Глава 56
После того, как снежинка упала на Линь Цюэли, она фактически облегчила боль от проникновения Демонического Меча в его тело. Линь Цюэли немного удивился.
Что? Эти снежинки могут защитить учеников Секты Мириады Мечей, но разве я... всё ещё считаюсь учеником? Разве я всё ещё ученик Хэлань Сюэ?
Духовная энергия с оттенком холодной ци циркулировала в его теле, особенно сконцентрировавшись на лодыжке... что? Только тогда Линь Цюэли увидел на своей лодыжке едва заметный мерцающий нефритовый браслет, который теперь вспыхнул духовной энергией.
«...!»
Это... символ ученика Секты Мириады Мечей!!
Неправильно. Разве я уже не вернул нефритовый браслет Хэлань Сюэ?! Почему он снова на мне! Когда Хэлань Сюэ надел его? Может быть...
Линь Цюэли лишь почувствовал, как его сердце забилось всё быстрее и быстрее. Его сердце, казалось, было переполнено чем-то настолько, что вот-вот должно было вырваться наружу.
Неудивительно... неудивительно, что Хэлань Сюэ не нравилось, когда он называл его «Бессмертным Почтенным»! Хэлань Сюэ позволял ему называть его «Шизун».
Шизун...
Его Шизун.
Он совершал ошибки, и его Шизун строго отчитывал его, бил по ладони и оттаскивал обратно для наказания... Но он никогда не оставлял его с самого начала и до конца.
Линь Цюэли прикусил нижнюю губу и сдержал слезы.
В следующее мгновение Хэлань Сюэ подошел к нему и обнял. «Ты что, с ума сошел?!»
Хэлань Сюэ увидел слезы в уголках глаз Линь Цюэли. Он подумал, что его маленький ученик слишком страдает. Линь Цюэли в оцепенении сказал: «Я...»
«Ты точно взорвёшься и умрешь вот так!» — строго сказал Хэлань Сюэ. — «Хватит!»
А...?
Линь Цюэли с сомнением произнес: «Но... но я собирался...»
«Этот Достопочтенный знает, что ты собираешься сделать!» Глаза Хэлань Сюэ покраснели. «Я сказал, остановись».
Линь Цюэли пытался объясниться: «Но все будут спасены, если я это сделаю! Почему Шизун меня останавливает...»
Хэлань Сюэ посмотрел на Линь Цюэли. «У этого Достопочтенного свой способ борьбы с появлением Демонического Меча. Если разразится война бессмертных и демонов, этот Достопочтенный будет сражаться, чтобы защитить простых людей. Тебе не нужно отдавать свою жизнь. Это долг этого Достопочтенного, не твой!»
Линь Цюэли редко слышал эмоции и колебания в голосе Хэлань Сюэ, даже в глазах больше не было бесстрастных волн. В этот момент к нему наконец-то пришла нежная и горячая волна. Неужели Хэлань Сюэ имел в виду, что в глубине души он так же важен, как и простые люди? Линь Цюэли чувствовал лишь нереальность происходящего.
Он хриплым голосом произнес: «Но я также... ученик Шизуна».
Принесение своего тела в жертву мечу звучало ужасно, но только он мог это сделать. В любом случае, он всё равно уйдёт. По крайней мере, перед уходом он сможет сделать что-то для Хэлань Сюэ, Снежка и людей этого мира. Не будет напрасно, что он пришёл сюда и стал учеником Хэлань Сюэ.
Хэлань Сюэ застыл на месте.
«И теперь уже слишком поздно», — Линь Цюэли сухо рассмеялся и указал на тёмный гром в небе.
В следующее мгновение Хэлань Сюэ увидел, как глаза Линь Цюэли снова почернели, белки глаз полностью исчезли, а всё его тело было испещрено кровавыми трещинами от расширяющейся демонической энергии. Маленький ученик, который раньше долго плакал после удара по ладони, теперь был почти неузнаваем от пыток Демонического Меча.
