Глава 18. «Можно?»
Две недели после того дня.
Габи не звонила Владу. Не писала. Он тоже молчал.
Но молчание было другим — не тем, ледяным и пустым, что после разрыва. Оно было похоже на паузу между двумя людьми, которые знают, что разговор ещё впереди, просто не сейчас.
Она думала о нём. Каждый день. Особенно когда закрывала кофейню по вечерам и оставалась одна. Стояла у окна, смотрела на пустую улицу — в Москве никогда не бывает совсем пусто, даже поздно ночью где-то далеко гудит проспект — и вспоминала, как он встал между ней и Стасом. Не геройствовал, не размахивал кулаками. Просто был рядом. И этого хватило, чтобы она почувствовала себя в безопасности впервые за долгое время.
Ангелина не лезла с расспросами, но иногда бросала внимательные взгляды. Особенно когда Габи задерживалась у витрины с книжным магазином, где они с Владом когда-то выбирали подарок Артёму. Или когда брала американо без сахара в свой выходной — хотя всегда пила латте.
— Ты в порядке? — спросила Ангелина однажды, когда они сидели на кухне после смены.
— Да, — ответила Габи. — А что?
— Ничего. Просто ты... спокойнее стала. Не знаю, как объяснить.
Габи пожала плечами и перевела тему. Но про себя отметила: действительно, она перестала вздрагивать от каждого звонка. Перестала прокручивать в голове тот вечер в парке. Перестала бояться, что увидит его на улице.
Нет, не перестала. Просто теперь при мысли о встрече сердце билось чаще не от страха, а от чего-то другого. Она не знала, как это назвать. И не хотела знать.
Первое сообщение. Оно пришло в среду, через десять дней после кофейни.
«Как твои дела?»
Коротко. Нейтрально. Без смайликов, без лишнего.
Габи ответила через час, потому что не знала, что написать. Потом решила не умничать:
«Нормально. А твои?»
«Тоже. Работаю много. Завтра лечу в Питер на два дня, командировка»
«Удачной поездки»
«Спасибо. Ты пока береги себя. И если тот парень придёт — сразу пиши мне»
«Хорошо»
На этом разговор закончился. Габи перечитала его три раза, потом удалила чат. Не чтобы забыть — чтобы не перечитывать.
Габи не работала в субботу. Решила прогуляться — давно не была в центре, не ходила по магазинам без цели, не ела мороженое на улице, как в тот раз с Сашей и Кирой.
Она зашла в книжный на Старом Арбате. Тот самый, где они когда-то с Владом просидели час, листая комиксы. Габи сказала себе, что это просто совпадение — она хотела купить новую книгу, а этот магазин был ближе всего к метро. Но сама себе не поверила.
Она бродила между стеллажами, читала аннотации, но ничего не покупала. Всё глазами искала что-то, чего не могла найти.
— Эту книгу ты не читала?
Голос за спиной заставил её подпрыгнуть. Габи обернулась.
Влад стоял в двух шагах — в сером свитере и тёмных джинсах, с лёгкой щетиной, которую он всегда отращивал, когда уставал. В руках держал книгу в чёрной обложке.
— Ты... — растерялась Габи. — Ты же в Питере был.
— Вчера вернулся. Рано утром. Не спалось, решил прогуляться.
Они смотрели друг на друга посреди книжного магазина. Рядом кто-то шуршал страницами, за окном ехали машины, а в колонках играла тихая джазовая музыка.
— Ты следишь за мной? — спросила Габи без злости. Скорее с удивлением.
— Нет. Честно. Я не знал, что ты придёшь.
Она не поверила — но решила не спорить.
— Что за книга? — спросила она, кивая на обложку.
— Новая. Про марсианскую экспедицию. Я подумал, тебе могло бы понравиться. Ты же любишь фантастику.
Он протянул книгу. Габи взяла, пролистала. Пахло свежей типографской краской.
— Откуда ты знаешь, что я люблю?
— Ты говорила. Давно. На кухне, когда я готовил пасту. Помнишь?
Габи помнила. Тот вечер, когда она пришла к нему после тяжёлой смены, усталая и голодная, а он настоял, чтобы она не заказывала доставку, а приготовил сам — неумело, сгоревший лук и пересоленные макароны. Она смеялась над его стряпнёй, а потом они читали вслух отрывки из старой фантастической повести, которую она принесла с собой.
— Ты запомнил, — тихо сказала она.
— Я многое запомнил, Габи.
Она подняла глаза. В его взгляде не было ни мольбы, ни надежды — просто факт. Как напоминание. Как обещание.
— Я возьму её, — сказала Габи, прижимая книгу к груди. — Спасибо.
