Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава четвёртая: «Патологическая лгунья»
После увиденного, я не мог найти себе места. Происходящие казалось бредом. не сложившимся с моей картинкой. Давно я не ощущал это чувство — чувство предательства или ненужности. Обесценивания. Даже если бы я захотел, то всё равно не смог бы возненавидеть Перси, ни сейчас ни тогда. Любовь вещь прекрасная, и на этом точка. Какие бы ужасные поступки не совершал человек, ты продолжишь его любить. Будешь верить что это не так, что сможешь всё изменить. Я так же наивно в это верил, верил, что тогда люблю её, а не собственное счастье.
Весь вспотевший и отстранённый, я попытался трезво оценить ситуацию: Я — слишком люблю её, что бы просто закатить сцену, да и не в силах я рассказать ей об этом. К тому же — в нашем жестоком мире измены и развод зверски наказуемы. Я не хочу однажды увидеть её окоченевший, изуродованный труп, где-то в канаве. При одной только мысле об этом голова закружилась. Мне пришлось ещё долго ломать голову. И в конце концов, я пришёл к выводу — что не стоить портить нашу тонкую как нить, идиллию.
К этому времени приходить Перси. Вся оживлённая, радостная с энергией, которой мне тогда очень не хватало. При этом зрелище, у меня возникло непреодолимое желание распросить её. Она повесила свою верхнюю одежду в коридоре. Я сидел на диване, стараясь казаться обыденным и умиротворённым.
«Где ты была?» Произношу я, убедительно спокойно.
«Снаружи. Какой глупый вопрос» Она хихикает так, словно это самый остроумный ответ.
«Я серьёзно»
«Гуляла. Сначало хотела вместе с Карен, но она заболела» Она смотрела мне прямо в глаза... Врала так непринуждённо... Мне словно наконец-то открыли глаза. Я впервые, ясно, увидел, как много, искусно и без малейших угрызений совести, она лжёт. Для неё это как привычка: Врать даже о малейших подробностях. Даже о таких мелочах, как завтрак, обед и ужин. Не знаю как её помотала жизнь, но это точно патология. О, моя патологическая лгунья...
В тот же день я послал свою верную шестёрку с секретным посланием. В записке, Я потребовал чтобы Ортиз оставил мою жену в покое, якобы, на деле их встречи, ей не нравятся. Я старался сочинять этот текст с самой удушающей пассивной агрессией. На следующий день, шестёрка сообщает мне, что этот грёбаный придурок в муке, просто выкинул моё сообщение в мусорный бак, даже не дочитав его, при этом присвистывая. Я был в недоумение от его безнадёжности и беспечности. Всё же, я дал ему ещё один, последний шанс. Написал ему ещё одно письмо, вот только уже со смертельным для исхода, содержание.
Комментарии