«Ух...!» — Линь Цюэли содрогнулся. Демонический Меч выкован!
Тёмные тучи накрыли небо над ними двумя. Ещё до удара молнии давление уже заставило траву и деревья в радиусе ста миль засохнуть и погибнуть.
Грохот
Когда ударил первый гром, небо словно раскололось. Затем из чёрных туч хлынул небесный гром, несущийся к ним с огромной силой. Хэлань Сюэ обнял Линь Цюэли и поднял руку, чтобы создать барьер для сопротивления.
Линь Цюэли, потеряв все силы, прижался к груди Хэлань Сюэ. Он тревожно пробормотал: «Шизун, не надо...»
Система продолжала напоминать ему:
【Хозяин! Как мы уже говорили, только существо, превосходящее сеттинг книги, может его уничтожить. Ты, этот злодей-изгой, вызвав серьёзный коллапс, слившись с Демоническим Мечом, привлечёшь на себя суд небесного дао, который не только сравним с демонической энергией неба и земли на протяжении тысячелетий, но и станет причиной гибели сюжета! Бессмертный Достопочтенный — персонаж книги, он, возможно, не сможет устоять!】
«Я знаю!!»
Линь Цюэли чуть не расплакался от отчаяния. «Шизун...!»
Бум!!
Молния ударила в барьер, и в одно мгновение барьер разлетелся на куски.
Хэлань Сюэ схватил его и создал новый барьер.
Бум —Бум!!
Один за другим.
Линь Цюэли увидел, как окружающее пространство мерцает между светом и тьмой, с молниями и громом. А люди внизу уже отступили. Область вокруг алтаря превратилась в руины. И деревья, и Дворец Демонов были сравнены с землей в одно мгновение.
«Шизун... пожалуйста...» Увидев кровь в уголке рта Хэлань Сюэ, Линь Цюэли всхлипнул: «Отпусти...»
Хэлань Сюэ молчал, его лицо оставалось бесстрастным, но сила, с которой он держал Линь Цюэли, ничуть не уменьшилась. В следующее мгновение Линь Цюэли увидел, как темный гром в небе, казалось, наконец прекратился, но затем сердце Линь Цюэли упало. Он увидел, как темный гром медленно движется и собирается воедино.
Это будет что-то грандиозное!
Линь Цюэли схватил Хэлань Сюэ за воротник. «Шизун...»
Прежде чем он успел закончить, перед глазами все побелело. Темный гром был подобен огромной руке Будды, протянувшейся из чернильно-черного неба и обрушившейся на них. В этот момент даже самый могущественный культиватор казался ничтожным перед всем небом.
Бум...
В тот момент, когда обрушился громовой удар, Хэлань Сюэ использовал все накопленные за свою жизнь силы культивации. Возможно, именно поэтому он увидел свое собственное море сознания. Казалось, он вернулся в ту деревню прошлого, на которую указывали тысячи пальцев. Он был полон ненависти. Он поднял меч и уже собирался отправиться убивать демонов. Но в конце его ждал демон Линь Цюэли.
Линь Цюэли улыбнулся. «Шизун меня не убьёт».
Хэлань Сюэ покачал головой. «Моя натура кровожадна и беспощадна. Руками своими я истребил большую часть демонов в этом мире».
Линь Цюэли сказал: «Шизун вовсе не из тех, кто кровожаден по своей природе и вынужден постоянно сдерживать себя. Шизун просто не может простить себя за прошлое, поэтому он направляет свою ненависть на зло — клан демонов. А как же я? Ты действительно думаешь, что я злой человек?»
Хэлань Сюэ хотел сказать что-то ещё, но сцена перед ним начала рассеиваться.
...
Неподалеку, на вершине горы, Шоуян с тревогой смотрел в сторону алтаря, но увидел, что молния распространилась очень далеко! Он посмотрел на готовящуюся молнию и тут же выстроился в боевой порядок, крича: «Мы далеко, молния не так страшна, как у алтаря. Все, быстро выстраивайтесь в боевой порядок, чтобы защититься и противостоять!»
