2 часть.
Третий этаж.
Кабинет физики.
За окнами уже темнело.
Ливень барабанил по стёклам так сильно, что иногда казалось — это кто-то пытается пробраться внутрь.
После удара снизу никто больше не разговаривал.
Все прислушивались.
Бам.
Ещё один удар.
Где-то на первом этаже что-то треснуло.
Один из парней побледнел.
— Они поднимаются?
— Не знаю, — тихо ответила Джимин.
Я сжала рукоятку пожарного топора.
Не знаю почему, но её спокойный голос раздражал ещё сильнее обычного.
Будто она вообще не боялась.
Будто всё происходящее её не касалось.
Прошло несколько минут.
Потом ещё.
Удары прекратились.
Тишина.
Напряжённая.
Неприятная.
— Нам нужна вода, — вдруг сказала одна из девушек.
Все посмотрели на неё.
— У нас осталось три бутылки.
Она была права.
Еды немного.
Воды ещё меньше.
Я посмотрела на окно.
Потом на остальных.
— Столовая.
Все повернулись ко мне.
— Что?
— Нам нужно в столовую.
— Ты серьёзно? — нахмурилась Джимин.
— Там запасы.
— Там первый этаж.
— Я в курсе.
— Там заражённые.
— Спасибо, капитан очевидность.
— Ты хочешь всех угробить?
— А ты предлагаешь умереть от жажды?
— Я предлагаю подумать.
— Пока ты думаешь, вода не появляется сама собой.
Джимин резко поднялась.
— Ты всегда такая безрассудная?
— Ты всегда такая зануда?
— Хотя бы живая.
— Пока что.
Остальные одновременно застонали.
— Опять началось...
— Пожалуйста, заткнитесь оба...
Но мы уже смотрели друг на друга.
Как обычно.
Будто вокруг не конец света.
Будто за дверью не ходят мертвецы.
В этот момент раздался звук.
Совсем рядом.
Снаружи кабинета.
Шарканье.
Медленное.
Тянущееся.
Все замерли.
Сердце мгновенно ухнуло вниз.
Шаг.
Ещё шаг.
Кто-то был в коридоре.
Прямо возле нашей двери.
Никто не дышал.
Шарканье приблизилось.
Остановилось.
С другой стороны двери.
Тишина.
Настолько густая, что слышно было, как кто-то нервно сглотнул.
А потом...
Царап.
По дереву.
Медленно.
Будто ногтями.
Царап.
Царап.
Девушка рядом тихо всхлипнула.
Я крепче сжала топор.
Джимин медленно взяла металлическую трубу, найденную в спортзале.
Наши взгляды встретились.
Впервые за весь день мы не спорили.
Потому что оба понимали одно и то же.
Если дверь не выдержит —
ненавидеть друг друга станет уже некогда.