сама.
Рон:
— Ну и кто тут считает себя самым неотразимым?
Драко:
— Я, разумеется. У меня есть статус, фамилия, влияние.
Гарри:
— Статус? Да половина школы считает тебя заносчивым снобом! Т/И ценит настоящие качества, а не родословную.
Том (холодно):
— Родословная — это фундамент. Но сила и знания — вот что действительно важно. Я могу показать ей мир за пределами Хогвартса.
Рон:
— Мир за пределами Хогвартса? Да она и так знает, что там творится! Ей нужен кто‑то надёжный. Кто будет рядом, поддержит, накормит…
Блейз (смеясь):
— Накормит? Ты что, предлагаешь ей меню вместо романтики?
Рон (возмущённо):
— Еда — это проявление заботы! И вообще, я лучше всех знаю, как поднять настроение!
Седрик:
— Думаю, Т/И нужна искренность. Не игры, не статус, не обещания великих свершений — а просто человек, который будет рядом и не станет притворяться.
Гарри:
— Вот именно! Она ценит доброту, честность. И она ненавидит, когда с ней играют.
Драко:
— Доброта и честность — это хорошо для сказок. В реальном мире правят те, кто умеет добиваться своего.
Тео:
— Вы все говорите о том, что вы можете дать ей. А кто‑нибудь спросил себя, что она хочет? Т/И — не приз, который нужно выиграть. Она выберет того, кто увидит в ней личность.
Гарри (кивая):
— Тео прав. И я думаю, она уже всё поняла про каждого из нас.
Блейз:
— Ладно, хватит философии. Давайте по‑честному. Поспорим . Кто сможет сделать так, чтобы Т/И сама подошла к нему и заговорила первой — без повода, просто потому что захотела — тот и победил.
Рон:
— Без манипуляций? Без подстроенных ситуаций?
Блейз:
— Конечно! Честная игра. Кто первый — тот и выиграл.
Том:
— Принимаю. Но запомните: победа достанется тому, кто лучше понимает её.
Драко:
— Отлично. Значит, договорились. Начинаем завтра.
Гарри (вздыхая):
— Надеюсь, это не превратится в какую‑нибудь глупость…
Рон:
— Да ладно тебе, Гарри! Будет весело. К тому же я точно знаю, как заставить Т/И подойти ко мне первой — позову её на кухню, скажу, что миссис Уизли прислала пирог!
Все невольно рассмеялись, напряжение спало. Парни обменялись взглядами — уже не враждебными, а полными вызова. Каждый уже продумывал свой ход.
Драко:
— Дается время до конца года
Тео (вполголоса, скорее себе):
— Посмотрим, кто из нас действительно её поймёт…
Седрик (улыбаясь):
— Главное — не испортить всё своими попытками «выиграть». Т/И этого не оценит.
Блейз:
— Согласен. Пусть победит не самый хитрый, а самый искренний.
Драко (едва заметно улыбаясь):
— Посмотрим.
Они разошлись в разные стороны, но каждый уже знал: завтра начнётся игра. И ставки в ней — не просто победа, а шанс быть тем, кого Т/И выберет сама.
(P.s. Парни поспорили в кого быстрее ты влюбишься)
Что было у тебя:
Ты отошла от Седрика с лёгкой улыбкой — разговор о квиддиче и летних каникулах оставил приятное послевкусие. Но вместо того, чтобы направиться в общую гостиную, ты свернула в боковой коридор: тебе хотелось побыть одной и упорядочить мысли.
Ты поднялась по винтовой лестнице на один из верхних ярусов замка — туда, где редко кто‑то бывал. На небольшой площадке у окна стоял старый дубовый стул и низкий столик, заваленный пергаментами прежних учеников. Ты смахнула пыль, села и открыла сумку.
Ты достала блокнот с зарисовками растений из урока травологии и начала машинально дорисовывать детали. Но мысли крутились вокруг недавнего урока зельеварения и описания запахов.
— Странно… Я ведь не просто перечисляла ароматы. Я видела в них характеры, истории. Гарри — гроза и шоколад… Он всегда между битвой и надеждой. А Седрик — сад и солнце… В нём правда есть что‑то тёплое и надёжное, — прошептала ты, водя пером по бумаге.
Ты задумалась о других:
Драко — снег и можжевельник. Холодно, но чисто.
Том — чернила и камень. Тайна, сила, расчёт.
Тео — дуб и мята. Тишина, глубина.
Блейз — цитрус и кедр. Элегантность с ноткой тепла.
Рон — хлеб и джем. Дом, уют, дружба.
Близнецы — лимонные леденцы и порох. Веселье и риск.
— А что они видят во мне? — вдруг поймала себя на мысли ты. — Что, если я для кого‑то — не личность, а… приз?