Но как только молния должна была обрушиться, он увидел, как вокруг них начал падать снег. Тяжелый снег. Холодный ветер окутывал снежинки и растапливал молнии.
...
А'Ю и остальные прятались за городской стеной. Они тоже немного удивились, увидев, как снег падает им на плечи. Они не ожидали, что молния достигнет границ городской стены, тем более что их защитит снег.
«Снег...» — А'Линь понюхал снежинку и сказал: «Эта духовная энергия исходит от Тасюэ Сяньцзуня. Зачем ему защищать нас?» — Они же демоны, верно?
Кто-то указал неподалеку. «Идет снег».
Изначально чистый белый снег теперь был окрашен золотистым светом. Все летающие мечи в небе тоже превратились в снег, и, падая, они растопили всю молнию и демоническую энергию, обрушиваясь на всех без разбора, относясь ко всем одинаково.
...
На городской стене глаза Цяньсюя расширились. Метель в центре алтаря не только рассеяла молнии, но и сдула руины вокруг. Куда бы ни летели снежинки, из выжженной земли вырастали зеленые растения и новые побеги. После того, как молнии рассеялись, все обновилось.
Цяньсуй крепко схватил Шоуяна за воротник. «И-и-и-и Великий Мастер... становится бессмертным!»
Шоуян тоже был ошеломлен. На мгновение он потерял дар речи, и лишь спустя некоторое время обрел голос. «Ммм».
Хэлань Сюэ был в полушаге от бессмертия на протяжении восьмисот лет, и теперь он наконец-то совершил прорыв и стал бессмертным.
...
Алтарь.
Хэлань Сюэ стоял на коленях, держа Линь Цюэли, кончики его пальцев слегка дрожали. Волосы Линь Цюэли были растрепаны, и он безвольно лежал, прижавшись к Хэлань Сюэ. На его красные одежды и кровь падал снег.
«А'Ли».
Громовая буря закончилась, но дыхание Линь Цюэли... постепенно угасало. Хэлань Сюэ посмотрел вниз и увидел, как красные узоры на алтаре вспыхивают и даже нетерпеливо взбираются на тело Линь Цюэли. Даже если бы громовая буря не поразила тело Линь Цюэли, этот алтарь был связан с небом и землей. Линь Цюэли и Демонический Меч не смогли бы избежать суда. Даже если бы он использовал все свои силы, он не смог бы удержать его.
Линь Цюэли сонно открыл глаза. Он свернулся калачиком в объятиях Хэлань Сюэ, слабо прислонившись к его груди, лицо его было бледным, а все тело покрыто ранами. Он вздохнул с облегчением. «Отлично... Шизун в порядке... кхм, грозовая буря прошла... кхм...»
Хэлань Сюэ закрыл глаза. Раньше, спускаясь с горы, он видел, как смертные оплакивают или теряют души после смерти близких, но он никогда не понимал этого и не задумывался об этом глубоко. В те времена, видя, как Линь Цюэли помогает и утешает жителей деревень, он даже думал, что лучше бы воспользоваться этим временем для дальнейшего совершенствования, чтобы лучше сражаться с демонами и искоренять зло.
Так вот каково страдание от разлуки с любимыми людьми. Жаль, что он тысячелетиями совершенствовал Дао Цаншэн, но так долго был слишком далек от простых людей. В тот момент, когда он это понял, он наконец сделал этот небесный шаг и стал бессмертным. Но теперь, важно ли было, станет он бессмертным или нет? Его маленький робкий ученик, боявшийся боли, лежал у него на руках, весь в ранах, и его глаза потеряли прежний блеск. Но даже несмотря на это, он всё ещё крепко сжимал рукав своего Шизуна, полный доверия.
«А'Ли, прости меня».
«Всё в порядке...! Правда!» Линь Цюэли изо всех сил пытался улыбнуться, но обнаружил, что у него не хватает сил. Так... вот как выглядит смерть?
