23.Запретная любовь
Я проснулась медленно, будто выныривала из глубокой воды, в которой слишком долго задерживала дыхание, и первое, что я почувствовала - это тепло, мягкость простыней и странное спокойствие, которое резко контрастировало с тем, что происходило вчера.
Мои ресницы дрогнули, и я открыла глаза, уставившись в потолок, не сразу понимая, где нахожусь, потому что в памяти всё ещё всплывали обрывки вчерашнего вечера - библиотека, тёмный стол, его руки, его голос, его дыхание рядом с моим.
Я резко приподнялась, облокотившись на локти, и осмотрелась внимательнее, уже осознавая, что это не библиотека, не холодная поверхность стола и не хаос разбросанных книг.
Это была спальня.
Его спальня.
- Я... - мой голос прозвучал тихо, почти хрипло, - я же не...
Я замолчала, потому что ответ был очевиден: я не приходила сюда сама.
Он перенёс меня.
Эта мысль заставила что-то внутри меня сжаться, но не от страха, а от странного, почти болезненного тепла, которое разлилось по груди и застряло где-то между сердцем и горлом.
Я провела рукой по волосам, пытаясь собрать мысли, но вместо этого вспоминала его взгляд - тот, которым он смотрел на меня, когда думал, что я не замечаю.
- Он... осторожно... - прошептала я сама себе, опуская взгляд.
И это пугало меня сильнее, чем всё
остальное.
Я встала с кровати, чувствуя лёгкую слабость в ногах, и направилась в ванную, включив воду почти автоматически, словно пыталась смыть не грязь, а мысли, которые становились всё тяжелее.
Тёплая вода стекала по коже, и я закрыла глаза, позволяя себе на секунду просто стоять и ничего не решать, ничего не анализировать, ничего не бояться.
Но это длилось недолго.
Он - не просто учитель.
Он - не просто мужчина.
И ты всё равно осталась.
- Потому что люблю, - тихо сказала я вслух, и от этого слова по телу прошла дрожь, будто я впервые призналась себе в этом по-настоящему, без попытки спрятаться за сарказмом или игрой.
Когда я вышла из душа, я долго стояла перед гардеробом, перебирая вещи, пока наконец не остановилась на коротком платье глубокого тёмно-вишнёвого цвета, которое мягко облегало фигуру и выглядело одновременно просто и слишком... притягательно для обычного дня.
Я собрала волосы заколкой-крабом, оставив несколько прядей у лица, и, не используя макияж, просто провела бальзамом по губам, глядя на себя в зеркало так, словно пыталась понять, кто передо мной стоит - та самая девушка, которой я была раньше, или уже кто-то совершенно другой.
- Ты слишком далеко зашла, - тихо сказала я своему отражению, но не отступила.
Я спустилась вниз, ожидая услышать его шаги, голос или хотя бы звук посуды на кухне, но дом встретил меня полной тишиной, от которой стало немного не по себе, потому что я уже привыкла к его присутствию, к тому, как он заполняет пространство даже тогда, когда ничего не говорит.
- Итан? - позвала я, но ответа не последовало.
Я прошла на кухню и почти сразу заметила записку, аккуратно прикреплённую к холодильнику, и сердце внутри меня мягко сжалось, будто я заранее знала, что там будет что-то, от чего станет теплее.
Я сняла её и развернула, пробегая глазами по строкам, и с каждым словом уголки моих губ поднимались всё выше.
Бумага чуть помята, как будто он писал её наспех, но почерк всё равно ровный и уверенный.
**«Доброе утро, моя девочка.
Если ты читаешь это, значит я уже уехал - и да, я знаю, ты сейчас недовольна, потому что я не разбудил тебя. Но ты спала слишком спокойно, и я не смог заставить себя разрушить этот момент.
У меня сегодня немного пар, я постараюсь вернуться как можно быстрее. Честно - мне уже не нравится мысль, что ты здесь без меня.
В холодильнике панкейки и карамельный сироп. Я сделал их утром, надеюсь, они не успели остыть слишком сильно и всё ещё такие же, как ты любишь.
Поешь. Это не просьба - это условие.
И постарайся не думать о плохом. Хотя я знаю, что ты всё равно будешь.
Я скучаю по тебе даже тогда, когда выхожу из дома на пару часов.
И да...
Я люблю тебя.
- Итан
P.S. Если ты не съешь завтрак, я узнаю.»**
Он писал просто, но в этих словах было больше, чем в любых громких признаниях, потому что там была забота, внимание и это его странное, почти скрытое «я люблю тебя», которое он не говорил вслух слишком часто, но оставлял в таких мелочах.
- Ты невозможный... - тихо усмехнулась я, прижимая записку к груди на секунду.
Я достала панкейки, налила себе капучино и села за стол, пробуя первый кусочек с карамелью, и на мгновение закрыла глаза, потому что это было... идеально.
- Мне повезло, - прошептала я, и эта мысль была слишком честной, чтобы её игнорировать.