— Не за что. Это тебе подарок.
— Влад...
— Просто книга. Без подтекста. Я купил две — одну себе, другую... ну, думал, может, увижу тебя. И увидел.
Они постояли в тишине. Потом Габи вдруг спросила:
— Ты кофе хочешь? Мой выходной, но я могу сварить. У меня дома.
Влад удивлённо поднял брови. Она и сама не ожидала, что скажет это.
— Если ты не против, — добавила она.
— Я не против, — ответил он. — Но можно я сначала заплачу за книгу?
Габи усмехнулась — первый раз за этот разговор.
— Иди.
Он пошёл к кассе. Она осталась стоять у стеллажа, сжимая книгу в руках, и думала: что она делает? Зачем зовёт его к себе домой? Всё только начинало налаживаться — не отношения, нет, просто... спокойствие. А она снова всё усложняет.
Но он уже вернулся с чеком в руке и смотрел на неё.
— Идём?
— Идём, — сказала Габи и выдохнула.
По дороге молчали. Не напряжённо — скорее, будто боялись спугнуть тишину, которая была слишком хрупкой для слов. Но когда они зашли в квартиру, Габи поняла, что просто сидеть и молчать весь день — это будет странно.
— Слушай, — сказала она, ставя чайник. — А давай фильм посмотрим? У меня проектор есть. Я давно хотела пересмотреть «Интерстеллар». Ты его любишь, я помню.
— Люблю, — ответил Влад. — И давно не смотрел.
— Тогда решено.
Габи разлила кофе по чашкам, достала плед — тот самый, новый, который она купила месяц назад и ещё ни разу не использовала. Включила проектор, натянула экран на стену.
— Садись где хочешь, — сказала она.
Влад сел на диван — ровно посередине, оставив место и слева, и справа. Габи помедлила секунду, потом села рядом. Не в обнимку, не касаясь — просто на расстоянии вытянутой руки. Ей было важно, чтобы она сама выбрала это расстояние. И выбрала.
Фильм начался. Тёмный экран, космос, органная музыка. Габи пила кофе и краем глаза смотрела на Влада. Он сидел неподвижно, сжимая свою чашку, и его профиль подсвечивался голубоватым светом экрана. Красивый. Спокойный. Чужой и свой одновременно.
Где-то через полчаса она заметила, что он расслабился. Плечи опустились, пальцы разжались. Он смотрел на экран, и его лицо было совсем как раньше — без масок, без защиты.
— Скучаешь по космосу? — спросила она вдруг. Он когда-то говорил, что в детстве хотел быть астронавтом.
— Скучаю, — ответил он, не отрывая глаз от экрана. — Но сейчас я скучаю по другому.
Габи не стала уточнять. Поняла.
К середине фильма она не заметила, как натянула плед на плечи. И не заметила, как Влад чуть подвинулся ближе — не прижался, просто сократил расстояние. Теперь их плечи почти касались.
В сцене, где Купер смотрит записи от взрослой Мёрф, Габи почувствовала, как глаза защипало. Она сглотнула, но сдержалась. И тут Влад осторожно, словно боясь спугнуть, взял её за руку. Просто положил свою ладонь поверх её. Не сжал. Просто держал.
Габи не убрала руку.
— Можно? — тихо спросил он.
— Уже спросил или уже сделал? — усмехнулась она шёпотом.
— Сделал. А теперь спрашиваю.
— Можно, — ответила она.
Они досмотрели фильм до конца. В титрах, когда заиграла музыка, Габи повернулась к нему.
— Спасибо, — сказала она. — За книгу. За то, что пришёл. За фильм.
— Не за что, — ответил Влад. — Мне хорошо с тобой. Даже когда мы молчим. Даже когда смотрим кино.
— Мне тоже, — призналась Габи. — И это пугает.
— Я знаю. Меня тоже.
Он не стал её обнимать. Не попытался поцеловать. Просто посидел ещё немного, потом встал.
— Мне пора, — сказал он. — Завтра рано на работу.
— Да, конечно.
Габи проводила его до двери. Он надел кроссовки, взял ключи.
— Ты позвонишь? — спросил он. — Или напишешь.
— Не знаю, — честно ответила она. — Наверное, да.
— Я буду ждать. Не торопи.
Он вышел. Габи закрыла дверь, прислонилась к ней спиной. Сердце колотилось где-то в горле. Она смотрела на пустой диван, на экран проектора, где уже давно закончились титры, и чувствовала его тепло на своей руке — там, где он держал её за пальцы.
Она не знала, что будет дальше. Но впервые за долгое время ей не хотелось убегать.