«Больно?» — хриплым голосом спросил Хэлань Сюэ.
«Не больно!» Это была правда. Линь Цюэли почти перестал чувствовать собственное тело. Он изо всех сил пытался говорить.
«Ммм... как это объяснить... кхм... Моя душа уйдет на круг перерождений. Да, именно так. Я попаду в новый мир и буду жить хорошей жизнью, так что...»
Линь Цюэли прислонился к Хэлань Сюэ. Хотя он мог вернуться в свой первоначальный мир, это также было настоящей «смертью» этого тела. Он чувствовал, что у него появилось гораздо больше сил, словно это был последний всплеск энергии. В его сознании внезапно всплыло множество воспоминаний о попадании в этот мир. Он вспомнил свою первую встречу с Хэлань Сюэ в снегу, а также вспомнил, как он хулиганил и получал наказания в секте Мириады Мечей». Он также вспомнил слова Хэлань Сюэ о том, что каждая маленькая собачка уникальна. Если каждая маленькая собачка уникальна, то вспомнит ли его Хэлань Сюэ?
Линь Цюэли сказал: «Поэтому я всё ещё надеюсь, что Шизун скоро меня забудет!»
— Нет, на самом деле, я особенно надеюсь, что Хэлань Сюэ не забудет меня так быстро. Но если это будет грустно, то лучше не вспоминать. Интересно, будет ли Хэлань Сюэ грустить?
Хэлань Сюэ молчал.
Линь Цюэли уткнулся лицом в грудь Хэлань Сюэ и тихо произнес: «Шизун прожил долгую жизнь и будет жить еще долго в будущем, поэтому...»
Хэлань Сюэ перебил его: «Ты единственный человек, которого я когда-либо любил. Как я могу так легко забыть?»
В тот момент, когда он стал бессмертным, Хэлань Сюэ наконец понял своё сердце. Но...
«А'Ли, ты когда-нибудь испытывал хоть малейшую искреннюю любовь к этому Достопочтенному?»
«Я...»
Линь Цюэли уже был ошеломлен. Он даже подозревал, что уже умер и сейчас пребывает в прекрасном сне. Хэлань Сюэ сказал... что он ему нравится?
Глаза Линь Цюэли снова покраснели. Все это время Линь Цюэли не смел даже подумать об этом. Дело было не в том, что он ему не нравился, а в том, что он не смел испытывать к нему симпатию. Как бы сильно он его ни любил, этому не будет конца. А теперь, нравился он ему или нет, это, кажется, уже не имело значения. Он также не хотел, чтобы Хэлань Сюэ было сложнее забыть его из-за одной фразы, выражающей симпатию.
Хнык, хнык, хнык, чёрт возьми. Слова Хэлань Сюэ в такой момент заставляли его чувствовать... немного сожаления!! И немного нежелания. Если бы только ему не пришлось умирать, он... он хотел, чтобы Хэлань Сюэ его любил.
«А'Ли?» — Хэлань Сюэ нежно погладил его по макушке. «Все в порядке. Если не хочешь отвечать, можешь не отвечать».
Линь Цюэли посмотрел в глаза Хэлань Сюэ. Но, возможно... в будущем он больше никогда никого не полюбит. Он не встретит никого столь же потрясающего, как Хэлань Сюэ. Идеальный, бескорыстный бессмертный из романа однажды погладил его по макушке и тихо сказал, что любит его. Как он мог полюбить кого-то другого?
Линь Цюэли немного колебался и хотел взглянуть на него еще несколько раз, но его зрение становилось все более и более размытым. Постепенно он перестал четко различать черты лица Хэлань Сюэ.
«Шизун...»
Линь Цюэли прислонился к груди Хэлань Сюэ, чувствуя знакомый древесный аромат. Он прислушался к сердцебиению Хэлань Сюэ и с удовлетворением сказал: «Спокойной ночи».