После завтрака я убрала за собой, напевая тихо строки песни, которые сами вырывались из меня, и направилась в библиотеку, где снова нашла ту самую книгу, которая вчера зацепила меня своей атмосферой.
Я читала, погружаясь в историю, где любовь переплеталась с опасностью, где герой был не тем, кем казался, и где героиня всё равно выбирала его, несмотря ни на что.
- Глупая... - пробормотала я, но не про неё.
Про себя.
Когда звонок в дверь раздался, я не почувствовала тревоги.
Наоборот - улыбнулась.
- Так рано вернулся любимый?... - сказала я, направляясь к двери, даже не задумываясь.
И открыла.
Мир остановился.
Отец стоял передо мной, и его взгляд был таким холодным, что у меня перехватило дыхание.
- Я тебе сейчас покажу, что значит «любимый», - произнёс он медленно, сдерживая злость, но от этого она ощущалась ещё сильнее.
- Уходи, - сказала я, пытаясь сохранить спокойствие, хотя внутри всё уже начинало сжиматься от страха.
- Я пришёл забрать свою дочь от человека, который пользуется ею, - его голос стал жёстче.
- Ты ничего не знаешь! - сорвалась я.
- Я знаю достаточно, чтобы понять, что ты потеряла голову.
- Я люблю его!
Эти слова вырвались сами, и я даже не попыталась их остановить.
Его лицо изменилось.
- Тогда ты пойдёшь со мной. Сейчас.
- Нет.
- Ванда, не заставляй меня...
- Я сказала - нет!
Он сделал шаг вперёд, и в этот момент я поняла, что разговор закончен.
Я попыталась закрыть дверь, но он поставил ногу, и паника мгновенно накрыла меня с головой, заставляя сердце биться так сильно, что я почти не слышала собственных мыслей.
Я развернулась и побежала наверх, не оглядываясь, чувствуя, как страх догоняет меня быстрее, чем его шаги.
В комнате я заперлась, дрожащими руками схватила лист бумаги и начала писать, потому что это было единственное, что я могла сделать - оставить ему что-то, если вдруг...
Нет.
Почерк сначала ровный, но ближе к концу становится дрожащим, буквы чуть смазаны, будто от слёз.Почерк сначала ровный, но ближе к концу становится дрожащим, буквы чуть смазаны, будто от слёз.
**«Итан...
Если ты нашёл эту записку, значит всё пошло не так.
Я не ушла от тебя. Пожалуйста, поверь в это сразу. Я бы никогда не ушла сама - не после всего, что между нами было, не после того, что я чувствую к тебе.
Это отец. Он нашёл меня.
Я открыла дверь, потому что подумала, что это ты... и это моя ошибка. Самая глупая из всех, что я могла сделать.
Он кричит. Он ломает дверь.
Я сейчас пишу это, сидя в спальне, и пытаюсь не паниковать, но у меня плохо получается.
Мне страшно. Не за себя - за нас.
Я не знаю, что он сделает, когда доберётся до меня, но я знаю одно: я не жалею ни о чём. Ни об одном дне, ни об одном твоём взгляде, ни об одном поцелуе,но о том вчерашнем сексе.
Ты стал для меня всем, Итан.
И это не просто слова.
Если со мной что-то случится... пожалуйста, не вини себя. Это... не твоя вина. Я сама сделала этот выбор - быть с тобой, несмотря ни на что. И я бы сделала его снова.
Я люблю тебя.
Сильно. Больше, чем должна. Больше, чем правильно.
И если мне придётся уйти... я всё равно останусь твоей.
Найди меня.
Пожалуйста.
Твоя Ванда.
P.S. Я буду ждать тебя. Даже если весь мир будет против нас.»**
Я не позволю себе думать «если».
Когда дверь начали выбивать, я уже знала, что не смогу остановить это.
Я побежала к гардеробу и нашла пальто Итана,думаю в случае поисках он бы обязательно надел бы его.Бросила записку в одном кармане и закрыла шкаф,начав оглядываться куда бы мне сбежать.
Я выбежала на балкон, чувствуя, как холодный воздух обжигает кожу, и обернулась, когда дверь с грохотом распахнулась.
- Не делай глупостей, - сказал отец, медленно приближаясь.
- Ты всю жизнь решаешь за меня, - мой голос дрожал, но я не отступила.
- Потому что ты делаешь ошибки!
- Это моя жизнь!
- Нет, пока ты под моей фамилией!
Я заплакала, потому что больше не могла держать это внутри.
- Я люблю его... - прошептала я, но он услышал.
И в этот момент всё сломалось окончательно.
Чьи-то руки схватили меня.
Резкая боль.
И темнота.
...
Когда я пришла в себя, я уже была в другом месте, и первое, что я почувствовала - это холод и тишина, которая давила сильнее любых криков.
Я сидела связанная, но внутри было только одно:
Он придёт.
И я впервые за долгое время не сомневалась в этом.