Ты потянулась за чернильницей и случайно задела стопку старых пергаментов. Один лист развернулся у твоих ног. На нём было заклинание для «истинного слуха» — способности слышать не слова, а истинные намерения говорящего. Рядом заметка: «Работает только тогда, когда слушающий открыт сердцем, а не жаждой власти».
Ты замерла.
— Интересно… А если попробовать? Не для манипуляций, а чтобы понять, кто действительно видит во мне меня?
Ты аккуратно свернула пергамент и убрала его в карман.
— Нет. Не сейчас. Я хочу разобраться сама. Без магии. По глазам, по словам, по поступкам. Если кто‑то действительно меня поймёт — он сделает это без заклинаний.
Ты закрыла блокнот, вдохнула поглубже и встала.
— Пора идти. И, кажется, я знаю, что сделаю первым делом…
Ты спустилась вниз и направилась не в гостиную, а к библиотеке. По дороге ты встретила первокурсницу, которая растерянно крутила в руках карту замка.
— Ты ищешь что‑то? — Ради вежливости спросила ты
— Да! Кабинет профессора Макгонагалл, но я всё время попадаю в тупик…
— Пойдём, я тебя провожу. И заодно покажу короткий путь — он проходит мимо кухни. - Но ты же со Слизерина.. - И что?
- Там же все плохие..
- Просто пойдем
Девочка просияла, и вы пошли вместе. Ты чувствовала, как напряжение последних часов тает. Ты решила:
Я не буду частью чьих‑то игр. Я буду той, кто помогает, кто слушает, кто видит людей такими, какие они есть. А кто поймёт это — тот и будет рядом.
Ты проводила первокурсницу до кабинета профессора Макгонагалл, улыбнулась ей на прощание и медленно пошла по коридору, погрузившись в мысли.
— Почему я так легко откликнулась? Почему вместо того, чтобы идти по своим делам, потратила время на помощь незнакомому человеку? — размышляла ты, машинально проводя рукой по каменной стене замка.
Ты остановилась у высокого окна, за которым раскинулся школьный двор. Солнечные лучи играли на траве, а вдалеке виднелись очертания квиддичного поля.
— Раньше я бы прошла мимо. Или отмахнулась бы какой‑нибудь колкой фразой. А сейчас… — ты вздохнула, пытаясь поймать ускользающую мысль. — Что изменилось?
В памяти всплыли недавние события: урок зельеварения, где ты описывала запахи одноклассников, разговор с Седриком, тот странный момент, когда ты вдруг увидела в каждом не просто персонажа, а живого человека со своей историей.
Ты вспомнила, как описывала запах Гарри: гроза и шоколад. В этом было что‑то парадоксальное — сила и уязвимость в одном флаконе. И ты вдруг осознала, что начала замечать это не только в запахах, но и в поступках, взглядах, интонациях.
— Может, всё началось с амортенции? — прошептала ты. — Когда я описывала эти запахи, я не просто нюхала зелье. Я видела людей. По‑настоящему. Впервые, наверное, за долгое время.
Ты прислонилась лбом к прохладному стеклу. Перед глазами промелькнули образы:
Рон с его вечной жаждой перекусить — но при этом всегда готовый поделиться последним пирожком.
Драко, который так отчаянно цепляется за статус, будто боится, что без него он — никто.
Тео, скрывающий за молчаливостью острый ум и чуткость.
Блейз, играющий роль беззаботного красавчика, но иногда бросающий такие глубокие взгляды…
Седрик с его солнечной улыбкой — но ты заметила тень усталости в его глазах, когда он думал, что никто не смотрит.
— Я начала их видеть. Не маски, не роли, не ярлыки. А то, что под ними. И это… меняет всё.
Ты отошла от окна и медленно направилась дальше по коридору. В голове складывалась новая мысль:
— Мягкость — это не слабость. Это выбор. Возможность увидеть в другом человека — такого же живого, сомневающегося, нуждающегося в поддержке. И помочь — не потому что «так надо», а потому что хочется.
Внезапно ты улыбнулась. Вспомнила, как девочка просияла, когда ты предложила показать короткий путь. Как искренне она сказала «спасибо», чуть не подпрыгивая от радости.
— Вот оно. Это и есть ответ. Я стала мягче, потому что начала чувствовать связь с другими. Не формальную — «мы учимся в одном замке», а настоящую. Как будто раньше я смотрела на мир через мутное стекло, а теперь оно очистилось.
Ты расправила плечи. В душе появилось непривычное ощущение лёгкости. Но поняла что все таки ты не хочешь быть доброй феей а хочешь быть такой как раньше. Помогать только если реально хочется или нечего делать, надо быть холодной практически ко всем..